Джип с визгом затормозил у одного из подъездов новостройки. Из машины выскочила полная женщина. Тяжело дыша, она с силой хлопнула дверцей авто и быстро направилась к дому. Видно было, что дама в гневе, эмоции переполняли ее. Она расстегнула жакет, чтобы стало легче, но это не помогло.
Алевтина Аристарховна, так звали эту женщину, была руководителем и владелицей крупной строительной компании, и эта новостройка была результатом её работы.
«Как он мог со мной так поступить?» — вопрос снова и снова возникал в её голове, требуя справедливости.
Полчаса назад она узнала, что ее единственный и обожаемый сын месяц назад женился. Женился, ничего не сказав матери! И на ком? На девчонке, которая пару лет назад, закончив институт, без особого опыта пришла в его филиал (специально открытый Алевтиной для сына, чтобы мальчик почувствовал самостоятельность). И проработав всего несколько месяцев, ушла в декрет.
Кто был ее любовником и отцом ребенка — никто не знал. Слышали лишь, что он вроде как женат и намного старше ее, но зато при деньгах.
Алевтина обожала своего Сашку. Она родила его в сорок лет и воспитывала без отца, думая, что он всегда будет только с ней.
Она много работала, чтобы он ни в чём не нуждался, чтобы он получил хорошее образование. Она вкладывала в него всё — и деньги, и душу. И вот он результат!
«Тайно расписаться с женщиной, у которой есть ребёнок, чужой ребёнок» — эти мысли не укладывались в голове Алевтины. Они вызывали лишь негативные эмоции и желание бороться за своего сына.
Все знали, что, когда она в гневе, она становилась страшным человеком, и переубедить ее было сложно, она просто не давала и слова другому сказать.
В тот день она знала, что Вита дома и одна. Сашку она специально отправила на переговоры с подрядчиком. Вопрос был несложный, и он вполне мог разрешить его сам.
Вита, укладывала малыша спать, когда заметила машину Алевтины. Она видела, как та вышла из неё и с силой схватила сумку с заднего сиденья. Всё это заставило молодую женщину волноваться, и её беспокойство быстро передалось годовалому мальчику, который никак не мог успокоиться. Вита готовилась к скандалу.
Этот разговор она ждала с тех пор, как начала встречаться с Александром.
В их коллективе знали, что мать Сашки давно подобрала ему пару. Оставалось только дождаться, когда девушка, которую она наметила в жены сыну, приедет из Англии, где она училась. Они с Сашкой были знакомы с детства. Отец ее тоже возглавлял строительную фирму, только в другом городе, и был хорошим приятелем Алевтины Аристарховны. Говорили, что когда-то они учились вместе в институте.
Александр приобрёл небольшую трёхкомнатную квартиру до того, как началось строительство дома. Мать не обратила внимания на эту покупку, полностью доверяя сыну.
Дом построили быстро, и ровно за месяц до рождения Лешки Александр перевез в новую квартиру Виту.
То, что сын появлялся дома нечасто, Алевтину не особо тревожило. У тридцатилетнего «мальчика» должна была быть и своя жизнь. Она прекрасно понимала, что как бы она в свои семьдесят один не старалась выглядеть молодой, следя за многими новшествами времени, природа брала свое. Она старела, постепенно выходя из жизни. Хотелось лишь одного, чтобы этот самый выход затянулся бы подольше.
Поднимаясь на лифте на десятый этаж, Алевтина всё больше «заводила себя». Она прокручивала в голове все слова, которые собиралась сказать, но всё пошло совсем не так, как она задумала и спланировала.
Дверь квартиры открылась, как только она вышла из лифта. На пороге стояла Вита, держа на руках малыша.
Малыш плакал, Вита пыталась его успокоить. И это немного умерило гнев Алевтины.
- Проходите! – пригласила Вита Алевтину. – Если Вы подержите Лешку, я поставлю чайник, и мы попьем чаю с пирогом. Я сама приготовила, очень вкусный. – с этими словами молодая мама как-то спокойно передала малыша на руки Алевтины.
От такой наглости Алевтина даже немного опешила, но не успела она взглянуть на переставшего вдруг реветь и улыбающегося ей малыша, весь ее гнев испарился разом. У нее на руках сидел ребенок, точная копия ее Сашки. Даже родинка на шее в том же самом месте. Сидел, радовался и теребил в руках ее пуговицы на жакете, так забавно смеясь, как умел только ее сын.
Сердце Алевтины сжалось, и вся заготовленная речь, в которой она боялась что-то забыть сказать, улетучилась в одно мгновение.
С этого момента Алевтина посвятила себя внуку, передав управление фирмой сыну и его жене. Теперь они жили вместе, в их большом доме. И ни у кого больше не было тайн друг от друга.