Бусидо (Путь воина) — неписанный кодекс поведения самураев. Он требовал от каждого самурая абсолютной преданности своему господину. В этой предан-ности самурай видел смысл своей жизни, и высшим проявлением верности бы-ла готовность умереть за своего господина, либо отомстить за зло, причиненное ему. Часто желание, а, скорее обязанность, отомстить, и приводила к смерти, ибо не всегда месть оказывалась удачной. Однако, если не удавалось убить обидчика, и сам мститель при этом погибал, считалось, что долг мести он вы-полнил и его дух удовлетворен, ибо он погиб достойно, «посрамив врага самой своей смертью». Иногда самурай годами искал обидчика, и если не находил, и тот умирал своей смертью, пятно позора ложилось на самурая и его семью. В этом случае он кончал жизнь самоубийством через сэппуку, либо становился ронином, пытаясь в своих скитаниях восстановить утраченную честь. В раннюю эпоху самурайства, по крайней мере, до воцарения сёгуната Токугава, в среде самураев, верно служивших своему господину и неожиданно потерявшим его по причине смерти, зачастую было принято следовать обряду дзюнси (или цуйфуку), то есть самоубийству вслед за господином. Это самурай расценивал как отмщение судьбе, злому року, унесшему жизнь его господина. В этом про-являлась не только верность и преданность, но и искреннее желание после перерождения вновь служить своему господину в следующей жизни. Впрочем, иногда причиной дзюнси служил тот факт, что для многих бедных самураев господин был единственным источником существования, и его смерть являлась концом благополучия самурая и его семьи. В эпоху правления Токугава дзюнси было запрещено, поскольку стало приобретать массовый характер и этим угро-жать стабильности государства. Были случаи, когда вслед за господином уходи-ли десятки, а то и сотни его вассалов, а иногда и все их семьи. Тем не менее, ос-
новным мотивом мести за зло, причиненное его господину, для самурая являлось строгое следование заповедям Бусидо, понятиям долга, верности и чести. История, которую мы хотим рассказать,, включила в себя несколько сюжетов, связанных с этими понятиями Бусидо, в том числе месть обидчику, дзюнси и сэппуку. Это история о сорока семи ронинах, воспетая в легендах и преданиях, а, впоследствии, в книгах, пьесах и кинофильмах.
1700 год …Японией от имени императора правит Цунаёси — пятый сёгун династии Токугава. Он был строгим поборником конфуцианства и одновре-менно буддистом — противником всяческого кровопролития, защитником бездомных собак и других животных. Суровые наказания, включавшие изгна-ние, долгое тюремное заключение и смертную казнь, были введены им за убийства животных, в первую очередь — собак. Именно поэтому он получил прозвище «собачий сёгун». Впрочем, к людям он такого гуманизма не проявлял. Тем не менее, в историю он вошел как искусный правитель, усилия которого были направлены на поддержание мира и порядка в стране. Согласно вве-деному сёгунами Токугава порядку, все даймё обязаны были жить «на два до-ма» и проводить много месяцев в году в Эдо, где на них возлагались различные обязанности при дворе сёгуна — иногда постоянные, иногда разовые, ведь все даймё считались офицерами на пожизненной службе у сёгуна и императора.
Существовал такой обычай. В первый день Нового года к императорскому двору в Киото прибывал посланник сёгуна с новогодними поздравлениями и богатыми подарками. В ответ на это посланники императора направлялись с ответными поздравлениями и подарками ко двору сёгуна в Эдо. Церемония их приема проводилась согласно сложным правилам этикета императорского двора, что ставило в нелегкое положение тех даймё, которые назначались ответственными распорядителями приема, но плохо разбирались в тонкостях церемониала. Под новый, 1701 год, именно такая задача выпала на долю даймё Наганори Асано Такуминоками, хозяина замка и земель Ако, что раскинулись на берегу Внутреннего Японского моря. В задачу князя Асано входило обеспечение приема посла правящего императора Хигасиано-тэнно (1674–1705). Император-ского посла надлежало встречать по высшему разряду, со всеми возможными почестями и церемониями. При дворе сёгуна даже существовала специальная должность — кокё (мастер церемоний), который был обязан следить за выпол-нением всех церемониальных правил. В то время эту почетную должность зани-мал Кира Ёсинака — глава знатного аристократического рода. Он имел огром-ное влияние при дворе, хотя поговаривали, что любил взятки и всяческие под-ношения. Именно он стал наставником князя Асано Наганори, которому в то время исполнилось 34 года. Асано был женат на красавице Агури Мийоси из его же клана Ако, которая, покинув теплый родной Ако, приехала вслед за мужем в холодный и ветреный Эдо.
Асано было неуютно в чопорном и строгом дворце сёгуна. Его утомляли тонкости придворного этикета. Тому можно лишь кивнуть, этому — согнуться в глубоком поклоне, а перед тем вообще упасть на колени. Но приказ есть приказ, и Асано, как истинный самурай, начал учиться. Старик-наставник Кира Ёсинака (в то время ему было 60 лет) не очень утруждал себя нравоучениями, хотя в благодарность за уроки ему, как кокё, полагались дары от опекаемого им даймё. Но Асано вручил Кире скромный подарок, заметив своим вассалам, что было бы неэтично задаривать вельможу до окончания церемонии, а пока достаточно небольшого подношения и словесной благодарности. Тем самым молодой князь снискал неприязнь могущественного вельможи, который к тому же вос-пылал страстью к молодой и красивой супруге Асано. Но Агури Мийоси хранила верность своему мужу и гневно отвергла все притязания Кира. Взбешенный Ёси-нака решил выместить злобу на Асано, которого он считал теперь свои главным врагом. В его голове родился коварный план: надо заставить Асано нарушить Кодекс Бусидо и совершить непростительную ошибку во дворце сёгуна.
Продолжение в следующей беседе.