Вся книга "Калейдоскоп" в одной подборке! - https://dzen.ru/suite/2e14fbde-bc08-4102-a9f5-92542e9a1a22
Предыдущая глава 9 тут: https://dzen.ru/a/Z9AcdXI0bnbKZcjZ
Глава 10. Тоска
День проходил за днём.
Хазам, погрузившись с головой в исследование и поиск путей решения, лишь изредка наведывался на ужин в далёкую Колежму. Варька и дед Фёдор очень ждали его в гости и были безмерно счастливы, когда его долговязая фигура появляясь за окном их неприметного домика. Раз от разу он, как обычно, рассказывал интереснейшие истории, показывал деду результаты своей работы и подолгу сидел с Варюшей на крылечке, рассуждая о звёздах, и каждый приезд неизменно обещал, что в следующий раз обязательно возьмёт их на базу, но поездка откладывалась по независимым от него причинам, в чём он очень сильно чувствовал себя виноватым.
Сейчас эксперименты по временным спиралям были важны и для самой Вари, и для Хазама. Со временем, она перестала донимать деда вопросами о пропавших родителях и о том, почему они не звонят. В маленькую голову такой взрослой девочки наконец-то пришло понимание происходящего, поэтому она всё сильнее привязывалась к Хазаму и скучала, когда он улетал вдаль в своём красивом жёлтеньком луче.
Фёдор грустил. Воспитать достойно внучку на его скромную пенсию вообще не представлялось возможным, поэтому он даже думать боялся о будущем, в котором не будет Варюшиных родителей… а их не было. Ни звоночка, ни весточки. Конечно, забавный нейрофизик очень сильно помогал с питанием и контрабандными вкусняшками, но, как на это одевать и учить внучку, старик не разумел… поэтому очень грустил. Печали добавляла тоска по детям, он, конечно, и так не был разбалован их визитами, но по крайней мере знал, что живы да здоровы… а сейчас… Сейчас всё было очень неопределённо.
Хазам же разрывался между желанием решить проблему спиралей и своей нечаянно возникшей родительской любовью к Варе. Если всё вернётся в прежнее русло, то, как жить без её почемучек, он просто не знал. Опять возвращаться в свой пустой дом, опять от одиночества ночевать на работе… это виделось ему невыносимым, и всеми фибрами души он стремился максимально подольше не разгадывать тайны Солнца, чтобы в один ужаснейший день не обнаружить отсутствие в своей жизни Вареньки и ворчливого деда.
Руководство оставшейся территории 2025 года смирилось с тем, что оно теперь почти и не руководство. Всем делами заправляли фиолетого-серые люди, которые, вопреки законам физики, умудрялись раздать питание и проверить здоровье приходящих людей за два часа в день. Эта работа их не утомляла, не пугала, а напротив, даже приносила удовольствие, особенно когда после выдачи всей провизии кураторы подолгу болтали с людьми, рассказывая последние новости всех известных им галактик.
Согласно расписанию еда раздавалась с восьми до десяти утра, но по факту к девяти часам все уже были обеспечены, поэтому представители будущего начинали облетать закоулочки домов и лесов, раздавая тонны питания животным в зоне 2025 года, которых также предусмотрительно снабдили датчиками.
Были, конечно, и противники всего этого, но их вычислили крайне быстро и изолировали в их жилье, если таковое осталось, если нет, то в кратчайшие сроки строился небольшой домик и обносился по периметру Самайрой, не давая бунтарям выходить в свет и мародёрить.
Скорбь и уныние, воцарившиеся среди выживших землян по пропавшим без вести, потихоньку отпускали, и их место занимала надежда, которой жили высшие люди.
Так, постепенно и размеренно, всё вошло в новое русло, прекратились раздоры и бойни, ушёл голод и болезни. Каждый жил на своей территории, а представителей разных стран после недолгих уговоров инопланетные друзья быстро перенесли по их желанию в ту или иную зону варваров.
Ольга Николаевна часто ходила к границе Самайры, и они с Семьеном были замечены в продолжительных прогулках вдоль стены и обмене вкусностями. Например, бабушкины пироги с картошкой оценились членом Высшего совета по достоинству и съелись с прошением добавки.
Смущённая и похорошевшая Оля с удовольствием стала пропадать целыми вечерами за кухонной духовкой, пытаясь приготовить всё более вкусные и изысканные блюда для своего привлекательного и чертовски строгого критика.
О возвращении в свои времена побаивались думать и она, и он, а признаться в этом друг другу откровенно они тоже боялись.
В Совете Семьен всё больше молчал и не сильно наседал на Хазама, а тот в свою очередь и рад был, что сроки по его работе не ограничивались резким «завтра и ни минутой позже».
Возможно, жизнь многих миллиардов людей была сломлена временными потоками, но человек, хоть из будущего, хоть из прошлого, крайне быстро умеет приспосабливаться к имеющимся условиям, находя выгоду в любом времени.
Боль и разочарование отпускало и Кати. Каждое утро она смотрела в окно на злосчастный поезд, Виктор уходил в лабораторию, а Иветт не прекращала попыток найти Энеко. Бабушка, как и вся семья, была снабжена датчиком, который быстро установил степень её болезни и вовсю обеспечивал успокоительными и другими лекарствами, облегчающими жизнь как Эмили, так и Кати.
— Самое лучшее изобретение будущего! — восхищённо прокомментировал Виктор «датчик здоровья», глядя, как тёща вышивает крестиком уже второй по счёту пододеяльник, при этом улыбаясь и рассказывая весёлые и забавные истории из жизни маленькой Каталины.
Когда большая часть нагрузки за маму была снята, от своей бесполезности и безделья Кати вспомнила про ростки бугенвиллеи, которые впопыхах бросила в стакан с водой давным-давно.
Они не умерли!
Поменяв им воду и сообразив что-то наподобие теплички, девушка снова обратила свой взор к поезду.
«Жаль, что оранжерею снесло. Там такое солнечное место», — с сожалением подумала она, теребя в руках свою мини-теплицу. — «Как всё сложно-то».
— Привет! — из поезда ей радостно махала рукой Аиша.
— Добрый день! — Кати улыбнулась, но, о чём продолжать разговор, даже не могла предположить.
— У нас есть радостные новости! — Аиша просто светилась от счастья. — Представляешь… сегодня было заседание Совета, и разгадка временных спиралей всё ближе и ближе. Возможно, скоро всё вернётся на прежние места!
— А люди? — Кати взволновалась. — Люди вернутся? Ну, те, которые пропали неизвестно куда?
— Я очень надеюсь, — голос Аиши стал немного грустнее. — Вся моя команда пропала и Сим.
— Это твой молодой человек?
— Муж.
— Я очень рада, что спустя сто пятьдесят тысяч лет люди выходят замуж и создают семьи.
— Конечно, создают, — Аиша засмеялась.
— А роботы? Я ни разу не видела, чтоб у вас были роботы. Неужели это изобретение двадцатого века не найдёт продолжения у вас?
— Есть, конечно, но они все заняты на работах, требующих большого физического труда.
— А умственный? Они ведь, по сути, прекрасные машины, отлично считают и могут анализировать бесчисленное количество данных!
— Экран, — Аиша показала на свой браслет. — Экран тогда и есть робот.
— Вы с ним всегда ходите?
— Конечно… а как связываться с другими людьми без него?
— Ну не знаю, — Кати улыбнулась. — У нас телефоны есть.
— Это неудобно.
— Наверно, — девушка искренне засмеялась. — Но мы ещё не додумались до браслетов.
— Что у тебя в руках? — Аиша показала на стакан, который Кати всё ещё держала в руках.
— Это цветы. Муж очень любит этот сорт цветов и старательно выводит новый вид… но бабушка нечаянно сорвала их, а потом вы… со своими спиралями… и я забыла про них. Вот пытаюсь спасти частички. Виктору было бы приятно, это важно для него…
— А дай их мне! — Аиша оживилась и шагнула в дверь к проёму оранжереи.
— Осторожно! — Каталина испугалась, так как такой манёвр на высоте восьмого этажа был смертельно опасен, но Аиша уже аккуратно ступила на пол рядом с ней и, взяв в свои несуразно длинные пальцы стакан со стебельками, покрутила его у глаз.
— Почти умерли…
— Да. Это я виновата…
— Ну вот ещё. Пошли со мной!
Инопланетянка озорно подмигнула Кати и жестом пригласила в свой поезд.
— Не-е-ет. Я жутко боюсь высо-о-о… — Аиша не дослушала её, обхватив нежно за талию, прижала к себе, и уже через секунду землянка оказалась в загадочном сером помещении.
— Ух, страшно-то как, — девушка схватилась за стенку, боясь вздохнуть, а Аиша твёрдой походкой со стаканом в руке быстро проследовала в одну из комнат.
Не медля ни секунды, Кати побежала за ней, сгорая от любопытства.
— Ой, а что это за комната? Как красиво! А зачем ты росточки в эту жижу макаешь? А что это? А можно понюхать?
— Тс, не мешай. В конце концов, я один из лучших биологов зелёного сектора! — Аиша очень сосредоточенно мешала в чашечке разноцветное зелье, периодически макая туда ростки.
— Этот поезд — ваш зелёный сектор?
— Не-е-ет. Это серый сектор. Я была тут временно, но теперь осталась надолго, видимо. Серые сектора созданы для отдыха людей. Я в основном на четвёртом зелёном работаю.
— Как тут красиво! — Кати оглядывалась по сторонам и предусмотрительно сжала свои руки за спиной в замочек, чтобы от любопытства ничего не нажать и не потрогать.
— Всё, — Аиша гордо протянула ей ростки, завёрнутые наполовину в серую ткань и поставленные в старый стакан, но заполненный зелёной слизью.
— Что всё? — Кати недоуменно взглянула на стакан.
— Ну, всё. Завтра или послезавтра можешь пересадить в землю. Только аккуратней, корешки будут уже большие, лучше взять ёмкость побольше, а через три дня прищипнёшь верхние листочки.
— Зачем?
— Чтобы лучше росли, — ответила Аиша.
— И прямо не умрут и вырастут?
— Однозначно. Кстати, если будешь поливать вот этой водой, — длинновязая серо-фиолетовая девушка протянула своей гостье прозрачный кувшин с непонятной жижей, — то зацветёт очень быстро!
— Даже так? — Кати была искренне счастлива и благодарна своей дважды спасительнице.
Просидев на базе Аиши ещё пару часов, попробовав кучу всяких вкусностей и посмотрев по экрану множество других Заповедников, Каталина напрочь забыла, что пора домой.
— А можно я расскажу мужу о ваших прекрасных Заповедниках? — спросила она после того, как Аиша перенесла её обратно на балкон.
— Думаю, можно.
— А показать?
— Думаю, можно, — девушка будущего улыбнулась.
— А тебя за это не накажут?
— Думаю, что нет, — Аиша хитро прищурилась, вспомнив, как с коллегами буквально на днях смотрели видео, где Хазам с Варюшей катались по лучам.
— Кати? — в прихожей раздался удивлённый голос Виктора. — Ты не одна?
— Виктор! У меня для тебя умопомрачительная новость! — Каталина вдохнула побольше воздуха и, сжав руку Аиши, приготовилась поведать, как прошёл её день.
***
— Этот день снова прошёл мимо нас! — допив десятую по счёту сопку саке, Шин тихо выругался, встал из-за стойки в баре и быстрым шагом направился на причал.
Будучи уверенным, что никто не заметит его отсутствия, он залез на борт «Смелого» и завёл двигатель.
— Будь что будет, — проговорил сквозь зубы и приготовился разворачивать корабль к выходу в океан.
Сейчас ему абсолютно не было страшно выйти в плаванье пьяным, встретиться с захватчиками сто пятидесятого тысячелетия или разбиться о липкую Самайру… ему было страшно состариться и умереть, не познав ничего нового в своей скучной жизни.
— Надо вылезти из скорлупы, — бормотал он, разворачивая судно. — Надо вылезти.
Он прекрасно помнил, как дед, сидя с ним на берегу океана, рассказывал про две жизни у каждого существа. Первая, самая непостижимая и неизведанная, когда ты рождаешься, кричишь, учишься ходить и свято веришь, что это и есть жизнь. Свято веришь… не понимая, что ты ещё цыплёнок в скорлупе своего сознания и бытия, а вот для того, чтоб начать жить вторую жизнь, самую важную, тебе надо разбить привычный мир… самолично… своими руками всё сломать! Как птенец ломает привычный мир изнутри, разбивая скорлупу, даже не ведая, что его ждёт. Просто раз… и всё рушит, разрывает мосты и связи, ломает единственный дом, чтобы выйти в другой мир.
Так и человек. Надо перестать бояться, надо найти в себе силы и попрощаться с удобным бытием. Не просто сжечь мосты за собой, а сжечь порты, в которые можно вернуться. Шагнуть в пропасть неизведанного, нового.
— Главное, — не уставал повторять дедушка, — не надо бояться, надо идти вперёд смело, тогда обязательно сделаешь всё верно.
Вот и сейчас Шин отлично понимал, что, возможно, это его единственный шанс сломать свою скорлупу и увидеть нечто новое, зажить по-другому.
— Или умереть, — именно так всегда говорила бабушка, когда слышала, как дед заморачивает голову внука всякими философскими глупостями.
— Умереть? — спрашивал он бабушку.
— Конечно. Вот сколько цыплят курица нечаянно подавила? А сколько ворон съел? А сколько кошка стаскала? Вырастет-то меньше половины выводка, коли смотреть за ними никто не будет.
— Вечно ты о плохом, — вздыхал устало дедушка и закуривал свою любимую трубку.
— Вечно я о реальном говорю! — бурчала бабушка и уходила в дом. — Смотреть за цыплятами надо! И за Шином!
Но алкоголь, влитый безмерными стопками в сознание мужчины, напрочь отбил желание прислушиваться к словам бабушки.
Шин понимал, что выход в новую жизнь может принести ему смерть, однако продолжить жить в старой ракушке он уже не мог и не хотел.
«Смелый» мчал его к Самайре, к мифической скорлупе, которую тот так отчаянно хотел расколотить.
— Всё правильно сделал, — сказал он себе и, улыбнувшись, посмотрел в чёрную ночь на горизонте. — Всё правильно.
И если у Шина только горизонт был чёрным, то переговоры глав государств были чёрными сами по себе.
Видеосвязь стала совсем ненадёжным каналом тайных переговоров, поэтому для встреч они просили коридор сквозь Самайру. Фиолетовые предки никогда не отказывали.
Собирались всё так же, в полюбившемся всем доме министра сельского хозяйства Скачкова, под городом Курганом.
— Полная потеря контроля над всем! — хозяин дома был взбешён.
За последние дни он ничего не решал в России, даже Ольга Николаевна игнорировала рабочий график и вообще перестала приходить на работу, так как выпечка и готовка теперь занимали всё её время.
— Полная потеря всего! Сотни производств встали, миллионы людей просто не появляются на улицах, с каждым днём всё больше и больше изолированных, которых молча огораживают Самайрой в квартирах, люди начинают бунтовать, от лени и безделья сходят с ума…
— Ещё бы! Еду домой приносят, работать не надо, магазины разграблены, и у всех есть родственники, которые не вышли на связь. Ни трупов, ни известий… — сенатор Ли был разозлён не меньше Скачкова.
— Полная анархия! — отозвался премьер Госсовета КНР Ванг Тао. — Мне донесли, что на территории Китая есть очень много людей, которые категорически против установившейся системы. Они собираются в отряды, строят планы по отвоеванию своих территорий и территорий динозавров.
— Кстати, если мы заберём под себя земли мелового периода, это может значительно усилить наши позиции.
— Это точно. Главное — понять, как убрать Самайру.
— Как ты её уберёшь? У наших учёных за три недели не появилось ни одной идеи. — Скачков теребил в руках пачку сигарет и представлял, как через пару дней надо будет бросить курить, так как это была последняя. — Думаю, стоит попросить незакрываемый коридор, а к тому моменту, как они что-то заподозрят, половина техники будет перебазирована в меловые зоны.
— Если мы убьём хоть одного динозавра, коридор сразу закроют, а мирно базироваться по соседству с такими хищниками как-то небезопасно.
— Значит, стоит попросить проход и тащить технику, запрещая людям вылазить из танков хотя бы пару дней… чтоб их не сожрали.
— Успеем за пару дней?
— Думаю, да, если заблаговременно подгоним всё к Самайре.
— Я предлагаю поступить следующим образом… — сенатор Ли поправил запонки на своём костюме. — Разлетаемся по домам, собираем максимально точные данные о сохранившемся вооружении, пересчитываем всё до пистолета у домохозяйки, изымаем и до завтра готовим полный отчёт. Дальше есть два варианта. Или мы сбиваем всё вооружение на границе с Самайрой в лесах мелового периода, или гоним технику до одной базы… Попробуем выпросить коридор для транспортных судов и постараемся перебросить что есть в одно место.
— Смысл такого манёвра?
— Можно попробовать захватить все меловые зоны, что маловероятно… Ну или одну.
— Забирать так всё, — Чао допил кофе и в отсутствие Ольги Николаевны был вынужден сам наливать себе вторую кружечку.
— Я тоже думаю, что всё надо забирать, — Скачков, прихватив свою пустую кружку, встал в очередь за китайцем около кофеварки.
— Перебросим тогда во все возможные точки меловых зон. Главное — по динозаврам не стрелять до сигнала. Только одновременно. После первого выстрела Самайра закроет коридоры, и мы влипнем.
— Вы так уверены, что вам откроют наземные переходы? — Симона Моро стояла у окна, выглядывая, как во дворе дети министра играли и веселились. Смотреть на них было и грустно, и приятно одновременно, ведь своих малышей у неё не получилось.
— Вы правы. Придётся сбрасывать технику с самолётов…
— Сломаем хоть одно дерево, сразу обнаружим себя.
— Просить наземные коридоры бесполезно…
— То есть, получается, без вариантов и зря собрались?
— Нет. Сбрасываем с самолётов. Думаю, надо начать эту операцию максимально одновременно. Сколько времени у них уходит примерно?
— На что?
— На реагирование.
— Никто не замерял… но если мы подходим к Самайре для переговоров, то ждём максимум минут пятнадцать. Не больше.
— Будем считать, что расчётное время реагирования около пяти или шести минут, значит, наша погрешность в десантировании людей и техники должна быть около трёх минут.
— Осталось посчитать, сколько у кого есть военной техники, средних и тяжёлых военно-транспортных самолётов.
— Я думаю, в этом вопросе будут важны расчёты России, США, Китая, Казахстана, Украины, Польши, Канады, Объединённых Арабских Эмиратов и Бразилии. Европа почти вся ушла в меловой период…
— Ну, значит, это и будут основные силы.
— Вторгнуться в океан с динозаврами не получится, значит… — Скачков развернул карту мира, располосованную, словно арбуз, мело- и инозонными линиями. — У нас есть шанс захватить зону, проходящую через Африку и Европу, зону с нашей Камчаткой и половиной Австралии, отвоевать Аляску и восточную часть Бразилии.
— Немного, — сенатор Ли что-то записывал в маленьком блокноте и старался иногда поглядывать на карту.
— Как это немного? — Чао искренне удивился. — Да мы заберём себе большую часть суши!
— А если ничего не выйдет?
— Значит, нас снова рассадят по домам. Они не посмеют убивать никого из 2025 года! Мы их прошлое.
— Думаете?
— Уверен, — Скачков улыбнулся и закрыл карту.
В точно такой же уверенности были члены Высшего совета Семьен и Бажиан, которые, сидя в своём кабинете, боялись решения проблемы временных спиралей, ибо, возможно, это будет последним днём их существования.
Как жить дальше, они не представляли. Слишком много информации у людей 2025 года о будущем, слишком много сделано фото и видео. Историк Валир был на сто десять процентов уверен, что это всё не пройдёт бесследно и единственное вероятное для них будущее — это обнуление. После возврата всего на свои места варвары совсем иначе продолжат свою жизнь, что непоправимо повлечёт вымирание всей старой временной спирали сто пятидесятого тысячелетия.
***
Однако Кео и Изаму совсем не были озабочены будущим, их очень сильно волновало настоящее, и, воруя у причала более-менее пригодный катер, они спешили вдогонку за своим другом Шином.
— Врежется на полном ходу в Самайру, и осколков не найдём. Глубина там о-го-го… — Кео торопился как мог, выжимая из катерочка всю возможную скорость.
— Какого дракона он вообще помчался туда? Ты уверен, что он там, а не в соседнем баре?
— Абсолютно! Бармен сказал, что Шин торопился разбить скорлупу старой жизни и переродиться.
— Опять дедушкины байки? Он же утверждал, что его скорлупа — это наши раскопки!
— Ну, значит, нашёл новое яйцо! Пил почти сутки. Белая горячка пришла, скорее всего. Вот и полетел брать инопланетян на абордаж.
— Думаешь, поплывёт прямо?
— Уверен. Куда в его состоянии вилять по океану? Попрёт в лобовую!
— Я его сам прибью, когда найду.
— «Смелый» быстрее нас, и времени у него было больше. Часа два, как ушёл с бара. Думаю, с полчаса ещё гулял и думал, около получаса потратил на выход из бухты и около часа уже мчится.
— Идиот.
— Согласен.
Кео очень рассчитывал, что ошибся с расчётами и Шин где-то недалеко от них… Но он очень ошибся с расчётами.
К этому времени Шин, не сбавляя скорости, на полном ходу подплывал к заветной «скорлупе».
Следующая глава 11 тут: https://dzen.ru/a/Z9Acfi0PPQXJRAJA