У Игоря Моисеевича Бурштейна, как и у любого человека, есть свои привычки. Одна из них — заезжать на любимые автозаправки и заправляться тамошним Американо. Таких заправок буквально две-три в городе и ещё плюс очень много по всей стране, ведь Бурштейн гоняет по России на авто, что твоя бешеная собака, которой сто верст не крюк.
Мало того, что Игорь Моисеевич покупает на этих АЗС кофе, он ещё и деловые встречи там частенько назначает, ведь для чего-то хозяева заправок оборудуют их кафешным пространством. Значит, надо пользоваться!
Вот на такую встречу и приехал Бурштейн погожим сентябрьским деньком. Заправка одной из известнейших сетей (а все сети примерно об одном, кто ездит, тот знает) призывно сверкала на осеннем солнце и обещала вкусный кофе и продуктивный разговор с бизнес-партнером. Предстояло срочно найти пару миллионов рублей на закрытие важнейшей в этом году проблемы.
Когда Игорь Моисеевич уже припарковался и заглушил мотор, ему позвонили с неизвестного номера.
— Алло, — настороженно сказал Бурштейн.
— Здравствуйте! Я представитель Блаблабанка! — затараторил задорный девичий голос. — Вам предодобрен кредит в сумме два миллиона рублей.
— Предододобрен? Или предододододобрен? — переспросил Бурштейн.
— Предодобрен, — ничуть не смутившись, исправила девушка и погнала текст дальше.
—Девушка, девушка! Подождите! — взмолился Бурштейн. — Мне не надо сейчас два миллиона.
— Но можно взять и потом, а сейчас можно и меньше, — ответила телефонная кредитница.
— Вы не понимаете, мне надо не два, а двести миллионов. Причём завтра, — со светлой грустью сказал Бурштейн и повесил трубку.
Вздохнув о несовершенстве мира, Игорь Моисеевич выбрался из автомобиля и пошел в здание АЗС. Миновав батарею из омываек, на которых красными буквами было написано «Распродажа! Скидка 10%!», Бурштейн торжественно проник внутрь, осмотрелся (его бизнес-партнера пока не наблюдалось) и проследовал к кассе.
— Здравствуйте! Какая у вас колонка? — спросила Бурштейна новенькая приветливая симпатичная кассирша в фирменной униформе сети АЗС. На вид кассирше было не больше двадцати пяти лет и двух мужей.
— Добрый день, — медленно ответил Игорь Моисеевич, который эту продавщицу ни разу не видел и теперь рассматривал, чтобы запомнить. — Я не за бензином. Будьте добры, кофе.
— Вам американо, капучино, латте или эспрессо? А может, попробуете какао? Новинка со скидкой! — оттарахтела девушка.
— Американо, пожалуйста.
— Большой, средний, малый?
— Средний.
— С сахаром? Может, с сиропом?
— С сиропом?! — Бурштейн всегда, годами брал тут средний кофе без всего, и его давно запомнили, а тут столько новых вопросов…
— Да, с сиропом: мятным, ванильным, ореховым, малиновым, смородиновым, клубничным…
Игорь Моисеевич поднял руку, мол, довольно.
— Не надо сиропа, пожалуйста. Ничего не надо, просто кофе.
— Понятно, — улыбаясь, словно самый счастливый человек на земле, сказала девушка. — А может быть, к кофе выпечку или сосиску в тесте? У нас сегодня прекрасные слойки с джемом: лимонным, малиновым, смородиновым… Или вот пирожки в ассортименте…
— Спасибо, нет! — Бурштейн вернул ей столь же счастливую улыбку, краем глаза замечая, что за ним стали скапливаться другие посетители.
— Знаете, у нас сейчас акция: если возьмете два кофе, то получите бесплатно фитнес-батончик с зернами ржи и медом. — Кассирша указала наманикюренным пальчиком с очень-очень-очень длинным ноготочком на батончики, лежащие на витрине.
Батончики поражали своей мусипусечностью. Этакие нанобатончики. Да, такими грех торговать. Это как конфетки поштучно.
— Спасибо, не надо. Мне кофе надо. Один. Американо, — вежливо ответил Игорь Моисеевич.
— Извините, вам же большой, да?
— Мне средний, пожалуйста.
— О! — восхитительно округлила пухлые губки кассирша, пожирая Бурштейна восторженными глазами. — Так у нас же сегодня акция по среднему кофе! Если вы купите кофе в среднем стаканчике и к нему мороженое «Баунтикерс», то выиграете машинку «Чаньсуньвынь».
— Машинку?! — прибалдел Бурштейн, отмечая, что его бизнес-партнер уже сидит за его любимым столиком и внимательно слушает разговор.
— Да, машинку! Ну, модельку такую. — Сверхдлинный ноготок кассирши указал на полку, где пылились модельки китайской машины.
— А сколько стоит мороженое? — спросил Игорь Моисеевич.
— Вам какое? — оживилась девушка. — Пломбир? Эскимо? Клубничное, ванильное, мятное, с орешками, а может, шербет?..
— Вы сказали, что у вас акция, — терпеливо пояснил Бурштейн. — Средний кофе плюс мороженое равно ещё и машинка.
— Ах, вы про это! Да, мороженое «Баунтикерс» стоит сто рублей.
— То есть, кофе стоит сто пятьдесят, мороженое сто, итого двести пятьдесят. И машинка?
— Ай, вы же не заправлялись! — сокрушённо всплеснула руками кассирша. — Значит, этот кофе не по акции… Но если вы захотите, то всегда можете заправиться у нас с двухпроцентной скидкой. У вас же есть наша карта?
— Нет, я всегда беру у вас кофе, мне карта не нужна, — устало сказал Игорь Моисеевич, видя, что его деловой партнёр заметно ерзает на стуле, недвусмысленно поглядывая на дорогущие наручные часы.
— Карту получить — минутное дело. Надо только заполнить кратенькую анкеточку, — умильно улыбнулась девушка, хватая в руку маленький стаканчик для кофе.
— Он заказал средний, — вклинилась в разговор какая-то дама сзади Бурштейна.
Он оглянулся, чтобы поблагодарить неизвестную помощницу и узрел за своей спиной прямо-таки толпу покупателей. Стало как-то неуютно задерживать столько народа из-за вшивенькой порции кофе.
Кассирша поменяла стаканчик и отправилась к кофе-машине.
— Может, вам позвать кого-нибудь на помощь? — вежливо спросил Игорь Моисеевич.
— Да нет, я справлюсь! Обслужу! — уверенно ответствовала кассирша. — У нас самое чуткое обслуживание по отрасли, между прочим! По данным РБК! Вам же эспрессо?
В это время Бурштейн вовсю обменивался жестами с бизнес-партнером, который маячил, мол, я сейчас должен уже стартовать, а Игорь Моисеевич показывал, дескать, ну, потерпи две минуты, видишь, какое тут обслуживание? — Лучшее по отрасли!
— Молодой человек! — окликнула Игоря Моисеевича кассирша. — Вам эспрессо же?
— Ему американо! — чуть ли не хором ответили ей остальные покупатели.
Пара манипуляций суперноготка, и кофе начал наливаться.
— Будете платить наличными, картой, куаркодом? — спросила кассирша, не уставая улыбаться.
— Картой. — Бурштейн вынул пластиковый прямоугольничек и занес его над терминалом.
— Ой, это же у вас Тюлькофф! — снова обрадовалась кассирша. — Это же здорово! Вы можете накопить баллы…
— Задолбалла — донёсся откуда-то от входа чей-то сдавленный стон.
— Дорогая моя, — проникновенно сказал Игорь Моисеевич. — Мне не надо баллы, мне надо кофе. Просто кофе. Средний. Американо. А вы, я вижу, пробили большой латте. Давайте, я просто заплачу вам за большой латте, возьму свой средний американо и пойду. Не будем задерживать добрых и честных людей!
— Нет-нет, политика нашей компании — точность и честность! — испуганно затарахтела кассирша, не снимая улыбки с лица, отчего стала похожа на нашкодившего кота, которого схватили за шкирку.
Люди в очереди синхронно хлопнули себя ладонями по лицам.
— Галя!!! У нас отмена!!! — заорала кассирша куда-то за кулисы этого храма торговли.
Бурштейн обернулся к толпе посетителей.
— Люди добрые, простите меня Христа ради! Я всего лишь хотел кофейку…
— Бог простит, — смиренно ответил кто-то за всех. — Ибо сказано: кто из нас без греха?..
Галю пришлось звать трижды, как Деда Мороза на детском утреннике. Время ожидания скрашивали торговые предложения, которые так и сыпались изо рта девушки-кассирши. Через пару минут Бурштейн оплатил наконец-то свой средний американо.
Отойдя с ним от кассы, Игорь Моисеевич обнаружил, что его бизнес-партнер уже сбежал, и на его месте сидит какой-то пухлый ребенок со смартфоном в ручках. Вряд ли с ним можно решить проблему недофинансирования крупной проблемы в условиях цейтнота…
Бурштейн вышел наружу и улыбнулся осеннему солнышку.
Отхлебнул из стаканчика.
Нет, это был не американо, а почему-то какао.
Впрочем, можно пить и его.
Бурштейн завернул за угол и едва не столкнулся со своим бизнес-партнером.
— Вторую докуриваю, — проворчал партнер. — Уже хотел уезжать.
— Пойдем обратно, — сказал Бурштейн. — Посидим, кофейку закажем…
И они, радостно гогоча, отправились в лучшую по отрасли кофейню искать идеи, где бы взять лишнюю пару сотен миллионов рублей.