— Мужчина, — вкрадчивым голосом произнесла Светлана Юрьевна, — вы на какой станции должны были выходить? Вы не проехали свою остановку?
Однако мужчина никак не отреагировал на её слова, продолжая мирно спать. Нина Васильевна, заметив это, нахмурилась.
— Да неужели он тебя услышит? — произнесла она, решительно ухватив мужчину за дублёнку и сильно потрясла. — Мужчина, вы свою остановку проехали! Пора выходить! На свободу с чистой совестью.
Пьяный мужчина ненадолго очнулся от сна, приоткрыл глаза и, не совсем понимая, где он, произнёс:
Это вторая часть истории. Начните читать с первой, она здесь:
— Я ничего не проехал. Мне до конечной станции.
Сказав это, он предпочёл вовсе распластаться на сиденье, закинув ноги прямо на мягкое сиденье, не обращая внимания на окружающих.
— Мужчина, здесь вообще-то люди сидят, а вы пачкаете, — с недовольством произнесла Светлана Юрьевна, глядя на его нечищенную грязную обувь.
— Я премию большую получил, имею право гульнуть! — покопавшись во внутренних карманах, достал увесистую пачку денег мужчина, практически не открывая глаз.
— Ты бы хоть свою премию подальше упрятал и не показывал никому, а то до дому не довезёшь, — усмехнувшись, сказала Светлана Юрьевна. — Вези домой, жену и детишек порадуешь.
— Тебя ж полиция такого раскрасавца увидит и заберёт в вытрезвитель, — произнесла Светлана Юрьевна, обращаясь к мужчине, который продолжал безмятежно спать. Затем, повернувшись к подруге, добавила: — А есть сейчас вытрезвители, Васильевна?
— А чего же нет, сомневаюсь, что люди пить меньше стали с времён нашей молодости. Только как-то наверняка по-другому называются! — ответила Нина Васильевна с ухмылкой. — Но обирают, я в этом почему-то уверена, как и раньше: попадёшь туда с полными карманами денег, а выйдешь с утра — денег как не бывало.
— Нет, пару тысяч для порядка оставят, — возразила Светлана Юрьевна, — вроде как поступил с денежными средствами, а мы добропорядочные, возвращаем. На обратную дорогу. А остальное... где-то прогулял, где не знаем — ищи сам.
Мужчина никак не реагировал на слова женщин, продолжая мирно спать, и это только подстегнуло Нину Васильевну.
— Ой, слушай, пошли обратно. Не наше это дело. Если своей головы нет, чужими мозгами не разживёшься, — сказала она, поднимаясь с места.
Светлана Юрьевна кивнула, и обе подруги вернулись на свои места, стараясь не привлекать к себе внимания. Они уселись, обменялись взглядами и, наконец, рассмеялись, отпустив напряжение, вызванное встречей с пьяным мужчиной. В вагоне снова раздались голоса и смех, а они, погрузившись в свои мысли, продолжили обсуждать свои дела и покупки, оставив мужчину в его собственном мире.
Сев, Нина Васильевна покачала головой.
— Сумасшедший какой-то. Ну и чего ты там ещё купила в этом твоём телемагазине? — спросила она, пытаясь сменить тему.
— Ещё что купила? Теплицу, — ответила Светлана Юрьевна, с гордостью поднимая подбородок.
— Теплицу? — удивилась Нина Васильевна.
— Ну да, теплицу на дачу. Ты же была на моей даче, — напомнила Светлана Юрьевна.
Нина Васильевна на секунду задумалась, пытаясь вспомнить, когда это могло быть, но тут же услышала:
— А, это не ты у меня была, а Валька.
— Так вот, как раз дачный сезон вскоре начаться должен был, апрель месяц на дворе, — продолжила Светлана Юрьевна, погружаясь в воспоминания. — И тут начали рекламировать по телевизору эти теплицы. Повышенная урожайность, прочные материалы. Улыбчивые пенсионеры, выходящие из этих самых теплиц с полными корзинками помидоров и огурцов. Цена без скидки — 65 тысяч рублей. Но только сейчас и только вам, если успеете позвонить, цена уменьшена почти в 2 раза — до 35 тысяч рублей. Быстрая доставка, удобная сборка...
Она сделала паузу, чтобы перевести дух.
— Вот скажи мне, как они это проворачивают? — продолжила она. — Вот вроде ничего особенного не говорят, а рука сама к телефону тянется. И откуда они знают, что именно мне теплица нужна?
— Они и не знают, — ответила Нина Васильевна. — Дачный сезон же близился, сама сказала, вот и рекламу эту сняли и запустили. Тебя же не смущает, что в декабре столько рекламы про новогодние подарки. И откуда они знают, что все будут покупать подарки?
— Фу, какой ты скептик однако. В общем, привезли действительно быстро, но ведь по адресу квартиры. А пакет с этой теплицей тяжёлый оказался, его водитель с трудом поднял на этаж — продолжила Светлана Юрьевна, вспоминая.
— А чего ты сразу доставку на дачу не оформила? — спросила Нина Васильевна.
— Так задним умом мы все крепки, — вздохнула Светлана Юрьевна. — Когда он мне эти пакеты в квартиру приволок, я сразу об этом подумала, что неправильно поступила. Говорю: «Милок, а отвези на дачу. Я доплачу». Он отвечает: «Не положено, мать. У меня заказов — полная машина. Если я буду адреса менять, меня с работы уволят. Я ж к другим клиентам не успею съездить. У меня же график доставки». Ну и протягивает руку — мол, деньги давай. Я думала, придут, покажут, расскажут, как по телефону обещали. А тут всё наскоком как-то. Я только и успела спросить: «А как же собирать её, я справлюсь?» Он отвечает: «Конечно, справишься, мать. Это же как конструктор, почти все пенсионеры сами собирают». Как же — собирают сами пенсионеры, ври больше.
Светлана Юрьевна умолкла, а затем продолжила:
— Упросила соседа, он мне на дачу эти пакеты с новой теплицей довёз. Прилично запросил, но я не жалею, я бы сама точно не донесла их. Уж больно тяжеленные эти железки оказались. Сама на даче собирать начала — ничего не получается. Это у них в рекламе — хоп, хоп и теплица уже стоит. А на деле я с этими железками по участку мечусь, не понимаю, куда чего нужно ставить. Я давай в эту фирму звонить, которая мне продала эту теплицу — помогите собрать. Соглашаются. Конечно, давайте заявку оформим, через полтора-два месяца мастера приедут и соберут.
— Как это через полтора месяца? Так сезон же начинается, мне зачем она через полтора месяца нужна? У нас же лето не по 8 месяцев в году, — возмутилась Светлана Юрьевна.
— Есть срочная сборка. В вашем районе всего за 20 тысяч рублей. Соберём в течение недели, — ответил оператор таким доброжелательным голосом.
От этого «всего» Светлана Юрьевна аж чуть не поперхнулась.
— Так это ж больше половины стоимости этой теплицы, имейте совесть!
— Сборка на то и срочная, чтобы вашу заявку вперёд других обработать. Не нравится — попросите помощи у соседей. Хорошего дня, — произнес оператор, и разговор закончился.
— Вот и поговорили, — с горечью произнесла Светлана Юрьевна.
— Нашла, кто собрать сможет? — поинтересовалась Нина Васильевна.
— С большим трудом, но нашла. Да и что толку? Собрать собрали, да нормально не закрепили. Она при первых порывах ветра чуть у меня к соседям не улетела, на соседний участок чуть ветер не унёс. Я давай снова звонить сборщикам. В общем, какую-то арматуру привезли, опять же за деньги, вбили в землю и к ней теплицу намертво прикрутили проволокой. Ну, вроде жизнь налаживаться начала. Но не тут-то было...
— И что опять не так? — спросила Нина Васильевна, с интересом наклонившись к подруге.
— Да первым большим снегопадом её к земле и придавило. Снега помнишь, сколько намело в том году в декабре? Я уж на квартире жила давно, соседи позвонили, сказывают, что нет больше твоей теплицы, её присыпало, и она сложилась, даже не видно теперь, — с расстройством произнесла Светлана Юрьевна. — Всё прахом пошло.
— Дела... — тихо ответила Нина Васильевна, понимая, что история с теплицей обернулась для подруги настоящим испытанием.
Вагон метро мерно двигался по туннелю, его ритмичное покачивание убаюкивало пассажиров. Женщины, сидящие рядом, ехали молча, погруженные в свои мысли. В воздухе витала тишина, лишь изредка нарушаемая звуками, доносящимися из динамиков. В углу вагона, на одном из сидений, расположился выпивший мужчина. Он то вскакивал, пытаясь удержаться на ногах, то снова усаживался, с трудом балансируя на краю сиденья. Его пьяные глаза пытались сфокусироваться на экране мобильного телефона, но изображение расплывалось, и он, разочарованно вздохнув, снова укладывался спать, уткнувшись лицом в ладони.
— Ты думаешь, мои злоключения на этом закончились? — внезапно прервала тишину Светлана Юрьевна, обернувшись к Нине Васильевне. — Ничего подобного! Я зареклась в телемагазинах товары заказывать, но теплица мне по-прежнему была нужна. И как на грех — видный такой мужчина стал по участкам ходить, теплицы предлагать с установкой. Я сначала вроде отмахнулась, но потом стала расспрашивать.
— Прочные они хоть? А то я денег кучу отдала, — продолжала она, вспоминая разговор. Я показала ему свою горе-теплицу, которая, распластавшись под тяжестью зимнего снега, выглядела особенно угрюмо. А он мне и отвечает:
— Так это же не теплица, а дрянь. Если бы не было таких горе-продавцов, которые пенсионеров на деньги разводят, мы бы даже на хлеб не заработали. Вы бы хоть посоветовались с соседями. Мы вот настоящие теплицы продаём. Из стального профиля, а не как ваша — из фольги сделана, — засмеялся он в голос. — Конечно, подороже, зато на всю жизнь хватит. Ну, или как минимум лет на 25 хватит, только подкрашивать не забывайте, чтобы не ржавела.
— Так мне столько не надо, я не проживу столько, — возразила было я.
Указывая пальцем наверх, он сказал:
— Там лучше знают, сколько мы проживём. А нам этого неведомо знать. Может, кому-то осталось всего пару лет, а бывает, что и дряхлые старики ещё лет 10-15 живут, детей переживают. Цените каждый момент, пока жизнь приносит радость.
— Мужчина рассудительный, явно не обделённый умом, — подумала я. Казалось, он не просто продаёт свои теплицы, а искусно подводит тебя к мысли, что ты сама сделала правильный выбор. Я на слово не поверила, позвала соседских мужчин. Они подтвердили — то, что на моём участке, — дрянь. А этот действительно продаёт хорошие теплицы. Конечно, недёшево, но чёрный металл даже на приёмках сейчас дорого стоит.
Светлана Юрьевна сделала паузу, а Нина Васильевна, наклонившись ближе, спросила:
— И что, опять не слава богу?
— Говорю, сглазили меня, наверное, — вздохнула Светлана Юрьевна.
— Что, и этот тебя обманул что ли? — уточнила Нина Васильевна.
— Нет, что ты. Мужчина добропорядочным оказался. И теплица хорошая. Целая бригада приехала на нескольких машинах. Всё разгрузили, старую теплицу мигом разобрали и на её место установили новую. Добротную. Долговечную. Убрались напоследок, землю перекопали и взрыхлили, ту, которую сами же вытоптали. Я неделю вокруг неё прыгала как маленькая, нарадоваться не могла. Тут время пенсию получать настало, я итак два месяца не снимала её, поиздержалась. Похолодало на даче, я думаю — совмещу приятное с полезным. И пенсию получу, и внуков навещу. И на три дня уехала. Пирожков им напекла.
Светлана Юрьевна замолчала, а затем продолжила:
— Возвращаюсь на дачу, такая окрылённая. На участок заползаю, в дом захожу по привычке и не сразу на теплицу посмотрела. Потом вернулась, глядь — а там пусто. Была теплица — а теперь нет. Я к соседям. Одних дома, нет, к другим. Тоже нет. Третьи сказывают, что вечером ещё была теплица, видели. А с утра уже нет. За ночь разобрали и увезли, — с расстройством произнесла она.
— А кто ж сповадился? — спросила Нина Васильевна, не веря своим ушам.
— Так руки ноги и не оставили. Я полицию вызвала, не нашли никого в итоге.
— Это как так? Была теплица вечером, а утром уже нет, а им хоть бы хны? А чего хоть сказали? — удивилась Нина Васильевна.
— А может, алкаши разобрали и на металл сдали вашу теплицу. Так и сказал мне участковый. Я на этого участкового давай наседать, мол, у тебя только предположения одни, я что ли выяснять должна, кто её с моего участка унёс? Кто здесь власть? А он мне такой спокойно ответил:
— А может, это вы сами подговорили кого-то и по-тихому на другой участок всё перевезли? А мы должны теперь искать, как будто у нас других дел нет. И вообще, за своим имуществом следить нужно, а не провоцировать воров. Вот установили бы камеры наблюдения, мы бы посмотрели по ним, кто к вам забрался. А так — увы, и ах. Вот я ещё деньги на камеры наблюдения не тратила.
— И в возбуждении дела отказали. В итоге деньги за теплицу я заплатила, а теплицы на даче у меня всё равно нет. Грустно, — сказала Светлана Юрьевна.
Светлана Юрьевна с горечью посмотрела в окно вагона, где мимо проносились туннели, и на мгновение ей показалось, что её злоключения никогда не закончатся.
— Кстати, камеры видеонаблюдения могут сыграть злую шутку. Воришки рассуждают так: если повесили камеру, значит, есть что прятать. А это уже повод наведаться в твоё жилище, — уточнила Нина Васильевна.
Поезд метро плавно остановился на очередной станции, и в вагон вошла группа из пяти молодых людей. Они выглядели очень подозрительно: двое из них сели прямо напротив выпившего мужчины, который, казалось, безмятежно спал, не обращая внимания на окружающий мир. Его мобильный телефон лежал на сиденье, вывалившись из кармана, а коричневая барсетка уныло валялась с другой стороны от него. Дублёнка мужчины была расстёгнута, что придавало его образу ещё больше беспечности.
Молодые люди переглянулись. Светлану Юрьевну вдруг пронзило внезапное предчувствие, как холодный ветерок, пробежавший по её спине. Её сердце забилось быстрее, а в голове закружились мрачные мысли. Она стала пристально наблюдать за этой компанией.
Конец второй части.
Как вам продолжение? Ставьте лайк, если вам понравилось.
Вышла третья часть, вот она:
Интересные истории, которые заставят вас задуматься о жизни.