В брак с великой княжной Ириной, племянницей русского императора, вступил один из самых состоятельных женихов Европы, однако этот союз был расценен как невыгодный для рода Романовых.
Великая княжна Ирина, следуя советам вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны, согласилась на брак с князем Феликсом Юсуповым.
Существует предание о роковом проклятии, тяготевшем над семьей Юсуповых: в каждом поколении не более одного наследника мужского пола должно было доживать до зрелости. Если же рождалось два или более сыновей, их жизнь обрывалась до двадцати шести лет. Юсуповы верили в эту мрачную закономерность, поскольку она, казалось, подтверждалась историей – лишь один наследник продолжал род. Благодаря этому, владения и богатства рода концентрировались в одних руках, избегая дробления между многочисленными родственниками.
ПРОКЛЯТЬЕ ЮСУПОВЫХ
История княжеского рода Юсуповых берет свое начало с хана Ногайской Орды, Юсуфа-Мурзы. Он, хорошо осведомленный о величии Ивана IV Грозного, старался избегать конфликта с русским государством. Стремясь к согласию с грозным правителем, он направил к его двору своих сыновей. Царь положительно воспринял такой шаг: наследники Юсуфа получили щедрые дары и земельные владения, а также удостоились звания «навечно повелителями всех татар на земле Русской». Они обрели новую родину.
Так возникли Юсуповы – княжеский род. В летопись русских родов добавилась еще одна яркая глава. Сам же родоначальник семейства закончил жизнь трагически. Хан понимал, что его сыновьям будет лучше в далекой Москве. Как только они покинули пределы своего прежнего государства, их отца вероломно убил собственный брат. Легенда рода Юсуповых гласит, что соплеменники, узнав о принятии православия сыновьями убитого хана, были настолько возмущены, что обратились к одной из самых влиятельных степных колдуний с просьбой наложить проклятие на весь род. Оно было ужасающим. Слова проклятия, передаваемые из поколения в поколение Юсуповыми, звучали так: «И пусть из рода всего до 26 лет доживает только один. И да будет так, пока весь род не изведется под корень». Несмотря на все суеверия, слова этого сложного заклятия сбывались неумолимо. Как бы ни было много детей, рожденных в этой семье, лишь один из них всегда доживал до злополучного возраста 26 лет и старше.
Однако в девятнадцатом веке проклятие, казалось, ослабло. У Бориса Николаевича Юсупова появились сын и две дочери, но мальчик умер в младенчестве. Фамилия передавалась исключительно по мужской линии, но император Александр III сделал исключение для Юсуповых. После кончины сестры Татьяны, Зинаида Юсупова осталась единственной наследницей титула и огромного состояния. Государь разрешил ей передавать фамилию своим детям, тем самым спасая род от исчезновения. Зинаида Юсупова-Сумарокова-Эльстон, отличавшаяся красотой, верила, что проклятие не коснется ее сыновей. Но судьба распорядилась иначе: старший сын, Николай, погиб на дуэли, не дожив до своего двадцать шестого дня рождения.
Феликс Юсупов унаследовал материнскую красоту – изящную и почти женственную. В молодости он любил развлекаться, переодеваясь в певиц или цыган, но со временем его интересы изменились. Он активно занимался благотворительностью, поддерживая великую княгиню Елизавету Федоровну в ее деятельности по обустройству Марфо-Мариинской обители, приютов, госпиталей и детских домов.
В 1914 году Феликс Юсупов женился на великой княжне Ирине Александровне Романовой, а спустя год у них родилась дочь, названная в честь матери – Ирина. "Ирина и её беби здоровы. Она очень мучилась, но была храбра. Она любит свое имя и хотела, чтобы ребенка также назвали, такая смешная", – записала в дневнике императрица Александра Фёдоровна. Все звали малышку Бэби.
Крестными родителями малышки стали император Николай II и вдовствующая императрица Мария Федоровна. Девочка была окружена любовью родных, а Зинаида Юсупова души не чаяла во внучке.
«На днях была у нас Беби! Такой был сюрприз! Великая княгиня нам ее прислала с няней на лошадях по нижней дороге. Она сначала боялась лошадей, экипажа и вообще процесса катания, т.к. она с приезда ни разу не выезжала. Приехала она напуганная, молчаливая, готова расплакаться, а потом, увидав «Деде» {Феликс Феликсович-старший} — сразу улыбнулась, весь страх прошел, она стала оглядываться, все рассматривать и прямо наслаждалась новыми впечатлениями... Портрет Папа (Серова) произвел большое впечатление. Она вся покраснела и стала смотреть то на портрет, то на дедушку! Великолепно узнала и все поняла, но не могла себе дать ответа, по-чему второй дедушка висит на стенке! Твой портрет (пастель) тоже узнала — сказала «папа». Ваши фотографии целовала и называла «папа-мама», а свою собственную нежно стала целовать, улыбаясь и радуясь! Она пальчиком провела по рамке «маргаритке», нарисованной Ириной, и ясно сказала «цеточки»! Я прямо ушам своим не верила!».
Часто, из-за слабого здоровья, Ирину увозили в Крым, где более благоприятный климат. Жизнь могла бы быть наполнена роскошью и блеском высшего света, но в 1919 году Юсуповым пришлось покинуть Россию навсегда. Им удалось вывезти из страны несколько ценных картин Рембрандта и драгоценности, однако эти богатства были лишь незначительной частью утраченного.
В эмиграции воспитанием Ирины занималась бабушка. Она росла красивой, но застенчивой девушкой с мягким характером. В 1938 году Ирина вышла замуж за графа Николая Дмитриевича Шереметева, и на этом пресеклась линия Юсуповых.
Ирина Феликсовна стала матерью дочери Ксении. Лишь после окончания Второй Мировой войны Феликс и Ирина смогли познакомиться со своей внучкой, жившей в Италии. Ксения Шереметева вышла замуж за итальянца Илиаса Сфири, и у ее дочери родились две девочки. Только с рождением этих девочек, казалось, проклятие, тяготевшее над родом Юсуповых, было снято.
Существует забавная история, произошедшая в Афинах: Ирина Шереметева подружилась с женой голландского посланника, Марией Вальраве Буассевейн, в девичестве Соловьевой. Оказалось, что Мария – дочь Матрены Распутиной, дочери убитого ее отцом Григория Распутина. Подруги посмеялись над этой неожиданной ироничной связью.