Дидье Анзьё, психоаналитик и философ, пишет: «…ничто не приходит в голову без того, чтобы это не было предварительно прочувствовано» (Анзьё, 2011).
Концепция Д.Анзьё включает материалы Д.Винникотта, Э.Бик, У.Бион и Дж.Боулби. Она раскрывает все аспекты метафоры, которая уже содержит в зародыше концепцию психических оболочек. Все эти работы сопровождали почву для открытия, дали идеи для осмысления.
Группа как объект, как сцена и как оболочка была для Анзьё первым изображением Я-Кожи, и это было мыслимое изображение, потому что оно было разделено с другими, более чем с одним другим.
Также Д.Анзьё разработал свою концепцию на основе представления об «Я» телесном Фройда. Он отталкивался от физиологических особенностей кожи. Анзьё приходит к пониманию, о том, что кожа является достаточно важным элементом создания самости человека, его психического самопредставления, получив свой собственный опыт еще в детстве, который касался всей его семьи. Он считал, что его интерес к психическим оболочкам происходит из «многослойных оболочек», когда он, будучи единственным ребенком в семье, был окружен слишком усердной заботой, поскольку родители боялись повторения произошедшей в их семье трагедии и выходя на улицу он должен был быть закутан в несколько слоев. «Многослойные оболочки заботы, заботы и тепла», как потом он их назовет в одном из интервью, не покидали его всю жизнь. «Я нес груз этого на своей спине, моя жизненная сила скрывалась в сердцевине луковицы, под несколькими кожурами» [Kaës, 2007]. Как известно, первый ребенок в семье родителей Анзьё родился мертвым и Дидье был замещающим ребенком, как и его мать. В семье его матери, Маргариты Пантен, где произошла трагедия с ее старшей сестрой, которая сгорела в детстве, и родители назвали следующего ребенка в честь умершей, отрицая горе и не прожив его, груз всей этой трагедии лег на Маргариту, мать Дидье, которая также была замещающим ребенком.
Анзьё пишет, что именно осознание этой кожуры и дало ему понятие психических оболочек, о которых он написал в 1974 году и книга была о его собственной коже. Также Анзьё упоминает о возврате мнестических следов ранней травмы живота, воспоминание было очень сильным в аффекте и довольно расплывчатым. Жена Анзьё Анни говорила, что он перенес операцию по удалению аппендицита в 5-6 лет, которая прошла без физиологических осложнений, но оставила психический след в памяти Дидье. Он вспоминал об этом с ужасом. Скальпель хирурга был своего рода психическим ударом, как и удар ножом его матери, который она нанесет позже актрисе Югет Дюфло.
Я-Кожа —это оболочка материнства. С момента внутриутробной жизни, когда формируется система восприятия сознания младенца, материнская матка воспринимается как мешок, в котором хранятся фрагменты сознания. Защитный барьер состоит из материнского чрева, и развивает поле чувствительности, общее для плода и младенца. Отсюда и тяга к внутриутробному возвращению, к постоянному благополучию. Затем мать наделяет младенца своей заботой, стремясь удовлетворить его психические и физические потребности. Если ей это удалось, младенец усваивает эту «достаточно хорошую мать». Он приобретает чувственный опыт кожи как поверхности при контакте, от тела к телу со своей матерью в безопасных отношениях с ней. Это базовое чувство обеспечивает ощущения телесной целостности, а также позволяет проводить внутреннюю и внешнюю дифференциацию и эго с его полюсом влечений.
Кожа является достаточно неординарной физиологической единицей. По своей весомости кожа самый большой орган человеческого тела. Это огромная поверхность и по своей структуре, и по своим функциям. Кожа больше, чем целая группа различных органов. Её сложность на органическом уровне может быть сравнима лишь со сложностью Я на психическом уровне. Человек не сможет выжить, если лишится большого участка кожи. Кожа весит больше и занимает больше поверхности, чем любой другой орган. У младенца по поверхности и по весу кожа превосходит на 20% взрослого человека. Кожа появляется уже у эмбриона. И это является системой органов чувств, именно на ней фиксированы все органы чувств: осязание, слух, зрение, обоняние, вкус —всё это имеет отношение к коже.
Чувствительность, кинестетика, равновесие также имеет отношение к коже. Кожа является не только поверхностью физиологического тела, она также является защитной поверхностью между внутренним и внешним, она передает информацию об окружающей среде. Но также кожей мы можем и определять расстояние между собой и другими субъектами, то есть понимать наши границы. Кожа дает пространственные ориентиры. Значимость кожи также акцентируется в языке, потому что мы говорим о том, что «не в своей коже», «влезть в чужую шкуру», «кожей чувствую», «как кожу содрали».
Анзьё пишет: «первая дифференциация Я в психическом аппарате основана на ощущениях кожи и состоит в ее символическом изображении. Это то, что я предлагаю назвать «Я-Кожа» [Анзьё, 2011].
Топографическая схема, разработанная Д. Анзьё, начинается с Фройда. Термин «конверт» появился под пером Фройда в 1920 году, но он оставил эту идею без внимания и не использовал этот термин в своих более поздних текстах. Анзьё предложил концептуализацию психической оболочки, включающей два разных слоя по своей структуре и функциям. «Барьер возбуждения» Фройда заставляет его рассматривать внешний, периферийный, обращенный к внешнему миру слой, который отражает внешние стимулы и защищает психическую реальность. Барьер возбуждения —это топографическое условие двух основных форм удовольствия. С одной стороны, он пропускает часть возбуждения, оно, в зависимости от его природы, местоположения, идентичности, периодов, вызывает либо удовольствие от возбуждения (кожи, органов чувств, двигательных навыков), либо боль. С другой стороны, перевозбуждение поддерживает внутренний импульсный подъем в замкнутой системе до такой степени, что разрядка становится количественно необходимой и возможной благодаря присутствию и доступности объекта желания. Удовольствие от разрядки отличается от удовольствия от возбуждения. Также основываясь на работах ряда психоаналитиков, которые подчеркивали важность раннего тактильного общения с матерью, если ребенок хочет стать самостоятельной личностью, которая чувствует себя в безопасности в пределах того, что он делает, воспринимает как прочные и надежные ментальные и физические границы. Винникотт вдохновил его своей теорией в отношении различных функций эго-кожи, он использует его концепции, где: «…личность младенца начинает привязываться к телу и телесным функциям, кожа является пограничной мембраной».
В своем труде же «Я-кожа» Анзьё предлагает восемь функций, которые носят вспомогательную опору, являются вместилищем тревог, вспомогательным защитным барьером, позволяют идентифицировать, способствуют к доступу Я, стимулируют или умеряют аппетит к возбуждению и поддерживают положительный и отрицательный перенос, а также высвобождают связанную энергию. Контрперенос осуществляется не только на основе любви и ненависти, связанных с сексуальным, но также на основе нежности и неприятия, связанных чувственным.
Рассмотрим каждую функцию более подробно.
Первую функцию, которую предлагает Анзьё, он называет поддержка. Это своего рода кожа, которая служит поддержкой скелету, мышцам, я-кожа также поддерживает психику, всё то, что интериорезируется в психику. И начинается это в глубоком младенчестве. Первой интериоризацией, конечно, является материнское удерживание. То, что Винникотт называет холдингом. Я-кожа является своеобразным повторением части матери, а именно её рук, которые удерживают младенца. Именно эта функция поддерживания младенца, интериоризируется и поддерживает психику в функциональном состоянии.
Эта поддержка подобна той, как мать поддерживает тело своего ребёнка, давая этому телу ощущение телесного единства и некой прочности, которое возможно только в руках матери. Физическое и телесное объятие дает ребенку ощущение единства с матерью. Опираясь на эту поддерживающую функцию, младенец сам может поддерживать себя в своём теле и это становится внешним упором и возможностью приобрести внутренний упор в свой собственный позвоночник, что потом будет называться внутренним стержнем. Благодаря этой внешней опоре, которая становится прочной основой и позволяет младенцу выпрямиться. Вначале наполовину, когда он садится, а потом, и когда встаёт. Это удерживание материнскими руками –первое знакомство с фаллическим. Появление этой опоры является важным условием для формирования ранних механизмов защиты, как расщепление и проективная идентификация. Анзьё говорит, что эта опора также очень инвестирована в либидо. Прижатие тела ребёнка к телу матери связано и с сексуальным влечением с обеих сторон, и это сексуальное влечение для ребенка удовлетворяется на оральном уровне с помощью сосания и объятий. Мама обнимает своего ребенка из любви и другого способа взаимодействия с младенцем не существует. И эта форма выражения любви поддерживается человеком на протяжении всей жизни. Таким образом первая функция Я-Кожи состоит в том, чтобы выполнить функцию поддержания психического.
Вторая функция «я-кожи» – контейнирование. Эта функция выполняется, в первую очередь и главным образом за счёт материнского ухаживания. Вместимость, близкая к материнской заботе, позволяет играть между телом матери и телом ребенка, и их соответствующими ощущениями. Это имеет функцию обозначения границы между внутренним и внешним.
Благодаря ухаживанию появляется представление о коже, как о некоем мешке, куда помещено всё внутреннее содержание тела. Мать ухаживает за кожей, купает, мажет кремом, маслом, вытирает, гладит, похлопывает, присыпает. У младенца появляется пространственное представление, внутренний образ этого мешка. Также мать откликается на реакции младенца прикосновениями, словами, отношением, жестикуляцией. К осязаниям добавляется сонорная оболочка. Звуки присоединяются к телесным переживаниям и усиливают тактильную оболочку, как бы подкрепляют ее. Ребенок начинает имитировать движение матери. Такой обмен, появляется и становится возможным лишь благодаря тому, что есть контакт, он уже установился. Контейнирование становится возможным благодаря функции альфабетизации, о которой писал Бион. Мама принимает бета-элементы, трансформирует их и отдаёт обратно, он их принимает, и у него появляется мышление [Бион, 2008]
В третьей функции мать служит для ребёнка вспомогательным слоем для защиты от раздражителей. И это до тех пор, пока растущие я-ребёнка находят на своей собственной коже подпорки, если можно так выразиться, которые будут достаточны для обеспечения этой функции им самим. Я-кожа актуализируется в ходе отношений между младенцем и первичным его окружением. Постоянство, функция защиты от агрессии другого человека и раздражителей внешнего мира, которую Фройд называет защитой от возбуждения. Защита от эндогенного импульсивного вторжения, оставляя место для аппетита к возбуждению. Избыток, дефицит защиты от раздражителей приводит к разнообразным психическим формам. Страх потери объекта, который дополняет и выполняет вспомогающую роль защиты от раздражителей, увеличен до максимума. В таких случаях, говорит Анзьё, когда младенец очень рано отдаётся на воспитание бабушки и она занимается с чрезмерным рвением, у ребёнка не появляются невозможности, нет необходимости самоукрепляться. И в таких случаях Анзьё говорит о том, что возможно в дальнейшем появление всяких форм токсикомании как решение этой ситуации. И токсикомания, согласно Анзьё, как бы создаёт некую пыль, некий туман между Я и внешними стимуляциями. Им необходимо нечто, что будет препятствовать попаданию внешних раздражителей, потому что внутри не развилась функция защиты от внешних раздражителей. Нет этого защитного слоя.
Четвертая функция Я-Кожи носит название индивидуации. Эго-кожа позволяет проявиться самости и уникальности личности. Анзьё пишет, что у любой, у каждой клетки есть мембрана, которая защищает индивидуальность клетки, отделяет одну клетку от другой и защищает то, что внутри этой клетки находится. У мембраны есть функция распознавания чужеродного тела, она не пропускает его. Эта мембрана связывает это чужое. Человеческая кожа обладает индивидуальностью. Цвет, грануляция, текстура, запах —это всё придаёт значительные индивидуальные различия. Эти различия могут быть сверхинвестированы как нарциссически, так и социально. Я-кожа обеспечивает функцию индивидуации. В этом случае она привносит в психическое чувство бытия в качестве уникального существа. Анзьё использует слово «фронтир», то, что разделяет чётко одно от другого.
Пятая функция –интерсенсорность. Она параллельна тому свойству кожи, где ее поверхность имеет углубления с органами чувств, и они отличны от органов осязания. Органы чувств немножко глубже. Кожа - психическая поверхность, которая связывает между собою ощущения различной природы. Осязание и вербальная оболочка связываются и на уровне её кожи появляется ощущение общего чувства. При несостоятельности этой функции появляется страх расчленения, распада на части. Интерсенсорность —собирание воедино того, что приходит от разных органов чувств и дает общее чувство.
Шестая функция называется оплотом сексуального возбуждения и связана с тем, что кожа младенца является объектом либидинальной инвестиции матери. Контакт с матерью через прикосновения готовят ребенка к аутоэротизму, что является потом проводником для удовольствия в интимной жизни взрослого. Кожа щедро инвестируется матерью через прикосновения, и она становится не корой, неким панцирем, а зоной для получения удовольствия. Если разрядки возбуждения через кожу нет, то в отсуствии либидинальности формируется страх, либо оболочка может использоваться нарциссически. Если оплота сексуального возбуждения нет, то такой индивид, когда он становится взрослым, никогда не чувствует себя в достаточной безопасности для того, чтобы вступить в полноценные сексуальные отношения. Если вот эти зоны эрогенные скорее болевые, нежели эрогенные, то устанавливается конфигурация продырявленной Я-кожи. И тогда может появиться стремление к сексуальным извращениям для того, чтобы через боль получить удовольствие.
Седьмая функция кожи, либидинозная перезарядка, связана с тем, что кожа постоянно имеет дело со стимуляцией. Кожа никогда не спит, даже во сне она ощущает холод, жар, она постоянно осязает и находится в связи с внешними возбудителями. Эта функция состоит в либидинальной перезарядке психического функционирования, в поддержке внутреннего энергетического напряжения и его распределения по психическим подсистемам. Но это распределение неравное. Нарушение этой функции ведет к двум типам страхов, антагонистическому и страху взрыва психического аппарата из-за сверхинвестиции возбуждения, это происходит при эпилептическом припадке.
Восьмая функция, записывание следов, соответствует тому, что кожа имеет тактильные органы чувств, которые дают ей ощущение своей поверхности, боли, тепла, холода, всякая вот эта кожная чувствительность, которая напрямую дает сообщение, информацию о происходящем вовне. Потом эта информация, благодаря общему чувству, смешивается с информацией визуальной и слуховой. Я-кожа выполняет функцию записывания всех следов перцепции и остается не в виде мнестических следов, а в виде пиктограмм. Данная функция я-кожа развивается как бы в двойном регистре, в биологическом и в социальном. Биологический —это принадлежность к полу, расе. Социальный —принадлежность к социальной группе. Сюда можно отнести татуировками, надрезы на коже, насечки, макияж, прически, одежду как вторую кожу. Первая форма страха, который относится к этой функции, заключается в том, чтобы не иметь на поверхности тела записей, которые не стираются.
Анзьё определяет и девятую функцию, которая была бы отрицательной, служащей Танатосу - отторжение и токсичность. Он проводит параллель между тем, как атакуется я-кожа, и аутоиммунными заболеваниями. Невозможность распознавания того, что исходит извне, приводит к тому, что тело, физиологически нападает на само себя. Процесс различения, разделения Я и не Я по Винникотту имеет биологический корень. Во влечениях уже есть информация о том, что содержится в соматическом. Анзьё предлагает гипотезу о том, что кожа как оболочка тела создает промежуточную реальность между физической мембраной клетки и психическим.
Работа Д. Анзьё позволила дерматологам и другим специалистам, таким как педиатры, сосредоточиться на качестве раннего тактильного обмена между матерью и ее ребенком, в том числе у ребенка с хроническими кожными заболеваниями. Это также помогло дерматологам распознать пациентов с «пограничными» состояниями, которые особенно часто встречаются в дерматологии. Эти пограничные пациенты в результате своих психических конфликтов используют защитные механизмы, основанные как на невротическом, так и на психотическом функционировании. Их жалобы отражают трудности с прочностью их психических и физических ограничений: их реальная кожа метафорически связана с воображаемой ментальной структурой, которая ограничивает индивидуальное ментальное пространство.
Помимо других клинических характеристик, у них есть «патология действия», и, как это ни парадоксально, они часто нападают на собственную шкуру, чтобы проверить прочность и надежность своих собственных возможностей. Д. Анзьё констатирует, что его пациенты с пограничными состояниями особенно страдают от отсутствия границ, что проявляется в неопределенности границ между психическим и телесным Я, Я-реальностью и Я-идеалом, недифференцированностью эрогенных зон, эмоциональных состояний, путаницы между приятными и болезненными переживаниями. Пациенты с мазохистским поведением, в раннем детстве испытывали реальное физическое повреждение своей кожи. Фантазия, возникшая в результате мазохизма, состоит из представления, что одна и та же новая кожа принадлежит ребенку и его матери, образная кожа их симбиотического союза, и что процесс, происходящий в результате мазохизма, не является чем-то особенным, размывание и доступ ребенка к автономии приводит к разрыву этой общей кожи. Анзьё показывает, что все строится на ощущениях.
«Я-Кожа» —это не просто концепция, это содержание сложной психоаналитической теории, которую Анзьё писал чуть более двадцати лет. Кульминацией этой работы является его последняя книга «Мышление. От Я-Кожи к Я-мыслящему».
Конструкт «я-кожа» по сути дополняет и раскрывает описание «Я» во второй топике Фройда. Этот подход помогает выявить нарушения «Я», отклонения в восприятии внешнего и внутреннего, а также помочь в аналитической работе и терапии с пациентами.
Список литературы:
Kaës R. Du Moi-peau aux enveloppes psychiques. Genèse et développement d’un concept // Le Carnet PSY. 2007. С. 33–39.
Анзьё Д. Я Кожа. Ижевск: ООО "Издательский дом Ergo", 2011.
Бион У. Р. Научение через опыт переживания.: Когито Центр, 2008. 128 с.
Автор: Синякова Светлана Николаевна
Психолог
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru