— Снова натащил грязи! Сколько раз можно повторять? — Виктор раздраженно указал на следы на линолеуме. — И носки опять где попало валяются.
Денис замер в дверях, не решаясь пройти дальше в квартиру. Восьмилетний мальчик прижал к груди школьный рюкзак, словно щит.
— Я... я не заметил, — пробормотал он, опустив глаза.
— Не заметил он. Всё ты заметил, — Виктор поморщился, снимая рабочие ботинки. День выдался тяжелым: три вызова по затопленным квартирам, начальник недоволен сроками, а теперь еще и это. — Неужели так сложно вытереть ноги? Возьми тряпку и вытри.
Наталья выглянула из кухни, вытирая руки полотенцем.
— Витя, он только пришел. Я сама вытру.
— Сама, сама, — передразнил Виктор. — Ты его так разбалуешь окончательно. Восемь лет парню, пора бы уже понимать.
Он прошел мимо застывшего Дениса, задев его плечом, и направился на кухню. Наталья тихо шепнула сыну:
— Переоденься, и за уроки. Я поговорю с ним.
Денис кивнул и прошмыгнул в свою комнату. Наталья вздохнула и вернулась на кухню. Виктор сидел за столом, угрюмо разглядывая стену напротив.
— Не надо на него так, — произнесла она тихо. — Он старается.
— Старается он, — усмехнулся Виктор. — Что-то я не вижу.
Наталья присела напротив, посмотрела на его усталое, осунувшееся лицо.
— Ты с работы расстроенный? Случилось что-то?
Виктор махнул рукой.
— Да там... Толку объяснять. Ладно, проехали.
Наталья поджала губы. Всегда так — закрывается, отмахивается. Три месяца живут вместе, а поговорить нормально не получается. Виктор был для нее как внезапное спасение — появился, все наладил в доме, и вроде с сыном пытался общаться... Но каждый раз, когда дело доходило до эмоций, словно стена вырастала.
Год назад он появился на пороге их квартиры — пришел проверять проводку по заявке. Наталья тогда только отработала двойную смену в поликлинике, еле на ногах стояла. А у нее еще и розетка искрила, и кран подтекал, и полка в шкафу оторвалась... Виктор все осмотрел, хмыкнул и предложил помочь. Не по службе, а просто так.
Потом стал заходить часто — то одно починит, то другое. Наталья и не заметила, как привыкла к нему, как начала ждать его прихода. А два месяца назад он сам предложил перебраться к ним — в служебной комнате при ЖЭКе, мол, тесно и неуютно.
— Я ужин разогрею, — произнесла Наталья, поднимаясь.
— Не хочу, — буркнул Виктор. — Пойду телевизор посмотрю.
Он вышел, и Наталья услышала, как скрипнул диван в гостиной. Она опустилась на стул и прикрыла глаза. Как же все сложно. Кажется, будто у них семья. А на самом деле — что? Сосуществование под одной крышей. Виктор ей ничего не обещал, о будущем не говорил. А она и спросить боялась.
— Разве так решают примеры? — Виктор нахмурился, глядя в тетрадь Дениса. — Кто тебя так научил?
Денис сжался, комкая в пальцах карандаш.
— Учительница так показывала.
— Ерунда какая-то. Смотри, как надо.
Виктор взял ручку и быстро расписал решение. Денис смотрел, как двигается ручка по бумаге, и чувствовал, как внутри растет комок обиды. Сколько бы он ни старался, все равно неправильно. Все равно замечания.
— Понял? — Виктор посмотрел на мальчика. — Теперь решай следующий.
Денис кивнул и склонился над тетрадью. Он очень хотел порадовать Виктора, хотел, чтобы тот его похвалил. Но почему-то не получалось.
— Неразборчиво пишешь, — заметил Виктор, когда Денис закончил пример. — И грязно. Чему вас только в школе учат...
В дверь позвонили. Наталья вышла из ванной, на ходу вытирая руки.
— Кто это может быть вечером?
Она открыла дверь, и на пороге появился высокий широкоплечий мужчина с пакетом в руках.
— Здравствуй, Наташ.
Наталья замерла, резко побледнев. Виктор вышел в прихожую, с интересом разглядывая незнакомца.
— Ты... зачем? — только и смогла произнести Наталья.
— К сыну пришел, — мужчина улыбнулся, показывая ровные белые зубы. — Можно?
Из-за спины Виктора выглянул Денис и замер, широко раскрыв глаза.
— Папа?
— Привет, чемпион, — мужчина присел на корточки, протягивая пакет. — Это тебе. Машинка на радиоуправлении. Всегда такую хотел, помнишь?
Денис неуверенно взял пакет, переводя взгляд с отца на Виктора и обратно.
— Я Андрей, — незнакомец протянул руку Виктору. — Отец Дениса.
— Виктор, — сухо ответил тот, пожимая руку.
— Ты... проходи, — неуверенно произнесла Наталья, отступая в сторону.
Андрей прошел в квартиру, оглядываясь с любопытством.
— Ремонт сделали? Выглядит иначе.
— Виктор помог, — ответила Наталья. — Он многое тут наладил.
Андрей кивнул, внимательно глядя на Виктора, а затем повернулся к сыну.
— Ну, показывай свою комнату, что ли! Наверняка изменилась с тех пор.
Денис неуверенно повел отца в свою комнату. Наталья и Виктор остались в коридоре.
— Ты не говорила, что он объявится, — с легким упреком произнес Виктор.
— Я сама не знала, — Наталья покачала головой. — Он три года не появлялся, алименты не платил. А теперь вот...
Из комнаты Дениса донесся восторженный визг и жужжание моторчика — новая игрушка приступила к работе.
— И что теперь? — Виктор скрестил руки на груди.
— Не знаю, — честно ответила Наталья. — Посмотрим, что ему нужно.
Андрей пробыл у них два часа. Играл с Денисом, расспрашивал о школе, рассказывал о своей новой работе в строительной фирме. Виктор все это время сидел в гостиной, делая вид, что смотрит телевизор, но внимательно прислушиваясь к разговорам.
Когда Андрей собрался уходить, он задержался в прихожей.
— Я теперь буду приходить, ты не против? — спросил он у Натальи. — И на выходных хотел бы Дениса в парк развлечений сводить.
— Конечно, — кивнула Наталья. — Ему будет интересно.
Когда дверь за бывшим мужем закрылась, она обернулась к Виктору. Тот сидел с непроницаемым лицом.
— Что ты думаешь? — спросила она.
— О чем? — Виктор пожал плечами. — Отец есть отец. Пусть общаются.
— Я просто... — Наталья запнулась. — Не хочу, чтобы Денис запутался. Все-таки ты сейчас...
— Кто я сейчас? — Виктор посмотрел на нее в упор. — Сосед по квартире? Мастер по ремонту? Временный спутник?
Наталья промолчала, не зная, что ответить. А что она могла сказать? Они никогда не говорили о своих отношениях всерьез. Виктор не делал никаких шагов, чтобы узаконить их союз, не называл ее никак, кроме имени. Просто жил рядом.
— Вить, я не знаю, кто ты для меня сейчас, — наконец тихо произнесла она. — А ты знаешь?
Виктор отвел взгляд.
— Ладно, забудь. Поздно уже. Иди спать, завтра рано вставать.
Наталья почувствовала, как внутри что-то оборвалось. Всегда так — уходит от разговора, закрывается. Можно было бы настоять, но зачем? Чтобы услышать то, что она и так подозревала?
— Слушай, Витек, ты чего в этой дыре застрял? — Павел отхлебнул пиво из бутылки и посмотрел на друга. — Нормальные спецы сейчас в областном центре на вес золота. Я тебе сразу бригаду дам, будешь руководить.
Они сидели в небольшом кафе недалеко от дома Виктора. Павел, его старый армейский товарищ, приехал по делам и настоял на встрече.
— И что, так выгодно? — без особого энтузиазма спросил Виктор.
— Не то слово! В три раза больше получать будешь, чем сейчас в своем ЖЭКе, — Павел наклонился ближе. — Плюс перспективы. Квартиру служебную дадим, нормальную, не то что здесь.
Виктор покрутил в руках стакан с минералкой.
— А как же... — он запнулся.
— Что? — Павел прищурился. — А, ты про свою медсестру с пацаном? Брось, Витек, какие обязательства? Ты им кто? Не расписаны, не обещал ничего. Пожили вместе — и хватит. Давай, решайся. Через неделю мне ответ нужен.
Виктор кивнул, не глядя на друга. Что-то внутри него сопротивлялось этому предложению, хотя разумом он понимал, что Павел прав. Это шанс изменить жизнь к лучшему, начать все с чистого листа. Без обязательств, без проблем чужого ребенка, без тягостных мыслей о будущем.
Он вернулся домой поздно. В квартире было тихо — Наталья и Денис уже спали. Виктор сел на диван в гостиной, не включая свет, и уставился в темноту. На стене висело его свидетельство о разводе в простой деревянной рамке — он сам повесил его, когда переехал, как напоминание о том, что больше не хочет связывать себя семейными узами.
Развелся он пять лет назад. Бывшая жена, Лариса, была активной, требовательной, постоянно чем-то недовольной. Семейная жизнь с ней превратилась в бесконечный список претензий и ожиданий. Когда они расстались, Виктор поклялся себе, что больше не попадет в такую ловушку.
И вот теперь он живет с Натальей и Денисом, и это совсем не похоже на его прежнюю семейную жизнь. Наталья тихая, покладистая, никогда не спорит, всегда поддерживает. Денис... Виктор нахмурился, думая о мальчике. Конечно, он шумный, неаккуратный, но в нем столько искренности... Когда Денис смотрит на него, задает вопросы, пытается помогать — в этом нет фальши.
Утром Виктор проснулся от звука возни на кухне. Он вышел и увидел Дениса, старательно намазывающего маслом бутерброды.
— Ты чего в такую рань? — спросил Виктор, потирая заспанное лицо.
— Мама сегодня в первую смену, а я хотел для нее завтрак сделать, — пояснил мальчик, не отрываясь от своего занятия. — Она вчера устала сильно.
Виктор молча наблюдал, как Денис старательно раскладывает бутерброды на тарелке, наливает сок в стакан, расставляет все на столе.
— Поможешь мне? — вдруг спросил мальчик, повернувшись к Виктору. — Я хотел еще салфетку сложить красиво, но не получается.
Виктор подошел и показал, как складывать бумажную салфетку конвертиком. Денис быстро повторил за ним.
— Здорово! — восхитился он. — А где ты научился?
— В армии, — ответил Виктор. — Там многому учат.
— А ты меня научишь? — в глазах мальчика светилась надежда.
Виктор помедлил мгновение, а потом кивнул:
— Конечно. Если захочешь.
Наталья, вошедшая на кухню через минуту, замерла на пороге, глядя на накрытый стол, на Виктора и Дениса, сидящих рядом и складывающих фигурки из салфеток.
— Это... для меня? — растерянно спросила она.
— Сюрприз! — улыбнулся Денис. — Садись, мама.
В тот момент они действительно были похожи на семью. И эта мысль заставила Виктора задуматься, не впервые ли за несколько месяцев совместной жизни.
Наталья лежала в постели, прижав руку к боку. Боль не отпускала уже третий день. Сначала она думала, что это просто легкое недомогание, но становилось только хуже.
— Может, к врачу сходишь? — предложил Виктор, заметив, как она морщится, пытаясь встать.
— Сама врач, разберусь, — отмахнулась Наталья, но по ее лицу было видно, что ей действительно плохо.
Вечером ей стало хуже. Когда Денис уже спал, она вышла на кухню, где Виктор чинил старый торшер, и тихо произнесла:
— Вить, мне кажется, это почки. Боль такая, что еле хожу.
Виктор вскочил, увидев ее бледное лицо.
— Так, собирайся. Поедем в больницу.
— А Денис? — Наталья беспомощно оглянулась.
— Поспит пока один. Вернемся — разберемся.
В приемном отделении больницы врач быстро осмотрел Наталью и покачал головой:
— Похоже на обострение пиелонефрита. Срочно на обследование и госпитализацию.
Наталью увезли, а Виктор остался в коридоре, не зная, что делать дальше. Через час вышел врач и сообщил:
— Почечная колика, серьезное обострение хронического пиелонефрита. Придется лечить стационарно, минимум две недели.
— Две недели? — Виктор растерянно потер затылок. — А нельзя как-то... дома?
— Нельзя, — отрезал врач. — Состояние серьезное, запущенное. Хорошо, что привезли сегодня, а не через пару дней.
Виктор кивнул и пошел к Наталье. Она лежала на кушетке, уже с капельницей, но в сознании.
— Как ты? — спросил он, присаживаясь рядом.
— Сделали обезболивающее, полегче, — слабо улыбнулась она. — Но оставляют. Витя, а как же Денис?
Виктор помедлил. В голове мелькали мысли — созвониться с её родителями, попросить соседку присмотреть за мальчиком, может быть, договориться с Андреем... Но что-то внутри сопротивлялось. Это же не его проблема. Не его ребенок. Не его семья.
— Что-нибудь придумаем, — уклончиво ответил он. — Может, Валентина присмотрит?
Наталья внимательно посмотрела на него, и в глазах её мелькнуло разочарование.
— Да, наверное.
Виктор вернулся домой за полночь. Денис спал, свернувшись калачиком и обняв подушку. Виктор осторожно прикрыл дверь в его комнату и прошел на кухню. Завтра придется решать, что делать с мальчиком.
Утром, объяснив Денису ситуацию, он позвонил соседке, Валентине Петровне, пожилой учительнице на пенсии. Та согласилась присмотреть за мальчиком, пока решается вопрос.
— Денис, собирай вещи, — сказал Виктор. — Поживешь пока у Валентины Петровны.
— А ты? — мальчик посмотрел на него с тревогой.
— А я буду здесь, — ответил Виктор, отводя взгляд. — Буду маму навещать, тебе рассказывать, как она.
Они отвели Дениса к соседке. Валентина Петровна, добрая сухонькая старушка, уже приготовила комнату для мальчика.
— Не переживай, — сказала она Виктору. — Справимся.
Вернувшись в пустую квартиру, Виктор почувствовал странное опустошение. Он привык к постоянному присутствию Натальи и Дениса, к их голосам, к суете по утрам. Теперь квартира казалась неживой.
Вечером он навестил Наталью в больнице. Она выглядела измученной, но капельница сделала свое дело — боль отступила.
— Как Денис? — первым делом спросила она.
— Нормально, у Валентины Петровны, — кивнул Виктор. — Она обещала присмотреть.
Наталья смотрела в окно, за которым сгущались сумерки.
— Витя, — вдруг произнесла она тихо. — Я думаю, тебе лучше уйти.
— В смысле? — не понял Виктор.
— Насовсем, — Наталья повернулась и посмотрела ему в глаза. — Собирай вещи и уходи. Не надо больше... всего этого.
Виктор опешил.
— Ты чего? С чего вдруг?
— Не с чего вдруг, — покачала головой Наталья. — Давно пора было. Просто не решалась сказать. А сейчас... ситуация показала все ясно. Ты с нами, пока тебе удобно. А как проблемы — сразу в сторону. Это не то, что мне нужно. И Денису не то.
— Подожди, — Виктор нахмурился. — Что ты от меня хотела? Чтобы я с работы ушел и сидел с твоим ребенком?
— Я хотела, чтобы ты не говорил "твой ребенок", — тихо ответила Наталья. — Я хотела, чтобы мы были семьей, а не соседями по квартире. Но этого не будет. Ты всем видом показываешь, что мы для тебя — временная остановка.
Виктор молчал, не зная, что возразить. В её словах была правда, от которой некуда было деться.
— Уходи, Витя, — повторила Наталья. — Так будет лучше для всех.
Он вышел из больницы, чувствуя странную смесь обиды и облегчения. С одной стороны, Наталья словно сняла с него груз ответственности, разрешила уйти. С другой — в груди появилась пустота, которой раньше не было.
Вечером позвонил Павел.
— Ну что, братан, надумал? — бодро спросил он. — Через три дня надо решать.
— Да, — Виктор помедлил мгновение. — Да, я согласен. Перееду.
— Отлично! — обрадовался Павел. — Готовься тогда, я за тобой заеду в субботу.
Виктор положил трубку и огляделся. Надо собирать вещи. Их было немного — он так и не обзавелся здесь чем-то существенным. Словно всегда знал, что это временно.
На следующий день, после работы, он решил зайти к Валентине Петровне, проведать Дениса и сказать ему, что уезжает. Не попрощаться было бы неправильно.
Подходя к дому соседки, он услышал голоса с детской площадки во дворе. Денис разговаривал с какими-то мальчишками, и голос его звучал необычно взволнованно.
— Неправда это! — горячо говорил Денис. — У меня есть папа! Настоящий! Он вот такой... — мальчик широко развел руки, показывая, какой большой его "папа". — Он все может починить! Он мне помогает с математикой, и мы вместе завтрак для мамы делали, и он обещал научить меня...
Виктор застыл за углом дома, не решаясь выйти. Сердце забилось чаще. Неужели Денис говорит о нем? Но ведь вернулся его настоящий отец, Андрей...
— ...И он строгий, но справедливый, — продолжал Денис. — Когда я что-то делаю не так, он мне объясняет. И знаете, он маму мою любит, просто не говорит. Я вижу. Когда она не смотрит, он на нее всегда смотрит. И он ей цветы приносил, когда она заболела немножко. И он меня на рыбалку обещал взять. Скоро поедем.
Виктор почувствовал, как внутри разливается тепло. Он никогда не думал, что мальчик так воспринимает его. Для него самого Денис был просто ребенком Натальи, шумным, непоседливым, к которому он относился строго, но без особой привязанности.
По крайней мере, так он думал.
Виктор отошел от угла дома и побрел прочь. В голове вихрем проносились мысли. Все это время он держался на расстоянии, не пускал Наталью и Дениса в свое сердце, боялся повторения прошлого опыта. А они уже считали его частью семьи.
Он вернулся в квартиру, прошел в комнату Дениса. Аккуратная кровать, стол с учебниками, полка с книгами и игрушками. На стене — рисунок: три фигурки, держащиеся за руки. Мама, мальчик и большой человек, явно Виктор. Подпись внизу: "Моя семья".
Виктор сел на кровать, держа рисунок в руках. Что-то надломилось внутри. Все это время он думал, что просто живет с чужими людьми, а на самом деле у него уже была семья. И он этого даже не замечал.
На столе лежала школьная тетрадь Дениса. Виктор открыл её и увидел сочинение на тему "Мой дом".
"В моем доме живут самые лучшие люди — моя мама и Виктор. Мама добрая и всегда заботится обо мне. А Виктор сильный и умный. Он все умеет чинить и делает наш дом лучше. Иногда он сердится, когда я делаю что-то не так, но потом все равно помогает мне исправиться. Я хочу, чтобы он научил меня всему, что умеет сам. И еще я хочу, чтобы он всегда жил с нами и стал моим настоящим папой..."
Виктор отложил тетрадь и закрыл лицо руками. Внутри бушевали противоречивые чувства. Павел ждет его решения. Новая работа, новая жизнь. Свобода от обязательств. Но стоит ли эта свобода того, что он теряет?
На следующий день Виктор пришел к Валентине Петровне. Денис открыл дверь и замер, увидев его.
— Витя! — радостно воскликнул мальчик. — Ты пришел за мной?
Виктор присел перед ним на корточки и серьезно посмотрел в глаза.
— Да, пришел. Собирай вещи, пойдем домой.
Денис просиял и бросился обнимать Виктора. Тот на мгновение замер от неожиданности, а потом неловко обнял мальчика в ответ.
— Папочка, не бросай меня, — услышал тихий голос мальчика Виктор.
Что-то сжалось у него в груди. Он крепче прижал к себе Дениса.
— Не брошу, — тихо ответил он. — Обещаю.
Валентина Петровна стояла в дверях комнаты, с умилением наблюдая за этой сценой.
— Вижу, вы разобрались со всем, — улыбнулась она. — Я так и знала, что вы вернетесь.
Виктор поднялся, все еще держа руку на плече мальчика.
— Спасибо, что присмотрели за ним.
— Это было несложно, — ответила пожилая женщина. — Он замечательный мальчик. Вам с Натальей повезло.
Денис быстро собрал свои вещи, и они вместе пошли домой. По дороге мальчик не отпускал руку Виктора, словно боясь, что тот исчезнет.
— А как мама? — спросил Денис. — Ей лучше?
— Да, лечение помогает, — кивнул Виктор. — Мы сегодня её навестим.
— А можно я ей рисунок нарисую? Чтобы она быстрее выздоравливала.
— Конечно, можно, — Виктор слегка улыбнулся. — Думаю, ей будет приятно.
Дома Денис сразу побежал рисовать, а Виктор разобрал уже собранную сумку со своими вещами. Потом он сел за стол и написал сообщение Павлу: "Извини, но я остаюсь. Поговорим позже".
Телефон тут же зазвонил.
— Ты чего это? — возмущенно спросил Павел. — Мы же договорились!
— Планы изменились, — твердо ответил Виктор. — Я не могу уехать.
— Из-за этой медсестры, что ли? — не унимался Павел. — Брось, таких полно найдешь!
— Дело не в этом, — Виктор понизил голос, чтобы Денис не услышал. — Просто я понял, что у меня здесь... семья.
— Семья? — Павел фыркнул. — Ты же вроде зарекался после Ларисы?
— Зарекался, — согласился Виктор. — А оказалось, что зря. Все бывает по-разному.
Павел помолчал, потом вздохнул:
— Ну смотри. Твоя жизнь, тебе решать. Но если передумаешь — звони. Место пока не горит.
— Спасибо, но я не передумаю, — ответил Виктор и отключился.
Денис вышел из своей комнаты с рисунком в руках.
— Смотри, что я нарисовал!
Виктор взял лист бумаги. На нем была изображена больница, солнце, и три фигурки, держащиеся за руки: мама, Денис и он сам.
— Красиво, — одобрил Виктор. — Маме понравится.
— А мы скоро пойдем к ней?
— Да, через пару часов поедем, — Виктор задумался на мгновение. — Слушай, а давай мы для мамы ещё что-нибудь приготовим?
— Что? — заинтересовался Денис.
— Например, я знаю, что она любит фруктовый салат. Можем сделать и отнести ей.
Глаза Дениса загорелись.
— Давай! Я буду помогать!
Они вместе пошли на кухню. Виктор достал фрукты, разделочную доску, нож. Они мыли яблоки, груши и апельсины, чистили их, нарезали кубиками. Денис был сосредоточен и старателен, хотя кусочки получались у него разного размера. Виктор не делал замечаний, лишь иногда тихо подсказывал, как лучше держать нож.
— Вить, а ты правда не уедешь больше? — вдруг спросил Денис, не поднимая глаз от своего занятия.
— Правда, — уверенно ответил Виктор. — Я останусь с вами.
— А почему раньше ты хотел уехать?
Виктор замер с ножом в руке. Как объяснить ребёнку то, что он сам с трудом понимал?
— Понимаешь, Дэн, — начал он медленно, подбирая слова. — Иногда взрослые боятся... боятся привязаться к кому-то. Боятся, что потом будет больно, если что-то случится. И я тоже боялся.
— Как я боюсь темноты? — попытался понять мальчик.
— Да, что-то похожее, — кивнул Виктор. — Только я боялся не темноты, а... того, что могу полюбить вас с мамой, а вы... не полюбите меня в ответ.
Денис поднял на него удивленные глаза.
— Но мы же любим тебя! — сказал он с такой искренностью, что у Виктора перехватило дыхание. — Я всем ребятам во дворе говорю, какой ты... ну, классный. И мама тебя любит, она мне сама говорила.
— Говорила? — Виктор замер.
— Ага, — кивнул Денис. — Когда думала, что я сплю, говорила по телефону с тётей Ирой. Сказала, что любит тебя, но боится сказать, потому что ты опять уйдешь. Как папа.
Виктор молча смотрел на мальчика, пытаясь переварить услышанное. А ведь он действительно никогда не задумывался, что Наталья могла всерьез привязаться к нему. Что для неё это были не просто удобные отношения.
— Скоро закончим и поедем к маме, — сказал он, возвращаясь к нарезке фруктов. — Я думаю, нам нужно многое ей рассказать.
В больнице Наталья удивилась, увидев их вместе.
— Денис? — она вопросительно посмотрела на Виктора.
— Мы приехали тебя навестить, — улыбнулся мальчик, протягивая рисунок. — Смотри, что я нарисовал!
— Как ты себя чувствуешь? — спросил Виктор, пока она рассматривала рисунок.
— Лучше, — Наталья все еще выглядела растерянной. — Но ты... я думала, ты уже собрал вещи.
— Мы принесли тебе фруктовый салат, — вместо ответа сказал Виктор, доставая контейнер. — Мы с Денисом вместе готовили.
Наталья перевела взгляд с Виктора на сына и обратно.
— Я не понимаю...
Денис забрался на край кровати и стал рассказывать матери, как они делали салат, как разрезали фрукты, какие кусочки получились самыми аккуратными. Наталья слушала, поглаживая сына по голове, но ее глаза были устремлены на Виктора, полные невысказанных вопросов.
— Дэн, — Виктор подозвал мальчика. — Там в коридоре буфет, купи себе что-нибудь, — он дал ему деньги. — Я хочу поговорить с мамой.
Когда Денис вышел, Виктор сел на стул у кровати.
— Наташ, я не ушел и не уйду, — начал он прямо. — И дело не в том, что мне некуда идти. У меня как раз появился шанс уехать в областной центр, на хорошую работу, с перспективами.
— Так почему не уехал? — тихо спросила она.
— Потому что понял, что моя жизнь здесь. С вами, — Виктор взял её руку в свою. — Я все эти месяцы держался отстраненно, не хотел привязываться, боялся, что будет как с Ларисой. А на самом деле я уже давно привязался. Просто не признавался себе.
Наталья долго смотрела на него, потом тихо произнесла:
— Вить, я не хочу, чтобы ты оставался из жалости или чувства долга. Я справлюсь сама, всегда справлялась.
— Это не жалость и не долг, — покачал головой Виктор. — Знаешь, я вчера услышал, как Денис рассказывает во дворе, что у него есть папа. И я понял, что он говорит обо мне, не об Андрее. И мне... мне хорошо от этого стало. Понимаешь?
Наталья молча кивнула, в глазах её блестели слезы.
— И еще, — продолжил Виктор, — мне кажется, нам нужно уже решить, кто мы друг другу. По-настоящему.
— И кто же? — спросила она почти шепотом.
— Семья, — просто ответил Виктор. — Настоящая семья. Я хочу, чтобы мы поженились, Наташ. Я хочу быть твоим мужем и Денискиным отцом. По-настоящему, а не просто жильцом в твоей квартире.
Наталья зажмурилась, слезы потекли по её щекам.
— Я так долго этого ждала, — прошептала она. — И уже почти перестала надеяться.
Виктор наклонился и осторожно поцеловал её.
— Прости, что заставил ждать. Я был... глупым.
В палату ворвался Денис с шоколадкой в руках.
— Ой, вы целуетесь! — воскликнул он и захихикал.
— Да, целуемся, — улыбнулся Виктор. — Привыкай. Теперь это будет часто.
— Правда? — Денис переводил взгляд с одного на другого.
— Правда, — кивнула Наталья. — Витя остается с нами. Навсегда.
— Ура! — Денис подпрыгнул от радости, потом вдруг стал серьезным. — А можно, я буду звать тебя папой? По-настоящему?
Виктор почувствовал, как к горлу подкатил комок. Он притянул мальчика к себе и обнял.
— Конечно, сынок. Конечно можно.
Две недели спустя Наталью выписали из больницы. Виктор и Денис встретили её у входа в больницу с букетом цветов.
— Как же я соскучилась по дому, — вздохнула Наталья, когда они подходили к подъезду.
— А мы с папой тебе сюрприз приготовили! — выпалил Денис, не в силах сдержаться.
— Тише ты, — усмехнулся Виктор. — Это должен был быть сюрприз.
— Какой сюрприз? — заинтересовалась Наталья.
— Увидишь, — загадочно улыбнулся Виктор.
Когда они вошли в квартиру, Наталья ахнула. Стены в гостиной были выкрашены в мягкий персиковый цвет, новые занавески, цветы на подоконнике, и — самое главное — старый диван был заменен на новый, просторный.
— Мы с папой всё сами делали! — гордо заявил Денис. — Я помогал красить! И цветы выбирал!
— Это... прекрасно, — выдохнула растроганная Наталья. — Просто не верится.
— А еще, — Виктор обнял её за плечи, — я снял свидетельство о разводе со стены. Знаешь, думаю, ему место в ящике стола, а не на видном месте.
Наталья прижалась к нему.
— Спасибо. За всё это.
— А у меня еще кое-что есть, — Виктор достал из кармана маленькую коробочку. — Я знаю, что сделал всё не по порядку. Мы уже решили пожениться, но... — он открыл коробочку, где лежало простое, но красивое кольцо. — Хочу, чтобы у тебя было настоящее помолвочное кольцо.
Наталья прижала руки к лицу, не в силах сдержать эмоции.
— Надевай скорее, мам! — нетерпеливо подпрыгивал Денис.
Виктор надел кольцо на её палец, и она прижалась к нему всем телом.
— Я люблю тебя, — прошептала она. — Так сильно люблю.
— И я тебя, — ответил Виктор, удивляясь, как легко теперь ему даются эти слова. — Обоих вас.
Денис протиснулся между ними, обнимая обоих.
— А знаете что? — сказал он, глядя на них снизу вверх. — Я всегда знал, что у нас будет настоящая семья. Всегда-всегда.
Виктор взъерошил его волосы.
— Ты оказался умнее нас всех, сынок. Намного умнее.
Наталья рассмеялась, впервые за долгое время — легко и беззаботно. Теперь у неё были все причины для счастья.