Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Русборг и около того.

Доктор Мотиватор.

Однажды у меня заболел живот. Не так чтобы прямо помереть, но чувствовалось, что что-то там не так. Дедушка, пощупав меня, авторитетно заявил что это «кишка играет». Как именно играет и почему, дедушка комментировать не стал. Мол, играет и всё. Так ей, кишке, может нужно. Решено было идти в больницу. Лет тогда мне было не много, хотя и не так чтобы мало, в институте учился. В больницы до этого хаживать лечиться не доводилось, поэтому шёл с опаской. «Играющая кишка» шевелилась и постанывала. На дворе стоял хмурый февраль. Точнее, он не стоял. Его несло рваными облаками в блёклом небе. Холодно. Иду по обледеневшим тротуарам. Думаю. Вот сейчас приду, осмотрят, скажут, всё. Отбегал ты своё, сынок.
Настроение ни к чёрту. Пришёл. Доктор осмотрел меня, всячески щупая и надавливая на живот. Подумал и отправил на УЗИ. Про УЗИ до этого момента я знал только то, что это хороший израильский пистолет-пулемёт. Но, оказалось, не он. Прихожу. Серый кабинет. Холодная кушетка. Суровая молчаливая тётя

Однажды у меня заболел живот. Не так чтобы прямо помереть, но чувствовалось, что что-то там не так. Дедушка, пощупав меня, авторитетно заявил что это «кишка играет». Как именно играет и почему, дедушка комментировать не стал. Мол, играет и всё. Так ей, кишке, может нужно.

Вид из окна больницы Семашко. Елец.
Вид из окна больницы Семашко. Елец.

Решено было идти в больницу. Лет тогда мне было не много, хотя и не так чтобы мало, в институте учился. В больницы до этого хаживать лечиться не доводилось, поэтому шёл с опаской. «Играющая кишка» шевелилась и постанывала. На дворе стоял хмурый февраль. Точнее, он не стоял. Его несло рваными облаками в блёклом небе. Холодно. Иду по обледеневшим тротуарам. Думаю. Вот сейчас приду, осмотрят, скажут, всё. Отбегал ты своё, сынок.



Настроение ни к чёрту. Пришёл. Доктор осмотрел меня, всячески щупая и надавливая на живот. Подумал и отправил на УЗИ. Про УЗИ до этого момента я знал только то, что это хороший израильский пистолет-пулемёт. Но, оказалось, не он. Прихожу. Серый кабинет. Холодная кушетка. Суровая молчаливая тётя в халате.

- Ложитесь.

Ложусь.

Начинает меня мазать какой-то мерзкой ледяной слизью. Настроение совершенно пропадает. Всё. Походу, точно сдохну. Ещё и не жил по-серьёзному и на тебе. Доктор сумрачно водит по мне какой-то штукой. Молча.

- Одевайтесь.

Сажусь на кушетку, медленно застёгиваю рубашку, вытирая как могу слизь. Каким-то не своим голосом, таким тонким и противным, спрашиваю:

- Доктор… а я жить… буду?!



Доктор, заложив руки за спину, стояла у окна. Она смотрела в начинающуюся метель. На столе лежала моя бумажка с нанесёнными доктором иероглифами. Не поворачиваясь ко мне, она медленно, по слогам, произнесла:

- Да. И не с одной!



Экстаз! Катарсис!!! ФАНТАЗМ!!! Такого взрыва бодрости и счастья никогда не испытывал. Впрочем, потом оказалось, действительно, ничего серьёзного, и всё само прошло. Остальное тоже сбылось:)