Вчера мне позвонил старый приятель Ли Вэй. Мы познакомились еще на стажировке в Шанхае шесть лет назад. Звонил он не просто поболтать — у его племянника через месяц Гаокао, и парень на грани нервного срыва.
— Представляешь, застал его вчера в ванной. Плачет. Говорит, не сдаст, жизнь кончена, — голос Ли звучал непривычно тихо. — Ему всего семнадцать.
Когда я впервые услышал о Гаокао, то подумал — очередной экзамен, что-то вроде нашего ЕГЭ. Поволнуются и забудут. Я ошибался. Колоссально ошибался.
Июнь в Китае — особый месяц. Улицы вокруг школ перекрывают, строительные работы замирают, даже гудки автомобилей могут привести к штрафу. Всё ради трех дней — 7, 8 и 9 июня, когда проходит Гаокао.
В эти дни я видел родителей, ночующих у ворот экзаменационных центров. Видел таксистов, бесплатно подвозящих школьников с учебниками. Видел полицейские эскорты, сопровождающие опоздавших учеников с мигалками, как президентский кортеж. Китай словно замирает, затаив дыхание.
Когда замирает целая страна
Мой сосед по общежитию Чжао как-то показал мне свое расписание подготовки к Гаокао:
- 5:00 — Подъем
- 5:15-6:45 — Заучивание английских слов и грамматики
- 6:45-7:15 — Завтрак
- 7:30-12:00 — Занятия в школе
- 12:00-12:30 — Обед (часто прямо за учебниками)
- 12:30-17:00 — Продолжение занятий
- 17:00-17:30 — Ужин
- 17:30-22:30 — Дополнительные занятия и самоподготовка
- 23:00 — Отбой
"А когда ты развлекаешься?" — спросил я наивно.
"После Гаокао. Если повезет," — ответил он без улыбки.
Тогда я подумал, что он преувеличивает. Потом встретил его одноклассников. Никто не преувеличивал.
Цена успеха: жизнь по расписанию
В провинции Хубэй я познакомился с госпожой Янг. Ее дочь готовилась к Гаокао, и семья продала вторую квартиру, чтобы нанять лучших репетиторов.
— Она талантливая, но этого мало, — говорила мне женщина, помешивая чай в маленькой забегаловке возле школы, где она ждала дочь. — У нас четыре "Гаокао-няни", каждый берет по 400 юаней в час.
Я быстро подсчитал — около 5000 рублей за час. За час!
— Это нормально. «У некоторых и по 800 бывает», — она заметила мое удивление. — Те, кто набрал больше 730 баллов.
Госпожа Янг приходила к этой забегаловке каждый день к 22:40, чтобы встретить дочь после занятий и проводить домой. "Чтобы она не тратила силы на дорогу," — объяснила она.
Семейный бюджет на алтарь образования
В маленьком городке Маотаньчан я увидел знаменитую "фабрику Гаокао" — специализированную школу с военной дисциплиной. Родители привозят сюда детей со всей страны. Огромное здание за высоким забором, круглосуточная охрана. Попасть внутрь не получилось — посторонним вход запрещен.
Но мне удалось поговорить с Сяо Лином, ее выпускником. Встретились мы в университетском кампусе, где он теперь учится.
— Четыре часа сна, ни секунды свободного времени, никаких телефонов, — вспоминал он, потягивая первое в жизни пиво. Ему было уже 19, но до поступления в университет он никогда не пробовал алкоголь. — У нас были ребята, которые учились с капельницами.
— С чем? — не понял я.
— С капельницами. Аминокислоты прямо в вену, чтобы мозг лучше работал и не уснуть, — он говорил это так обыденно, словно рассказывал о школьном обеде.
Сяо показал мне фотографию в телефоне: подростки за партами с прикрепленными к рукам капельницами решают задачи.
— Это... законно? — только и смог выдавить я.
Он пожал плечами:
— Это Гаокао.
Фабрики гениев: учеба до изнеможения
Цифры поражают воображение: в прошлом году экзамен сдавали почти 13 миллионов человек. Это больше, чем все население Португалии. Но поступят в приличные вузы лишь около 40%. А в элитные, вроде Пекинского или Цинхуа — меньше 2%.
Родители инвестируют в подготовку детей безумные деньги. Рынок услуг, связанных с Гаокао, оценивается примерно в 1,7 триллиона рублей ежегодно. Целая экономика, построенная на страхе провала.
В провинции Цзянсу я разговорился с таксистом. У него двое детей.
— Старший провалил Гаокао пять лет назад, — рассказывал он, нервно вцепившись в руль. — Теперь работает на заводе. Двенадцать часов в день, шесть дней в неделю, 4000 юаней в месяц.
Он замолчал, а потом добавил тише:
— Младший сдает в этом году. Жена продала все свои украшения, чтобы оплатить курсы. Если и он не сдаст... — он не закончил фразу.
За списывание на Гаокао можно получить до семи лет тюрьмы. Не условно — реального срока. И всё равно находятся отчаянные.
В чайной неподалеку от Гуанчжоу я познакомился с человеком, который представился как "консультант по образованию". После третьей чашки он признался, что когда-то промышлял сдачей Гаокао за других.
— Последний раз брал 35 тысяч юаней, — рассказывал он шепотом. — Около 450 тысяч, по-вашему. Но это того стоило, если учесть риск.
— И сколько раз вы...?
— Четыре раза, — он улыбнулся. — Потом чуть не попался. Теперь системы распознавания лиц и отпечатки пальцев. Ушел на пенсию.
Тёмная сторона: 7 лет за шпаргалку
Меня всегда поражало, как китайские студенты в зарубежных университетах буквально расцветают после приезда. Поначалу они зажаты, неуверенны, затем — словно другие люди.
Лян Мин, студентка по обмену, объяснила мне это за ужином в кампусе:
— Нас с детства учат, что наша ценность измеряется баллами Гаокао. Ты не человек — ты цифра от 0 до 750. Мой отец не разговаривал со мной месяц, когда я набрала только 680.
Она помолчала, вертя в руках вилку.
— Знаешь, что самое странное? Я набрала 680 из 750. Это отличный результат! Но для моего отца я была неудачницей. 70 баллов — и я недостаточно хороша.
В одной из школ провинции Хунань я случайно стал свидетелем нервного срыва ученицы — она упала в обморок прямо посреди тренировочного теста. Учитель невозмутимо вызвал медсестру, и девочку унесли, а остальные продолжили работу.
— Это бывает, — пояснил мне потом директор. — Особенно весной, перед экзаменами. Мы держим штат психологов.
— А нельзя как-то... уменьшить давление? — спросил я.
Директор посмотрел на меня как на инопланетянина:
— У нас 1,4 миллиарда человек. Места в хороших университетах ограничены. Как, по-вашему, мы должны выбирать лучших?
В маленьком городке неподалеку от Чэнду я набрел на странный магазинчик. Внутри продавались амулеты, красные конверты с иероглифами, какие-то сушеные травы. Всё для успешной сдачи Гаокао.
Хозяйка, пожилая женщина, терпеливо объясняла мне значение каждого товара:
— Этот амулет вешают над столом ученика. Эти травы кладут под подушку для лучшей памяти. А эти конверты с благословениями родители кладут в карман перед экзаменом.
Магия и суеверия переплетаются с высокими технологиями и научным подходом. Современный Китай во всей красе.
Амулеты удачи в эпоху высоких технологий
В последние годы в Китае начали говорить о необходимости реформы. О том, что система Гаокао калечит психику подростков, убивает креативность, превращает детей в зубрилок. Но изменения продвигаются медленно.
— Понимаете, в нашей стране это не просто экзамен, — объяснял мне профессор Педагогического университета в Пекине. — Это социальный лифт. Для деревенского мальчика из бедной семьи Гаокао — единственный шанс вырваться. Да, система жестока, но она дает шанс каждому, независимо от происхождения и связей.
Вчера я снова говорил с Ли Вэем о его племяннике.
— Как он?
— Не спит уже третьи сутки. Повторяет формулы. Мать пытается уговорить его поесть.
Я вспомнил его слова о том, что парню всего семнадцать. В семнадцать я гонял мяч во дворе, влюблялся в одноклассницу и мечтал о мотоцикле. Для миллионов китайских подростков в семнадцать решается вся жизнь.
— Передай ему, что жизнь не заканчивается на Гаокао, — сказал я.
Ли помолчал, а потом тихо ответил:
— Ты же знаешь, что это не так. Не в Китае.
Через 3 месяца в Китае снова наступит июнь. Улицы опустеют, строительные работы прекратятся, миллионы родителей будут молиться всем богам сразу, а тринадцать миллионов подростков сядут за парты, чтобы в течение трех дней решить свою судьбу.
Кто-то скажет, что это просто экзамен. Но в Китае нет ничего "просто". Особенно когда речь идет о Гаокао.