Наша соседка-типичный пример несчастливой женской судьбы. Была. Она в разводе, у нее нет детей, и полный набор проблем со здоровьем. Она с ужасом делилась с моей мамой, как боится одинокой беспомощной старости. При этом она следит за собой, всегда в хорошем настроении, владеет своим бизнесом. Несколько раз она пыталась устроить свое женское счастье, однако счастье нашло ее само.
После ковида Наталья Олеговна решила сделать ремонт. Но начались новые события, и раздобыть хороших специалистов стало сложно. При этом ремонт планировался капитальный, а значит, и бюджет солидный. И тут чудо -у нас в городе начинают строить завод, куда привозят работников из Китая и Сербии. Мужчины живо освоились и в свободное время стали подрабатывать у местных. Наталья Олеговна в университете изучала как раз-таки сербский язык, а потом - для себя - китайский.
И сначала шутила, что хоть разорвись. Электрик у нее и правда был - китаец, а потом она наняла бригаду из троих сербов, которые за три недели сделали все так,
как она хотела. Тут у них начались какие-то сверхурочные, и работать у Натальи
они больше не могли. Дальше - в мелочах - начались бытовые трагедии. Мужья на час просили какие-то неприличные суммы или вовсе не приезжали на заказ. Наталья погрустнела и жила в каком-то бардаке.
И тут она встретила одного серба из той бригады в супермаркете. Он помог ей донести пакеты до машины, спросил, как у нее с ремонтом, она так намучалась, что даже всплакнула. Он попросил телефон и сказал, что когда будет выходной, кто-то из них к ней приедет. Приехал Горан, которого мои дети прозвали Горынычем. Горыныч прибил все полочки, прикрутил все ручки и начал делать плитку на фартук в кухне.
А однажды Горан не пришел, зато пришли из полиции. Дескать, ищут нелегалов. Наталья Олеговна только руками всплеснула - какой же он нелегал, если работает на заводе. Оказалось, что там что-то напутали, и теперь часть сотрудников могли быть не только депортированы, но и лищены права въезда в нашу страну на долгий срок. Наталья осталась с наполовину выложенной плиткой и головной болью. Потом к ней опять пришли, но на этот раз уже с завода. Даже такой гигант промышленности не смог договориться с миграционной службой, но нашли выход - задним числом можно было оформить документы на лечение или воссоединения с семьей. «Видите ли, Горан является инженером высшей категории. Нам во что бы то ни стало нужно закончить одну из установок. Мы можем оформить документы, что вы его сестра или племянница, с этим проблем нет». Чувствуя, что оказалась буквально в центре какого-то коррупционно-мафиозного скандала, Наталья Олеговна смогла спросить только одно: «Как инженер? Он же мне плитку кладет!» Визитер стушевался: «Как там он к вам амуры строит, судить не берусь, но прошу вас от лица администрации города, разрешите оформить господина Марковича как вашего родственника. У меня коллега сегодня бригаду китайцев на лечение почек оформляет», - визитер нервно хихикнул. Наталья Олеговна так удивилась, что даже что-то подписала. А через три дня ей в дверь позвонил Горан. В парадном костюме и с букетом. Что там происходило за щелкнувшей дверью, неизвестно, только на следующий день в квартиру Натальи подвезли еще плитки. «Балкон буду делать», - улыбалась счастливая ремонтница, и глаза ее светились на всех славянских языках. Весной они улетели в Белград, чтобы там Горан мог переоформиться, а заодно познакомить Наталью с семьей.
Там Наталья освоилась быстро - звонила моей маме, слала фото. Шутила, что наконец-то пригодились ее знания по филологии, активно вспоминала язык, даже искала возможность перетянуть туда свой бизнес. Наталья - бухгалтер на аутсорсе, но потом решила, что разница законов все же существенна, а учить что-то новое уже было лень.
А вот вернулась Наталья одна - Горану запретили въезд в нашу страну из-за какой-то секретной информации, которой он то ли владел, то ли мог владеть у себя на родине, Наталья засела за поиск юриста. Помогли на все том же заводе. Наталье предложили срочно выйти замуж, а за Горана посулили нечто такое, что ему въезд в страну разрешили, хотя и на ограниченное время. Наталья сдала квартиру и уехала уже к зиме с суженым к нему домой.
Однако у Натальи был свой бизнес, который без нее начал было затухать, появилась путаница в документах. Продавать или закрывать контору она не хотела. Однако, вернувшись домой, теперь уже она не могла выехать обратно — Сербия, как и многие страны
Евросоюза, запретила ей въезд без объяснения причины. Ситуация была и смешной, и катастрофичной. Моя мама как-то спросила ее: «Не жалеешь, что вообще во все это ввязалась?» «Что вы, Людмила Павловна, - а разве одной - это жизнь? То, что со стороны кажется спокойствием, на самом деле - жуткое одиночество».
Выход супруги нашли быстро - купили квартиру в Казахстане. Через полгода сумели добиться вида на жительство для Горыныча в России. Гражданство каждый из них менять не собирается. Будут жить на две страны, пока смогут. Она не хочет бросать прибыльный бизнес - он не может оставить родителей. А когда придет пенсия, Наталья планирует переехать в Сербию.
Моя мама говорит, что история закончится разводом. Наталья на ее скептицизм показывает очередную прибитую любимым полочку и готовит к его возвращению с работы суп по рецепту, который ей диктует золовка по видео - сербский Наталья вспомнила быстро. Горан работает на заводе, но уже о не на стройке, а на технологических процессах.
Документы, из-за которых были споры-раздоры, словно растворились в огромной машине миграционной службы, супруги живут словно с чистого листа. Наталья думает взять девочку-подростка под опеку из детского дома, Горан ее в этом поддерживает. Если женщина решилась на такой серьезный шаг только теперь, это говорит о том, что она уверена не только в своем избраннике, но и в себе самой - ведь ни с бывшим мужем, ни за долгие годы одиночества она даже кошки не заводила. И никакой психотерапии не надо -любовь действительно творит чудеса.