Характер этого взаимодействия варьируется в зависимости от главенствующей философской парадигмы. Так, если такой парадигмой является идеализм, где сознание первично по отношению к материи, а значит и миру, то выходит, что земля происходит от неба, и их отношение есть отношение отца и ребёнка. Если точнее, то отца, и дочери, так как земля является метафорой женского начала. Не будем говорить здесь о христианстве. В христианской традиции истина серьёзным образом скрыта под многочисленными слоями попыток осмысления, и различных способов говорить о ней. В рамках этой традиции вообще редко идёт речь об истине прямым текстом, но гораздо чаще очень иносказательно, либо вообще не о ней, а только о следствиях, проявлениях истины в мире. Из-за этого о характер отношений между ипостасями Троицы можно сломать голову, что с успехом и делали бесчисленные комментаторы на протяжении двух тысячелетий, и продолжают делать без малого все пытающиеся разобраться в вопросе. Чем пытаться расставить по полкам вихрь христианских идей, поговорим лучше о более древних концепциях.
Излюбленный мною пример – индийские Шива и Шакти. У этих ребят всё гармонично. Они представляются, как супруги, бытийствющие на равных. Равенство это обусловлено более глубоким, чем разделение на небо и землю, мужское и женское, уровнем понимания, согласно которому Шива и Шакти на самом деле одно и то же, два проявления единой реальности, равно истекающей во внутрь, как вечное и неизменное сознание (Шива), и во вне, как изменчивый мир рождающихся и умирающих феноменов (Шакти). Этот пример хорош тем, что не даёт перекоса, и не сваливается ни в идеализм (сознание первично), ни в материализм (мир первичен), но устанавливает первичную тождественность между двумя началами, существующими лишь вследствие заблуждения об истинном положении дел.
Другой пример можно увидеть у древних иранцев. Пытаясь поподробнее узнать о теме, я немного прошерстил гугл, но так и не нашёл однозначных свидетельств, поэтому далее полагаюсь лишь на эрудицию профессора А.Б. Зубова, из чьей лекции и подчерпнул (надеюсь, что верно) следующие сведения. Современные иранцы, конечно, всё отрицают, но их мнение предвзято, поэтому им можно пренебречь. Короче. Есть мнение, что иранские цари практиковали ритуал соития с собственными дочерями. Это, судя по всему, не было распространённой практикой, и являлось уделом только правящей верхушки. Смысл ритуала был в проигрывании мифологического сюжета брака первочеловека-сознания с произошедшей от него дочерью-явленой вселенной. Сознание – это основа и суть жизни. Сознание в феноменальном смысле этого слова, и жизнь, вообще тождественные понятия. Рождённая от первичного сознания земля была мертва и пустынна. Чтобы оживить её, населить живыми существами, требовалось семя жизни, которым обладал первочеловек-творец-единое-на–всех-сознание. Таким образом, мы получаем не очень красивую с современной точки зрения инцестуальную картину, без которой в рамках доведённого до своего логического предела идеализма сотворить мир не получается. Если, конечно, не абстрагироваться от антропоморфизации космических принципов. У нас есть мужское начало – сознание, и происходящее от него женское начало – мир. Поскольку они существуют не отдельно друг от друга, но в единстве, приходится говорить о связи между ними. Связи настолько тесной, что когда мы облекаем их в плоть очеловеченных образов, ни на что другое, кроме полового соития, эта связь не похожа. А поскольку совсем абстрагироваться от антропоморфных образов не получается, культурную прошивку просто так не выкинешь, то отныне, кажется, чистый идеализм для меня будет связан с чем-то инцестным. Древние иранские принцессы, ритуально восходящие на ложе со своими царственными отцами – хороший пример того, что может получиться, если слишком буквально воспринимать писание. Чуть особняком стоит та идеалистическая позиция, которая вообще отрицает существование мира, как такового. Но здесь философские основания видятся мне довольно шаткими. Даже если мир иллюзорен, то эта иллюзия явно есть. Даже если мы заблуждаемся относительно чего-то, то есть что-то, по поводу чего возможно заблуждаться.
Материализм в этом контексте выглядит не лучше, за исключением крайних, и довольно странных его форм (мы разрезали человека, везде в нём посмотрели, никакого сознания не нашли – сознания нет!). Материалисты, конечно, редко уравнивают мир и сознание по значимости, считая последнее лишь эмерджентно возникающей при определённом сочетании обстоятельств функцией материи. Но если мы дадим волю фантазии, то обнаружим мать-мироздание, безапелляционно удерживающую сознающего всё происходящее сына в себе. И нет выхода, кроме смерти (материализм обычно считает, что это и правда выход).
Обе картины имеют не лучший морально-этический окрас, и вызывают не самые светлые эмоции. Автоматическая негативная их оценка, даваемая для них любым относительно здоровым человеком, как будто подсказывает, нашёптывает, что ни одна из этих картин не может быть истинной. Что же является истинным? Синтез этих двух идей. Сознание не порождает мир, равно как и мир не порождает сознание. Но оба они имеют одну и ту же природу, выходящую за пределы любых разделений на мужское и женское, небо и землю, возникают одновременно, и исчезают так же, растворяясь в недвойственном океане беспредельного бытия. Без половых извращений. Без регистрации и смс. Только адвайта, и легальные аналоги. Только хардкор, приводящий к предельному, окунающий в мир с головой, растворяющий в любви, как естественном действии, вечном глаголе, остающемся тогда, когда двое исчезают в союзе космического синтеза.
Такие дела.