На полках, сплошь уставленных самыми разными склянками и снадобьями довольно сложно рассмотреть этот маленький хрупкий флакончик. Он сделан из какого-то замысловатого зеленого стекла и содержит совсем немного янтарной жидкости. Но какая это жидкость! Эликсир Счастья. Как? Вы не знаете? О! Ну тогда позвольте я вам расскажу.
Нет, нет, нет! Это вовсе не вермут и не дамский парфюм. Это даже не аптекарская настойка из горьких трав. Впрочем, какое может быть от горьких трав счастье? Это нечто совершенно невероятное.
Говорят, эликсир еще в средние века создал один алхимик, и никто не знает точного состава этой жидкости. Действию этого средства приписывают победы бравых полководцев, успех купцов, магнатов и дам, сумевших удачно составить партию. Кое-кто утверждает, что некоторые великие умы обязаны своим открытиям вовсе не интеллекту и природным способностям, а нескольким каплям янтарного цвета. Другие же уверены, что не будь эликсир изобретен неизвестным гением, человечество лишилось бы множества выдающихся полотен, симфоний, опер, романов и сонат.
Что? Вы спрашиваете, как действует эта волшебная жидкость? О! Этого никто не знает. Да и сведения, полученные мною от разных персон относительного этого эликсира, весьма разнятся.
Одни говорят, что будто бы приняв пару капель, вы становитесь в разы умнее, смекалистее и талантливее чем было за пару секунд до того. Они считают, что раскрытие ингредиентов чудо-жидкости дело науки и времени. Другие - будто бы после употребления эликсира, желания, даже самые безумные и невероятные начинают сбываться сами собой. И тогда что это, если не магия? Кто из них прав вы сможете рассудить сами, дослушав эту историю до конца.
Но, если этот эликсир настолько чудесная вещь, что же он тогда делает здесь, среди довольно опасных и неоднозначных вещей - спросите вы.
О! Эликсир здесь совершенно по праву. Ибо сложно найти более опасную вещь, чем та, что исполняет любое желание. Ведь собственных желаний, как известно стоит бояться.
Сам господин Краузе рассказывал, что впервые он услышал об эликсире, когда гостил у одного немецкого друга, увлекавшегося, как и многие представители этого народа, философией и теологией. В один из прохладных бременских вечеров, герр Шварцман, заметил, что ежели бы каждый получал желаемое, мир непременно бы сошел с ума, ибо желания одних непременно противоречат желаниям других. А потому Бог вполне разумно не отвечает на просьбы некоторых молящихся, уберегая их от ошибок и посягательств на чужую свободу. На что другой, присутствовавший при беседе господин сообщил, что он не знает точно на счет Бога, но краем уха слыхал, что существует некий раствор, приняв который легко получить, что хочешь.
Никто, конечно же не поверил в столь смелое заявление, исключая господина Краузе. Наученный собственным опытом, он прекрасно знал, что в мире встречаются совершенно невероятные вещи с совершенно немыслимым эффектом.
- Так, что же это за раствор? - поинтересовался Краузе.
- О! Точного состава никто не знает, однако последствия приема поразительны. Его выкупил у одного аптекаря весьма зажиточный бюргер, причем выкупил с большим трудом, сам не зная, что покупает. Но уж больно его раззадорило нежелание аптекаря продавать пузырек. Если ему так жалко с ним расставаться, - решил бюргер, — значит вещь и впрямь стоящая.
- И как же он, позвольте поинтересоваться, исполняет желания? - ехидно осведомился один из скептиков.
- Бюргер этот, перед тем, как отойти ко сну, принял неизвестное наше лекарство, а сам в это время думал о том, как осточертела ему супруга, толстая фрау Гретта, и как было бы замечательно поменять ее на юную фройляйн Марту, живущую в конце улицы. И что бы вы думали случилось на следующий день?
- Неужто фрау Гретта испарилась, а фройляйн Марта заняла ее место? - с хохотом предположил другой скептик.
- Можете не верить, но именно это и произошло. Фрау Гретта полезла в погреб за припасами и, не удержавшись на лестнице, рухнула всей тяжестью вниз и сломала себе шею. А бюргер, притворно погоревав для проформы с неделю, посватался к фройляйн Марте, и та, ко всеобщему удивлению согласилась.
Со всех сторон послышался смех. Однако, герр Шварцман продолжал:
- Но это еще не конец истории, господа. Фройляйн Марта, став фрау, внезапно оказалась очень требовательной дамой по части гардероба и прочих украшений. Настолько требовательной, что в скором времени пустила бюргера по миру, а поняв, что с муженька нечего больше брать, бессовестно удрала с французским купцом, ведшим когда-то с этим самым бюргером дела.
- Женщины! - со вздохом произнес третий скептик.
- Наш бедный бюргер стал горевать, он осунулся похудел, стал часто болеть. Он вынужден был продать свой дом, чтобы рассчитаться с долгами и оказался на улице. Там прося милостыню, бедняга часто вспоминал свою бережливую Гретту и тосковал по былым временам. В один из особо голодных вечеров бюргера посетила мысль о том, что ведь это проклятое лекарство, должно быть, исполнило его желание, и он забрался в свой старый дом, чтобы найти пузырек. Но пузырька не было, а новые владельцы, вышвырнули бродягу вон, предварительно хорошенечко отпинав. Так он умер, одинокий и всеми забытый, где-то подле трактира для отчаянных пьяниц.
Как это часто и бывает с подобными вещами, след эликсира затерялся. Он объявлялся в самых разных местах, становясь причиной дерзких успехов, карьерных взлетов, удачных браков и неизменно сопутствующих всему этому скандалов, разводов и даже душегубств. И вот он однажды неведомо какими путями оказался у скромного студента в уездном городишке С. Стоит только догадываться как именно пузырек со столь ценной жидкостью мог попасть в руки к бедному, не блещущему особыми талантами и не имеющему успеха у девиц юноше. Но довольно ясно, что именно пожелал он себе. Что? Вы думаете имение в двести душ, и красавицу благородных кровей в жены? О! Боюсь, вы слишком плохо знаете современных молодых людей. У нашего героя была лишь одна мечта - стать великим литератором. И вот в один пасмурный вечер Герман (а юношу звали именно так), сидя в своей скромной комнатушке на верхнем этаже доходного дома, брызнул себе на язык заветные капли и загадал бессмертие в творениях. Пусть я конечен, пусть плоть моя тленна, но я создам нечто такое, за что меня потомки будут помнить вечно. Нерукотворный памятник, как у Пушкина.
Той же ночью Германа посетила Муза. Причем, имевшая вполне человеческий облик. Это была полнокровная женщина, одетая на древнегреческий манер. Копна каштановых ее волос была увенчана розами и миртом, а в руках прелестница держала маленькую лиру.
- Ах, Герман, - сказала она опешившему юноше, - ты трудишься над суровой прозой, но это вовсе не то, что принесет тебе славу. Я - Эрато, муза любовной поэзии, я помогу тебе стать величайшим из живущих на земле поэтов.
Герман был бесконечно счастлив. Да, конечно же он считал, что любовная поэзия в современном мире это нечто пошлое, и что писать следует непременно про боль и страдания народа, про угнетение сирых и попрание убогих. Однако, если уж ему суждено снискать славу на поприще воспевания женских локонов и ножек, то так тому и быть.
Юноша тут же уселся за перо и бумагу. Муза же по-хозяйски прошлась по комнате, налила себе крепкого чаю, бросила в него ломтик лимона (немного, признаться подвявшего), закурила Германову сигарету, и, выпуская тонкую струйку дыма начала диктовать:
Вот вы стоите вся такая
Как майский цвет в январском льду
И я опять не понимаю,
Что вы имеете ввиду.
Герман, начавший было писать, в ужасе уставился на Музу.
- Вы, должно быть, издеваетесь? Это же просто какие-то, извините, частушки.
— Вот и хорошо, что частушки, - Муза отпила чаю, - частушки — это близко народу. А сейчас сами понимаете какое время.
Юноша все еще находился в недоумении. Неужто с такой откровенной пошлостью можно прославиться?
- Непременно прославитесь, - словно читая его мысли, отрезала Муза, - пишите, пишите.
И Герман писал. Исписал подобными вещами тридцать восемь листов пищей бумаги. А следующим же вечером, измученный бессонницей, на дрожащих ногах поплелся в клуб литераторов. Дальше случилось нечто весьма и весьма странное. Когда юноша прочел несколько своих творений, публика разразилась хохотом. Отовсюду слышались скабрезные шутки и смешки. Кто-то даже бросил в Германа шар из мятой бумаги. Однако поэт словно бы не замечал реакции аудитории. Напротив, он кланялся и с притворной скромностью благодарил слушателей. В его голове, публика вовсе не смеялась. Он видел восторг, он слышал овации и крики: “Браво!” и сам удивлялся - чего это они все вдруг сделались так охочи до любовных стишков.
Чем дольше расшаркивался Герман перед толпой, тем более комично выходило. В конце концов поэт Георгий Стрельников, из жалости увел беднягу со сцены.
- Ты видел, а? - спросил его Герман в заполненной сигаретными дымом комнате, служившей чем-то вроде гримерки, - как они ликовали! А? Каково?
- Да что с тобой такое? - Стрельников недоуменно уставился на коллегу, - Кто ликовал? Они же высмеяли тебя! Да и зачем ты настрочил эту чушь? Влюбился что ли?
Но Герман словно не слышал слов Георгия. Он пребывал в том сладостном расположении духа, когда понимаешь, что поймал птицу удачи за ее цветастый золотистый хвост.
И потому, едва добравшись до своей комнаты, юноша вновь уселся за сочинительство. Для пущего эффекту он брызнул на язык еще пару капель эликсира. Муза вновь диктовала ему пошлейшие вещи с примитивными рифмами, но Германа это больше не смущало. Успех. Долгожданный успех наконец настиг его. А что это значит? А это значит, что будут деньги. И много. Будут женщины в роскошных манто, будет игристое в хрустальных бокалах, будет дом и виноградники. Непременно виноградники. И авто. Американское авто.
В следующий раз Германа вновь обсмеяли в клубе. Кто-то даже бросил яйцо, и оно, ударившись о колено поэта, оставило некрасивое пятно на брюках (впрочем, бывают ли красивые пятна?). Когда же юноша снова и снова читал свои жуткие стихи в самых разных местах и вел себя так, словно его не хулят, а возносят, Германа стал подозревать в сумасшествии. Стрельников вместе с писателем Ягодкиным сочли своим долгом показать поэта докторам. Доктора же, внимательно понаблюдав за поведением Германа, решили, что тот и впрямь болен. Возможно даже галлюцинирует. Так молодого литератора поместили в лечебницу. Однако самое страшное заключалось в том, что Герман вел себя так, будто он не в доме для умалишенных, а в собственном поместье. Впрочем, в его голове, это несомненно было так. Персонал лечебницы он принимал за своих слуг и по-барски раздавал указания, врачей держал за восторженных поклонников, пришедших, словно паломники прикоснуться к великому человеку.
Вы спросите - куда же подевался эликсир? И я снова не смогу вам ответить точно. Говорят, он внезапно объявился у карточного шулера. Тот фантастически разбогател, а после был арестован за убийство какой-то старушки и сослан на каторгу. Потом некая актриска будто бы с помощью волшебной жидкости удачно вышло замуж за престарелого американского магната и даже уплыла с ним (с эликсиром и магнатом одновременно) на корабле в Нью-Йорк. На корабле эликсир украли, а актриска, в скором времени овдовев, быстро растратила мужнино наследство и, говорят, вынуждена была опуститься до невероятных непотребств, чтоб оплачивать счета. Доподлинно остается неизвестным, кто именно выкрал пузырек, и я ни в коем случае не желаю разбрасываться обвинениями, но как мы знаем, эликсир объявился в уже знакомой нам лавке господина Краузе. Я решительно не советую вам приобретать этот мистический раствор. Ведь, не смотря на название, эликсир не приносил счастья никому из тех, кто решил им воспользоваться.
#мистика #мистические_рассказы #ройссийская_империя #хоррор #страшные_истории