384 стр.
"Три товарища" (1936)
Роберт (Робби) Локамп
Отто Кёстер
Готфрид Ленц
Вот три главных героя очередного романа Эриха Марии Ремарка "Три товарища", о котором сегодня поговорим. Как и предыдущие романы - "На Западном фронте без перемен" и "Возвращение" - это произведение также относится к тематике "потерянного поколения". Героям не уйти от своего прошлого; прошедшие через горнило войны, они постоянно будут возвращаться к своим воспоминаниям, оценивать происходящее и других людей по-своему - и мерилом станет то самое ценное, что они все трое вынесли с полей сражений во Фландрии - их боевое братство. Ради своей дружбы любой из них готов на всё, что нам Эрих Мария Ремарк и продемонстрирует со всей пронзительностью в этом романе.
Я убрал бутылку и сел к столу. Сквозь окно на мои руки падал бледный луч солнца. Странная это всё же вещь - день рождения, даже если не придаёшь ему никакого значения. Тридцать лет... А ведь было время, когда я думал, что и до двадцати-то не доживу - уж слишком далёким это казалось.
Март 1928 года. Роберт Локамп, от лица которого и будет вестись повествование, отмечает свой тридцатый день рождения. Отмечает со своими верными друзьями-ровесниками - Отто Кёстнером и Готфридом Ленцом. Во время войны Отто был боевым лётчиком, сейчас - владелец небольшой мастерской по ремонту автомобилей, где они втроём все и работают. Отто, к тому же, является автогонщиком-любителем на своей любимой машине "Карл". Готфрид Ленц, четырежды раненый на фронте, успел попутешествовать по миру после войны, пока вновь не вернулся в свой город. Он - душа всякой компании, легко находящий язык с любым человеком, "последний романтик", как его называют друзья.
В этот день они знакомятся в ресторанчике с Патрицией Хольман. Патриция (Пат) - так же один из главных персонажей романа. Вначале, рабочим названием этого произведения у Ремарка было не "Три товарища", а именно - "Пат". История любви Роберта Локампа и Патриции Хольман и составляет основу сюжета романа.
- Среди ваших знакомых нет никого, кого звали бы Робертом? - спросил я.
Она засмеялась.
- По-моему, нет...
- Жаль. Мне бы очень хотелось слышать, как вы произносите это имя. Может быть, всё-таки попробуете?
Она снова засмеялась.
- Так, ради смеха, - сказал я. - Например: Роберт осёл.
- Роберт - ребёнок...
Впервые в жизни Роберт влюбляется. Пат - удивительно красива, - и это сразу отмечают все. Роберт долгое время не может поверить тому, что эта девушка может вообще когда-то обратить на него внимание - на него, работающего в автомастерской и живущего в пансионе. Но Пат отвечает Роберту взаимностью - и это наполняет обоих необыкновенными по силе чувств ощущениями и признательностью.
Я поднял с пола её бельё из тонкого шёлка. Оно было таким маленьким и таким лёгким. Я подержал его на руке. Даже в этом есть что-то новое, необычное, думал я. Кто носит такое бельё, тот и сам должен быть человеком необычным.
Летом, когда влюблённые отправились в отпуск к морю, у Патриции открылось кровотечение из лёгких - произошёл рецидив её болезни, от которой, она надеялась, ей удалось излечиться. Развитию туберкулёза поспособствовало голодное детство Пат в военные годы. Она лечилась у профессора Жаффе, которому удалось купировать развитие туберкулёза, но страшная болезнь вернулась...
- Это опасно? - спросил Кёстер.
- Да, - сказал Жаффе.
И в то же мгновение "Карл" превратился в белый призрак, вихрем полетевший по дороге. Он обгонял всех, вылетая подчас двумя колёсами на тротуары, мчась в поисках кратчайшего пути из города в запрещённом направлении по улицам с односторонним движением.
Роберт, не сумев по телефону найти профессора Жаффе, позвонил своему другу, Отто Кёстеру. Отто не только сразу же нашёл профессора в городе, но и привёз его за 240 километров (за два часа) к Пат.
Вернувшись в город, Жаффе обследовал Патрицию и рекомендовал осенью отправить её в горный санаторий. В октябре Роберт сопроводил Пат в санаторий для больных туберкулёзом и вернулся обратно. Во время беспорядков в городе группа воинствующих молодчиков застрелила на улице Готфрида Ленца.
Похороны состоялись в ясный солнечный день. Мы надели на Готфрида его старую полевую форму, всю в выцветших пятнах крови, с рукавом, изодранным в клочья осколками гранаты. Мы сами прибили крышку гвоздями и снесли гроб вниз по лестнице.
Отто Кёстер и Роберт прочёсывают город вдоль и поперёк в поисках убийцы, стрелявшего в Готфрида.
- А теперь иди домой. Я хочу довести дело до конца. Оно стоит передо мной, как стена. Я не могу идти дальше, пока не свалю её.
- Я не пойду домой, Отто. Раз уж так, будем вместе.
- Не мели чушь, - нетерпеливо произнёс он. - Ты мне не нужен. - Он оборвал взмахом руки мои возражения. - Я буду начеку, подкараулю его одного, без остальных. Совсем одного! Не беспокойся.
Он вытолкал меня из машины и тут же умчался. Я понимал - нет силы на свете, которая может его удержать. Я понимал и то, почему он не взял меня с собой. Из-за Пат. Готфрида он бы взял.
В феврале Отто вынужден продать автомастерскую с аукциона. Роберт вечерами подрабатывает тапёром в кафе.
У Кёстера обозначился шанс по весне устроиться гонщиком в небольшой автомобильной фирме. Я по-прежнему играл вечерами в кафе "Интернациональ" и пытался подыскать себе ещё какую-нибудь работёнку днём, чтобы зарабатывать побольше.
Роберт и Пат время от времени созваниваются, пишут друг другу письма. Но однажды вечером приходит телеграмма от Пат.
Там было только три слова: "Робби приезжай скорее".
Я снова взял в руки листок. Чувство облегчения исчезло. Вернулся страх.
Роберт заказал телефонный разговор с санаторием.
- Что с ней?
- У неё было небольшое кровотечение несколько дней назад. И пока ещё держится температура.
- Передайте ей, что я еду к ней. Со мной Кёстер и "Карл". Мы сейчас выезжаем. Вы меня поняли?
- Да, Карл и Кёстер, - повторил голос.
Роберт и Отто, сменяя друг друга, проделывают на "Карле" тысячекилометровый путь до санатория.
Она покачала головой, прижимаясь ею к моему плечу. Потом выпрямилась, сжала ладонями моё лицо и посмотрела на меня.
- Приехал! - прошептала она. - Господи, он приехал!
...
- Теперь ты останешься здесь? - спросила она.
Я кивнул.
- Скажи мне сразу всё как есть. Уедешь ли ты - чтобы я знала.
Я хотел ответить, что ещё не знаю этого и что через несколько дней мне, по всей вероятности, придётся уехать, потому что у меня нет денег, чтобы остаться. Но мне это оказалось не по силам. Я не мог ей это сказать, когда она так смотрела на меня.
- Нет, - сказал я, - не уеду. Я останусь здесь до тех пор, пока мы не сможем уехать вдвоём.
Роберт обращается за советом к Отто:
- Когда поедем обратно, Отто? - спросил я.
- Я думаю выехать завтра вечером или послезавтра утром. А тебе нужно остаться.
- Но каким образом? - спросил я с отчаянием. - Денег у меня дней на десять, не больше. И за Пат оплачено только до пятнадцатого. Я должен вернуться, чтобы зарабатывать. Здесь-то вряд ли кому понадобится такой неважный тапёр.
Склонившись над радиатором "Карла", Кёстер приподнял одеяло.
- Я достану тебе денег, - сказал он выпрямляясь. - Так что можешь спокойно оставаться здесь.
- Отто, - сказал я, - я-то знаю, сколько у тебя осталось от аукциона. Меньше трёх сотен.
- Не о них речь. Я добуду ещё. Не беспокойся. Через неделю ты их получишь.
Через несколько дней Отто Кёстер прислал по почте Роберту две тысячи марок.
Я уставился на банкноты. Где он их взял? Да ещё так быстро. Я-то ведь знаю все наши источники. И вдруг я всё понял...
Шёл март 1929 года.
Кто не читал - обязательно рекомендую прочитать этот великий роман. Роман, рассказывающий о жажде жизни, любви и дружбе.
Спасибо за внимание!