-А может, надо было что-то другое? А вдруг не поймёт? – ворочалось в душе тёмное беспокойство.
На секунду он представил, что было бы, если бы он подарил такой кулон Калязиновой…
Перед глазами сразу возникло изумительно красивое лицо, на котором проступает ледяное презрение. Даже голос причудился:
-Саша, ты что? Внезапно и окончательно разорился? Или у тебя возникла куриная слепота? Да кто же дарит девушке вот это? Какая-то невнятная каменюка линялого цвета с трещинами внутри! Мне даже в руки-то неприятно взять такое! Свечников, не позорься, забери ЭТО и спрячь, а лучше выбрось! Если хочешь мне что-то подарить, то купи сумку… да-да, я тебе показывала какую именно. Или для тебя заплатить приличные деньги за подарок любимой девушке – это слишком дорого?
Свечников мотнул головой, прогоняя оттуда мелодичный, переливчатый, кто-его-знает-ещё какой голос, от которого у него начинало сводить скулы.
-Ира никогда так не скажет! Даже если ей не понравится, она никогда так не скажет! Я знаю. Правда, хорошо бы ей понравилось…
И тут же вредная и въедливая память подсунула его прошлую уверенность в том, что «Соня не такая, как о ней говорят, я знаю!» и дальше его же: «Я ненавижу всех женщин!»
-Cаш, привет! – в окошко машины легонько стукнули тонкие пальцы.
Свечников медленно повернул голову и, видимо, вид у него был не ахти, потому что Ирина смутилась:
-Саш… тебе нехорошо?
-Мне? Нет-нет, всё нормально! – заторопился Свечников, выныривая из раскопа своей памяти. – Я хотел к тебе зайти…
-Так давай! Я как раз к чаю вкусное купила! – Ирина не очень поняла, почему Александр сидит в своей машине и вид у него такой, словно ему как-то очень неважно стало, причём, не факт, что физически.
Понятное дело, что чаем проблему не вылечить, но Ире показалось важным как-то отвлечь Свечникова от его переживаний. А там, глядишь, и получше будет…
Александр решительно сгрёб шкатулку с кулоном, поместил её в карман, решив, что всё равно подарит, а там уж будь что будет, и вылез из машины, напоминая себе медведя, выбирающегося из берлоги по весне. А если кто не в курсе, мишки в это время очень не в форме… мятые, тощие и облезлые.
Ирина зашла в лабораторию, впустила туда Свечникова, закрыла дверь, и, словно это было каким-то сигналом, на улице начался сильный дождь.
За окнами стеной лил дождь, шумел чайник, Ирина выкладывала на стол печенье к чаю, а Свечников мялся, не зная, как бы ему вручить подарок. Внезапно показалось, что всё это лишнее, ненужное, что зря он это вообще затеял.
-Если уж зашел так далеко, то глупо вести себя как мальчишка! – подумал Александр, вытаскивая шкатулку из кармана.
-Ир… вот, я это… тут… - очень красноречиво выдал он, подвинув тёмную коробочку к Ирине. – Это так… безделушка.
Ирина удивлённо покосилась на него, но шкатулочку подвинула к себе, открыла и ахнула – под ярким узким лучом подсветки на тёмном бархате лежал камень изумительной красоты!
Первая часть этой книги доступна по ссылке ТУТ
Все остальные книги и книжные серии есть в Навигации по каналу. Ссылка ТУТ.
Короткие "односерийные" публикации можно найти в навигации по отдельным публикациям.
Ссылки на книги автора можно найти ТУТ
Все фото и картинки взяты из сети интернет для иллюстрации.
-Саш, что это? – кончиками пальцев Ирина осторожно касалась края оправы, перебирала серебряный разлив цепочки, поворачивала шкатулочку, чтобы лучше рассмотреть подарок. – Ой, там же словно паутинка летит! Осенняя паутинка! Настоящая осень в камне!
Если бы она в этот момент посмотрела на Свечникова, то поняла бы, как он, на самом-то деле, волновался, вручая ей кулон. Почему-то ему казалось, что если она презрительно фыркнет, заговорит с интонацией Калязиновой, то он вообще больше не сможет поверить в то, что в мире остались нормальные женщины.
Ирина осторожно достала кулон из шкатулки, полюбовалась им на свет, а потом подскочила и заспешила к зеркалу – приложить к себе, примерить…
Вернулась порозовевшая, уже с кулоном на шее.
-Саш… он такой… такой чудесный! Спасибо тебе огромное!
-Тебе понравилось? – расслабленно уточнил Свечников, который почему-то уверился в том, что всё у них теперь будет хорошо.
-Очень! Я даже не помню, чтобы мне какое-то украшение так нравилось! Это… это просто сказка какая-то! А что это за камень?
-Берилл.
-Красота невероятная! – Ирина не усидела на месте, вернулась к зеркалу, хотя раньше никогда не задерживалась около него надолго. – Саш, как же мне нравится!
Она даже когда заварился чай, никак не могла забыть про подарок, тихонько касаясь кулона пальцами, опуская взгляд на осень, которая уютно свернулась клубочком в камне на её груди, а Свечников всё дальше и дальше задвигал в памяти образ изумительной красавицы, которая кроме внешности и притягательности для мужчин ничем хорошим похвастаться не могла.
-Да куда той Софье до Ирины! – удивлялся Свечников, направляясь в съёмную квартиру, где его ждал Кеша, - Как я вообще мог повестись на ту стервятницу, будь она хоть сто раз красавицей?
Дождь всё шел и шел, так что, поздним вечером, когда Ирина вернулась домой, кот Семён Семёнович Горбунков, встретил её на пороге и озабоченно принюхался к зонту и обуви – ему не нравилось, когда снаружи слишком много холодной воды, слишком быстро напрыгивает из засады темнота и слишком близко подбирается холод.