В начало, к первой главе:
Едва Афоня открыл глаза, прошедший вечер спрессовался и разом ударил по голове вместе с мигренью и жуткой сухостью во рту. Просыпаться в таком состоянии было, в общем, привычно. А вот просыпаться в больничной палате, пока, в новинку. Он лежал в чистой постели, переодетый в белый халат. За окном печально накрапывал дождик. На койках рядом лежали соседи по палате. Кто-то спал, кто-то равнодушно залипал в телефон. Мужчина со сломанной ногой пожелал доброго утра. Кивнув в ответ, Афоня откинулся на подушку и попытался опять уснуть. В палату зашла медсестра и сказала, что скоро придёт доктор, Афоня сможет получить назад свои вещи и выписаться. Она принесла стакан воды и таблетку аспирина.
В дверях появился доктор. Он был молодой, высокий, темноволосый, на носу очки в толстой чёрной оправе.
- Какие-то жалобы есть? Или выписываем?
Афоне не хотелось пока возвращаться в заброшку. Он решил ещё, по возможности, полежать в больнице.
- Я бездомный, в больницах не часто бываю. Если можно, доктор, я бы сдал анализы и вообще проверился.
Доктору не часто поступали такие просьбы от ночных гостей. Они обычно сразу выписывались.
-Хм, ну вообще я должен бы вас выписать, чтоб не занимать место даром. Но, хорошо, в качестве исключения. Знаю, без документов-то особо не полечишься. Да и мест вроде пока хватает.
Доктор ушёл. Афоня выпил ещё стакан воды и продолжал бороться с головной болью, которая, к счастью, начала проходить. Тут не опохмелишься.
Как и было обещано, в этот день Афоню проверили мимо бумаг, про медицинский полис никто не спрашивал, это делали как бы в подарок, из сострадания и по настоятельной просьбе темноволосого доктора. Бродяга сдал анализы, сфотографировался на рентгене и прошёл общий осмотр. Особых нареканий к нему не было, на первый взгляд Афоня был здоров. Бродягу накормили горячим супом, и, лежа вечером в палате, он был вполне доволен прошедшим днём.
К вечеру палата оживилась, все переговаривались, пили чай, шутили и жаловались друг другу на здоровье. Помимо Афони, в палате лежали ещё трое мужчин. Двое с переломами и один с сотрясением. Тот, что с утра поздоровался с Афоней – Толик. Он был самым весёлым и разговорчивым. Толик очень хотел сыграть в шахматы, но все почему-то отказывались.
- Афоня, может, с тобой сыграем?
- Ну, давай сыграем, только я играю неважно.
Расставили фигуры, Афоне выпало играть белыми. Вообще, он соврал, сказав, что плохо играет. Когда-то давно, ещё в прошлой жизни, он ходил в шахматный кружок и даже участвовал в турнирах. Вот только не брал в руки шахмат уже страшное количество времени. Первый ход был сделан, за ним второй, третий. Афоня решил разыграть что-то хорошо знакомое. За несколько лет алкогольной диеты мозг впервые всерьёз заработал. Заскрипел и залязгал, как давно не смазанный механизм. Непривычным, но приятным напряжением отзывалась каждая клеточка. Афоня улыбался и, на удивление себе, захватывал игровое поле. Однако первую игру он всё-таки проиграл, увлёкся и не заметил мат.
- Хорошо играешь. Может до двух побед?
Они вновь расставили фигуры, мозг ориентировался всё лучше. В пыльных архивах нашлась папочка под названием «шахматы». Это как езда на велосипеде, рука сама тянулась переставить фигуру. В этой битве Афоня смог победить, медленно, но верно зажав соперника. Толик уже не так часто улыбался, напротив, ушёл в себя и сосредоточился. Впереди была решающая игра. Ход за ходом, Толик всё больше думал, тянул бесконечное время больничных шахмат. Афоня неплохо разыгрался и окончил игру уверенным матом.
- Ты чертовски хорошо играешь. Сколько я тебе должен, мы забыли это обговорить. В такой игре должны быть призы.
- Что ты! Ничего не должен, спасибо за игру! Разве что не откажусь от сигареты, если найдётся.
Толик протянул пять папирос и с уважением в глазах крепко пожал руку оппонента. Афоня одолжил ещё зажигалку и отправился на крыльцо наслаждаться дымом победного табака.
Неужели завтра придётся возвращаться. Перед глазами пролетели обрывки памяти последних лет. Даже здесь, в старенькой больнице с незнакомыми людьми, было в сто раз приятнее. Приятно быть чистым, приятно общаться, играть в шахматы, приятно, когда о тебе хоть кто-то заботится. Уличные скитания должны ведь когда-нибудь закончиться. Лучше, если возвращением в нормальную жизнь, чем смертью в луже под забором. Да и можно ли сравнить что-нибудь с зимовкой бездомных в России? Ведь если ничего не изменить, то и с ней придётся снова встретиться. Очередная зима, которую треть его знакомых не переживёт, замёрзнут пьяные в сугробах, потеряются в бесконечном снегопаде. Жизнь перебежек от теплотрассы к павильонам магазинов, перепалок с охранниками, временных подработок и вечной ангины от ледяного пойла. Когда-то ведь всё было по-другому. Жизнь ещё ведь не кончена? Остался ещё шанс? Ещё один точно есть.
С этими мыслями он выстрелил окурком в мусорку и отправился обратно в палату.
К следующей главе:
Также на канале вы можете найти мои стихотворения. Подписывайтесь, ставьте лайки, комментируйте — буду рад каждому.