— А почему кухню не убрала? Разве так трудно помыть за собой тарелку? — Кира Сергеевна поджала губы, оглядывая раковину с парой чашек.
Марго глубоко вдохнула, пытаясь сохранять спокойствие. Каждый воскресный визит свекрови превращался в инспекцию.
— Мы с Толей завтракали всего полчаса назад. Я бы убрала после вашего ухода.
— После ухода, — передразнила свекровь, открывая холодильник без спросу. — Когда я была в твоем возрасте, у меня дом блестел, работала на полторы ставки, и Толю одна поднимала. А у вас что? Живете как в общежитии.
Толя, словно почувствовав напряжение, появился в кухонном проеме.
— Мам, может, чаю?
— Некогда мне чаи распивать. Пришла посмотреть, как вы живете, — она развернулась к Марго. — Ты бы подработку нашла, что ли, совсем денег в дом не приносишь.
Марго замерла. За пять лет совместной жизни с Толей они никогда не обсуждали, кто сколько зарабатывает. У них был общий бюджет, общие расходы и полное доверие.
— Деньги приносить — не женская обязанность, — спокойно ответила Марго, хотя внутри всё закипало.
Кира Сергеевна хмыкнула:
— А ты и с женскими не справляешься. У тебя дома так грязно, как я никогда не видела. Не готовишь, только доставку заказываешь, не стираешь, не гладишь. Еще и деньги приносить не хочешь.
— Где вы грязь увидели? — Марго начала повышать голос. — Это ваш сын по дому ничего не делает, а не я! Постыдились бы! Мне нужно и домом заниматься, и зарабатывать наравне?
— Ты думала, замуж вышла и на шею сыну села? Так не бывает ,— Кира Сергеевна стукнула ладонью по столу.
— Мама, прекрати! — вмешался Толя.
— Ты еще ее защищай! Она тебя скоро по миру пустит. Сидит в своем издательстве, бумажки перебирает за копейки! Я в ее годы...
— Хватит! — Марго почувствовала, что еще немного и расплачется. — Вы ничего не знаете о нашей жизни, о моей работе, о наших отношениях. И лезете, лезете постоянно!
— Знаешь что, невестушка... — начала Кира Сергеевна, но Марго перебила:
— Нет, это вы знаете что! Пусть ваш сын сам решает, как нам жить. Без ваших указаний.
Толя, наконец, решительно встал между ними:
— Мама, достаточно. Мы с Марго разберемся сами.
— Вижу я, как вы разбираетесь! Все, не нужны мои советы — не буду больше приходить.
Кира Сергеевна схватила сумку и, не прощаясь, вышла, громко хлопнув дверью.
В квартире повисла тишина. Марго чувствовала, как дрожат руки.
— Пусть вообще больше тут не появляется, — сказала она мужу.
Толя тяжело вздохнул:
— Она всегда такая была. Вечно недовольная, брюзжит, требует деньги. А как я на тебе женился, она вне себя была. Понимала, что теперь мой доход весь будет идти в семью. Вот и докапывается до тебя.
Марго обняла мужа:
— Правда, давай ограничим общение? Я больше не могу.
— Согласен, — неожиданно легко ответил Толя. — Честно говоря, я сам устал от этого постоянного давления.
Прошла неделя. Телефон не звонил — Кира Сергеевна действительно прекратила общение. Марго вздохнула с облегчением, но радость была недолгой.
Аркадий Петрович, директор издательства, вызвал ее к себе в кабинет в конце рабочего дня.
— Маргарита Андреевна, вынужден сообщить неприятную новость, — он нервно поправил очки. — У нас сокращение. Издательство терпит убытки, и мы вынуждены оптимизировать штат.
Марго почувствовала, как земля уходит из-под ног.
— Но... почему я? У меня хорошие показатели, никаких нареканий.
— Последним пришли — первым уходите. Таков принцип. Мне действительно жаль. Вы отличный редактор.
Марго вышла из кабинета оглушенная. «Как сказать Толе? А если свекровь узнает? "Вот видишь, я была права!"» — эта мысль была невыносима.
Дома Марго решила пока молчать. Сначала найдет новую работу, потом расскажет. И каждое утро она уходила якобы в издательство, а сама обзванивала вакансии и ходила на собеседования.
Толя тоже был сам не свой. Он задерживался в автосервисе допоздна, приходил уставший, но на вопросы отвечал: «Всё нормально, просто много работы».
Через две недели такой жизни Марго устроилась в небольшую типографию корректором с зарплатой вдвое меньше прежней. Это было временное решение, но лучше, чем ничего.
В тот же вечер Толя пришел домой с бутылкой вина.
— Давай отметим, — сказал он без энтузиазма.
— Что отмечаем? — удивилась Марго.
— Мой провал. Потерял крупного клиента. Сократили автопарк, теперь обслуживаются у официального дилера.
Марго замерла:
— Толя, почему ты молчал?
— А ты почему молчала, что тебя сократили? — вдруг спросил он.
Марго отшатнулась:
— Откуда ты...?
— Звонили из издательства насчет рекомендаций. Я понял, что ты ищешь работу. Почему не сказала?
— Не хотела тебя расстраивать. И боялась, что твоя мама узнает и начнет торжествовать.
Толя горько усмехнулся:
— А я боялся, что ты будешь переживать из-за моих проблем. Вот так доверие у нас.
Они проговорили всю ночь. Открыли друг другу все карты: реальные доходы, расходы, кредит на автосервис, о котором Марго не знала, накопления, которые она скрывала. Решили действовать вместе: Марго временно поможет Толе с документацией и привлечением клиентов, одновременно продолжая искать работу по специальности.
Анна Петровна, соседка из квартиры напротив, случайно увидела Марго в супермаркете, когда та должна была быть на работе. Вечером она позвонила своей давней подруге Кире Сергеевне.
— Ты представляешь, твоя невестка среди дня по магазинам шатается! А говорит, что работает. Может, у нее роман на стороне?
У Киры Сергеевны словно открылось второе дыхание. На следующий день она уже следила за Марго, выяснила про увольнение, новую работу в типографии.
В обеденный перерыв она влетела в маленький офис типографии, где Марго склонилась над версткой.
— Так вот как ты проводишь дни! — громко объявила Кира Сергеевна. — Бросила приличную работу, сидишь тут за гроши, позоришь сына!
Сотрудники с любопытством повернулись к ним. Марго вспыхнула:
— Кира Сергеевна, давайте выйдем и поговорим.
— Нечего мне с тобой разговаривать! Я сыну сейчас позвоню, пусть узнает, какую жену выбрал!
Она достала телефон, набрала номер. Марго попыталась остановить ее, но было поздно.
— Толя! Приезжай срочно в типографию на Ленина. Твоя жена не там работает, где говорила. Тут такое творится!
Через двадцать минут Толя прибежал, запыхавшись. В типографии стояла тишина — сотрудники разошлись на обед, оставив Марго и Киру Сергеевну наедине.
— Что случилось? — Толя переводил взгляд с матери на жену.
— Твоя супруга тебе врет, вот что! — начала Кира Сергеевна. — Ее уволили из издательства, а она вместо нормальной работы устроилась сюда за копейки! И...
— Я знаю, — перебил ее Толя.
— Что? — Кира Сергеевна опешила.
— Я знаю про увольнение и про новую работу. Мы с Марго всё обсудили. У меня тоже проблемы с бизнесом, если тебе интересно. Мы решаем их вместе.
— И ты позволяешь ей работать в такой дыре? Ты должен содержать жену, а не...
— Никому я ничего не должен, мама, — твердо сказал Толя. — Это наша жизнь, наши решения. И мне надоело, что ты постоянно лезешь.
— Я лезу? Я забочусь о тебе, неблагодарный! Всю жизнь для тебя...
— Хватит! — впервые в жизни Толя повысил голос на мать. — Ты всю жизнь пыталась контролировать меня и мои деньги. Теперь пытаешься разрушить мой брак. Или ты прекращаешь вмешиваться в нашу жизнь, или мы прекращаем общение. Выбирай.
Кира Сергеевна побледнела и медленно опустилась на стул.
— Вот как ты с матерью разговариваешь... Неужели эта... эта женщина для тебя важнее родной крови?
— Марго — моя семья. И я не позволю даже тебе ее унижать.
Кира Сергеевна поднялась, гордо выпрямилась и направилась к выходу.
— Ты еще пожалеешь. Оба пожалеете.
— Прости за этот цирк, — сказал Толя, когда они остались вдвоем.
Марго покачала головой:
— Это я должна извиниться. Из-за меня ты поссорился с матерью.
— Нет, это давно назревало. Она всегда пыталась управлять мной через деньги. Когда я жил с ней, отдавал почти всю зарплату. А когда открыл сервис, она требовала отчеты о каждой копейке.
По дороге домой они решили действовать сообща. Марго предложила помогать Толе с документацией и рекламой автосервиса. У нее был опыт редакторской работы — можно составить хорошие рекламные тексты, обновить сайт, навести порядок в документах.
Через неделю такой работы автосервис посетил новый клиент — Георгий Павлович, владелец небольшой службы доставки.
— Нам нужно обслуживать десять машин регулярно, — объяснил он. — Сервис по рекомендации выбираю. О вас хорошие отзывы.
Марго, которая теперь занималась переговорами, быстро нашла общий язык с Георгием Павловичем. Оформили договор, согласовали график обслуживания.
— А вы, я смотрю, не только в автомобилях разбираетесь, — заметил Георгий Павлович, пока Марго составляла документы. — Где научились так четко формулировать?
— Я редактор по образованию, — улыбнулась Марго. — Работала в издательстве, сейчас временно в типографии.
— Вот как? Интересно! У меня небольшая доля в издательстве детской литературы. Нам как раз нужен толковый редактор. Старший ушел на пенсию.
Марго не могла поверить своей удаче. Через две недели тестового периода ее приняли в издательство «Веселый карандаш» с зарплатой выше прежней.
— Видишь, как интересно получилось, — сказала она Толе вечером. — Если бы не проблемы и не скандал с твоей мамой, я бы никогда не попала в «Веселый карандаш».
Толя кивнул:
— И у меня теперь стабильный клиент. Дела пошли в гору.
Они решили, что Марго продолжит помогать с административной частью автосервиса — составлять документацию, общаться с клиентами, заниматься рекламой. Это приносило дополнительный доход и заметно улучшило работу бизнеса.
Прошло два месяца. Кира Сергеевна не звонила и не приходила. Но от Анны Петровны регулярно получала новости: у сына и невестки дела наладились, стали больше зарабатывать, планируют ребенка.
— Неблагодарные, — ворчала Кира Сергеевна. — Забыли, как мать родная помогала.
Но на душе было тоскливо. Толя — единственный сын, единственный близкий человек. Да и внуков хотелось понянчить.
В воскресенье она решилась и пришла к ним без предупреждения.
Толя открыл дверь и застыл от неожиданности.
— Мама? Что ты здесь...
— К родному сыну пришла, нельзя что ли? — она решительно прошла в квартиру. — Решила проверить, как вы тут без моих советов справляетесь.
В квартире был идеальный порядок. Из кухни доносился аппетитный запах — Марго готовила обед.
— Здравствуйте, Кира Сергеевна, — сказала она, выходя в прихожую. — Проходите, у нас как раз обед готов.
За столом Кира Сергеевна внимательно изучала невестку. Марго выглядела спокойной и уверенной, не та забитая девочка, как раньше.
— Слышала, у вас дела наладились, — наконец сказала свекровь. — Если бы я тогда не встряхнула вас, так бы и жили каждый в своем углу, скрывая проблемы.
Толя и Марго переглянулись.
— Да, мама, ты права, — дипломатично ответил Толя. — Иногда нужна встряска.
— Я ж не со зла, — продолжила Кира Сергеевна, ободренная. — За вас переживаю. Мать я или кто?
Марго поднялась, чтобы принести десерт, и Кира Сергеевна заметила изменения в ее фигуре.
— Ты что, беременна? — воскликнула она.
Марго улыбнулась:
— Да, второй месяц. Хотели вам сказать, но вы сами догадались.
Кира Сергеевна просияла:
— Так это ж замечательно! Мальчик или девочка?
— Пока рано говорить, — ответил Толя. — Но мы рады в любом случае.
За чаем Толя взял жену за руку и серьезно посмотрел на мать:
— Мама, мы очень рады, что ты пришла. Но у нас есть одно условие для дальнейшего общения.
Кира Сергеевна насторожилась:
— Какое еще условие?
— Никакого вмешательства в наши финансы и семейные решения. Можешь приходить раз в неделю, в воскресенье. Мы будем рады тебя видеть. Но указывать нам, как жить, — этого больше не будет.
Кира Сергеевна хотела возразить, но взглянула на счастливую пару, на едва заметный животик невестки и сдержалась.
— Хорошо, — неохотно согласилась она. — Но советы-то дать можно?
— Советы — можно, — улыбнулась Марго. — Если их не навязывать.
Прошло полгода. Живот Марго заметно округлился. УЗИ показало, что будет мальчик. Толя светился от счастья и трепетно относился к жене. Автосервис процветал — Георгий Павлович привел еще одного клиента, тоже со своим автопарком.
Кира Сергеевна приходила каждое воскресенье, приносила гостинцы и журналы про воспитание детей. Она все еще пыталась давать советы, но в рамках дозволенного.
— Кроватку надо выбирать с бортиками повыше, — говорила она. — И комод для детских вещей нужен широкий, с пеленальным столиком.
Марго спокойно выслушивала и благодарила за советы. Она поняла, что свекровь по-своему проявляет заботу. Просто не умеет иначе.
Однажды вечером, когда они втроем сидели в гостиной, Толя спросил:
— Мама, а почему у тебя с отцом не сложилось? Ты никогда об этом не рассказывала.
Кира Сергеевна помрачнела:
— Да что там рассказывать... Сначала любовь была, потом будни заели. Я работала на двух работах, он механиком в автосервисе. Денег не хватало, постоянные ссоры. А потом он ушел — сказал, что встретил другую. Тебе три года было.
Марго и Толя переглянулись. Впервые Кира Сергеевна говорила о прошлом без прикрас.
— Я тогда решила, что никогда не буду зависеть от мужчины, — продолжила она. — И тебя учила: деньги — главное в жизни. Контролировать нужно каждую копейку.
— Мама, но ведь не в деньгах счастье, — мягко сказал Толя.
— В их отсутствии — точно несчастье, — парировала Кира Сергеевна. — Но, глядя на вас... может, я и ошибалась. У вас вон как сложилось хорошо.
На следующей неделе Марго получила премию за успешный проект — детскую энциклопедию, которая вышла рекордным тиражом. А Толя подписал контракт с крупной курьерской службой.
Вечером они отмечали эти события с друзьями в ресторане. Кира Сергеевна сидела рядом с Марго и непривычно молчала. Потом неожиданно наклонилась и тихо сказала:
— Я рада, что у вас всё хорошо. И... прости меня за тот скандал.
Марго удивленно посмотрела на свекровь:
— Кира Сергеевна...
— Можно просто Кира, — прервала та. — Мы ведь почти как подруги теперь, верно?
Марго улыбнулась и взяла свекровь за руку:
— Спасибо. И вы... ты тоже прости. Я была резкой.
— А я была невыносимой, — неожиданно рассмеялась Кира. — Мой характер многие не выдерживают.
— Наследственное, — подмигнул Толя, подсаживаясь к ним. — У нас в семье все с характером.
Они втроем рассмеялись, и Марго подумала, что иногда самые тяжелые испытания могут привести к неожиданно хорошим результатам. Не будь того скандала, они с Толей до сих пор скрывали бы друг от друга свои проблемы. А теперь у них растет бизнес, новая интересная работа и скоро появится малыш.
И даже Кира Сергеевна изменилась. Конечно, характер никуда не делся — она все еще могла сделать колкое замечание или дать непрошеный совет. Но теперь в этом было больше заботы, чем желания контролировать.
— За нас! — поднял бокал Толя. — За нашу семью и новые начинания!
— За семью, — эхом отозвались Марго и Кира Сергеевна, и на мгновение в их глазах промелькнуло одинаковое выражение — теплота и надежда на будущее.