Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Доктор Антикризис

НА ВСТРЕЧУ СЕБЕ ЗАВТРАШНЕМУ

Когда человек задерживается в роли, исчерпавшей себя, он начинает сползать к эмоциональному банкротству. Это как старый корабль, который больше не может держаться на плаву, но все еще пытается плыть в открытое море. За все в жизни приходится платить. Каждый новый этап — это своя цена, и кризис становится неизбежным спутником этих изменений. Кризис — это всегда трансформация. Каждый шаг вперед требует от нас смелости, и когда человек отчаянно цепляется за роль, которая уже исчерпала свои ресурсы, он начинает медленно, но верно скатываться в бездну эмоционального истощения. Любой переход на новый этап оплачивается кризисом. Так или иначе. Самобытность требует смирения, выход из созависимости — смелости, рождение — боли, близость — компромиссов, а свобода — одиночества. Это закон жизни, который нельзя игнорировать. Когда человек задерживается в исчерпанной роли, он теряет силы, мотивацию и интерес к жизни. Вокруг множество таких примеров: матери, которые продолжают говорить с подростками,

Когда человек задерживается в роли, исчерпавшей себя, он начинает сползать к эмоциональному банкротству. Это как старый корабль, который больше не может держаться на плаву, но все еще пытается плыть в открытое море. За все в жизни приходится платить. Каждый новый этап — это своя цена, и кризис становится неизбежным спутником этих изменений.

Кризис — это всегда трансформация. Каждый шаг вперед требует от нас смелости, и когда человек отчаянно цепляется за роль, которая уже исчерпала свои ресурсы, он начинает медленно, но верно скатываться в бездну эмоционального истощения.

Любой переход на новый этап оплачивается кризисом. Так или иначе. Самобытность требует смирения, выход из созависимости — смелости, рождение — боли, близость — компромиссов, а свобода — одиночества. Это закон жизни, который нельзя игнорировать.

Когда человек задерживается в исчерпанной роли, он теряет силы, мотивацию и интерес к жизни. Вокруг множество таких примеров: матери, которые продолжают говорить с подростками, как с двухлетними детьми; директора, которые пренебрегают отчетами; тридцатилетние нимфетки, которые не могут расстаться с детством; вечные студенты, добропорядочные мужья и правдорубы, которые не могут найти себя.

Чем дольше ты остаешься в своей исчерпанной роли, тем больше становишься предсказуемым персонажем, чьи реплики известны наперед, а шаги прописаны заранее. Директора банкротятся, нимфетки продолжают соблазнять, а мамы — обвинять.

Что тут еще сказать? Нужно подвести мораль, но истина теряется, когда твой собственный кризис стоит перед тобой, как темное озеро, в которое необходимо нырнуть, не зная, хватит ли тебе воздуха. Быть готовым утонуть, не коснувшись дна, или пробить его головой, выйдя с другой стороны. Быть готовым к своей неготовности.

У людей, вступающих в кризис, есть иллюзия, что они смогут сохранить свою жизнь неизменной. Те же связи, то же лицо, тот же уровень. Но кризис — это всегда изменения, и, прежде всего, изменения в том, что сложнее всего менять. Иначе он не был бы кризисом.

Рано или поздно нужно будет войти в него. Медля на берегу, ты все равно расплачиваешься своим временем, силами и, в конечном итоге, жизнью. Так или иначе.

С уважением,

Танайлова Вячеславовна

Системный психолог, психосоматолог, психогенетик, эксперт по эффективным стратегиям выхода из кризиса и болезней через активацию ресурсного состояния сознания.