Свиток пах пылью веков. Виктор развернул его на грубом камне под светом керосиновой лампы, чьё пламя трепетало от порывов ночного ветра. Линии на пергаменте переплетались в очертания гор, рек и странных символов, напоминающих созвездия. Иван склонился над картой, его тень плясала по песку, словно пытаясь ухватить тайну раньше хозяина.
– Здесь, – Иван ткнул пальцем в точку, где пересекались две извилистые линии. – Это Карфаген. Но не тот, что у моря… Древний. Тот, что римляне стёрли до основания.
– «Схема, опережающая время»… – Виктор провёл пальцем по символу в центре карты – стилизованному солнцу с глазом в середине. – Если верить этим отметкам, это не просто механизм. Это что-то вроде обсерватории. Или портала.
– Портал? – Иван фыркнул, но в его глазах мелькнуло любопытство. – Может, древние решили обогнать нас даже в фантазиях?
– Они обогнали. – Виктор достал блокнот с заметками о Кассиопее. – В храме мы видели барельефы с механизмами, которых не должно быть в III веке до нашей эры. Шестерни, рычаги… Если эта карта ведёт к их источнику…
Где-то в темноте хрустнул камень. Оба замолчали. Иван медленно потянулся к пистолету, но Виктор мотнул головой – «не сейчас». Они оба знали: Корсо не бросит погоню. Его люди, как шакалы, рыскали где-то среди дюн, вынюхивая след.
– Двигаемся на север, – Виктор сложил карту. – Через два дня будем у границы Алжира. Там найдём проводника.
– Проводника? – Иван поднял бровь. – Или ещё кого-нибудь с пистолетом за спиной?
– Того, кто знает пустыню лучше нас.
Он не стал упоминать имя. Слишком много слухов ходило о Лейле Марток – полубедуинке, полуфранцуженке, которая, как говорили, могла найти колодец в песчаной буре и читала дюны, как книгу. Виктор встретил её лишь раз, на конференции в Каире, но её холодный взгляд и острый язык врезались в память. Она ненавидела искателей сокровищ. Как раз то, что нужно.
Через три дня, в крошечной деревне на краю Сахары, они стояли у глиняного дома с синей дверью. Воздух дрожал от зноя, а местные торговцы косились на чужаков, шепчась за спинами. Дверь открылась без звука.
– Вы опоздали на час, – женский голос прозвучал из полумрака. – И привели хвост.
Лейла вышла на свет. Высокая, в чёрных одеждах, лицо скрыто под платком. Только глаза – зелёные, как малахит – сверлили Виктора.
– Хвост? – Иван обернулся, но улица была пуста.
– Двое. Следят с крыши мечети, – она махнула рукой, будто отмахнулась от мух. – Корсо платит им гроши. Умрут от жажды быстрее, чем решатся на выстрел.
– Вы знали, что мы придём? – Виктор попытался поймать её взгляд, но она уже повернулась к столу, где лежала карта.
– Кассиопея… – Лейла провела пальцем по символу солнца. – Вы нашли Ключ, но он лишь указал путь. Здесь, – её ноготь упёрся в крошечный рисунок корабля у края карты, – Пунт. Земля богов. Оттуда привозили золото, ладан и технологии, которые ваши учёные называют «необъяснимыми».
– Пунт считают мифом, – вступил Иван.
– Как и Кассиопею, – парировала Лейла. – Но вы же здесь.
Она развернула карту, и Виктор вдруг заметил, что линии на ней… двигались. Тончайшие прожилки серебра в пергаменте мерцали, подстраиваясь под свет.
– Это не просто чернила, – Лейла коснулась символа. – Кровь звезды. Металл, упавший с неба. Карта меняется с положением светил. Чтобы найти Пунт, вам нужен не проводник. Вам нужен астроном.
– И он у вас есть? – спросил Виктор.
– Он – я. – В её руке блеснул секстант, покрытый такими же символами, как на карте. – Но моя цена – половина славы. И ни грамма золота.
– Золота там нет, – усмехнулся Иван. – Только «наследие».
– Славы хватит на всех, – Виктор протянул руку. Лейла пожала её, холодно, как будто заключала сделку с дьяволом.
Ночью, когда караван из трёх верблюдов и пятерых всадников (Лейла настаивала на своём отряде) двинулся вглубь пустыни, Виктор спросил:
– Почему вы помогаете? Ненавидите охотников за сокровищами.
– Потому что вы – не они, – она не повернула головы. – Вы ищете правду. А правда опаснее золота. Она сжигает тех, кто к ней не готов.
– А вы готовы?
– Я горела много раз.
Иван, ехавший сзади, вдруг крикнул. На горизонте, в свете луны, чёрным силуэтом вставала гора – точь-в-точь как на карте. Но у её подножия, словно кровавый рубец, полыхал костёр.
– Лагерь Корсо, – прошипела Лейла. – Они нашли короткий путь.
– Или мы привели их, – Иван посмотрел на проводницу.
– Возможно, – она не стала отрицать. – Пустыня любит играть в игры. Но если они первыми найдут Пунт…
Грохот взрыва разорвал тишину. Гора содрогнулась, и в небо взметнулся столб песка. Кто-то из людей Корсо активировал ловушку – древнюю, яростную.
– Бегите! – Лейла ударила верблюда, но было поздно. Земля под ними заходила ходуном, открывая пасть бездны.
Виктор успел схватить фонарь. Падая в темноту, он увидел, как стены шахты покрыты теми же символами, что и свиток. Последняя мысль перед ударом о воду: «Кассиопея была только началом…»