Когда Джимми Пейдж с помощью менеджера Питера Гранта решил создать супергруппу под названием The New Yardbirds, мир рок-н-ролл был совсем другим, и идея Пейджа о группе, которая сама решает, какимм будут их имидж и звучание, была необычной. Вместо The New Yardbirds Пейдж создал Led Zeppelin с вокалистом Робертом Плантом, барабанщиком Джоном Бонэмом (оба ранее играли в Band of Joy) и басистом Джоном Полом Джонсом. В недавнем интервью Uncut Пейдж рассказал, что для него было крайне важно сочинять с учётом сильных сторон своих товарищей по группе: «Вернёмся к самой первой репетиции. Я сказал: "Давайте сыграем "Train Kept A-Rollin" [песню Тайни Брэдшоу, которую популяризировали The Yardbirds]. Я играл её всегда, даже в своих первых группах. Я был не в курсе, кто из участников знал её, а кто нет. Это не имело никакого значения, потому что я собирался её сыграть. Так что мы начали и не останавливались. Я нашёл общий язык с Робертом, так что сразу стало ясно, что так и должно быть. После этог
Когда Джимми Пейдж с помощью менеджера Питера Гранта решил создать супергруппу под названием The New Yardbirds, мир рок-н-ролл был совсем другим, и идея Пейджа о группе, которая сама решает, какимм будут их имидж и звучание, была необычной. Вместо The New Yardbirds Пейдж создал Led Zeppelin с вокалистом Робертом Плантом, барабанщиком Джоном Бонэмом (оба ранее играли в Band of Joy) и басистом Джоном Полом Джонсом.
В недавнем интервью Uncut Пейдж рассказал, что для него было крайне важно сочинять с учётом сильных сторон своих товарищей по группе:
«Вернёмся к самой первой репетиции. Я сказал: "Давайте сыграем "Train Kept A-Rollin" [песню Тайни Брэдшоу, которую популяризировали The Yardbirds]. Я играл её всегда, даже в своих первых группах. Я был не в курсе, кто из участников знал её, а кто нет. Это не имело никакого значения, потому что я собирался её сыграть. Так что мы начали и не останавливались. Я нашёл общий язык с Робертом, так что сразу стало ясно, что так и должно быть.
После этого я привёл его к себе домой в Пангборн, мы порепетировали, и дальше всё пошло своим чередом. Так что вся эта энергия выплеснулась прямо на первой репетиции, она была заметна уже там. В первый вечер репетиций я сказал Бонэму: "Я хочу, чтобы ты играл на барабанах именно так, как ты сам хотел бы играть". Не так, как он играл с Тимом Роузом или с Band Of Joy, а так, как хотел бы Джон Бонэм.
Было важно развить эти качества. Предполагая, чего может достичь группа, я понимал, как буду сочинять для каждого последующего альбома. Всё, что мне нужно было сделать, — это придумать риффы, аккордовые пассажи и всё остальное, чтобы, когда мы соберёмся вместе, я мог представить эти вещи и сказать: "Да, мы в ударе"».