Следующий разговор состоялся с Москвой, абонент Рысев оказался дома, внимательно выслушал инструкции и, уточнив детали встречи в Берлине, дал отбой связи. Стилисту некогда! Скоро Berlin Fashion Week-95! (Берлинская Неделя Моды-лето 1995).
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Z4ZQYcAzDg_E7VNy)
Русского гостя ждали… Правда, сегодня обошлись без гуся, но стол был накрыт по-нашему, по-саксонски! С горкой хлеба в центре стола. Женщины удивились преобразившемуся молодому человеку, который опешил не меньше вышедшему навстречу Питер фон Остен-Сакену без привычной трости.
Старик, улыбаясь, развёл руки в стороны и что-то там притопнул в ритме саксонского танца. Вот оно, чудо башкирской «Blutegel Therapie»! (терапия пиявками) Вот она – сила и мощь уральских пиявок!
Старые друзья обнялись, передавая друг другу радость и теплоту встречи. И если Барбара с мамой даже не представляли, как выглядел раньше Тимур Кантемиров, то Питер только покачивал головой, разглядывая лицо бывшего прапорщика Советской Армии.
За столом хозяйка дома передала восхищение профессионализмом Ärztin Helena, рассказав о том, как русский врач вовремя обратила внимание на цвет лица Ирмы. После направления и обследований у неё нашли старую болячку, женщине пришлось лечь на неделю в местную больницу.
Всё хорошо, что хорошо кончается! (Alles ist gut, was gut endet!).
Пожилая саксонка после рюмки кофейного ликёра (гостю даже не предложили. Ordnung und Disziplin!) набралась храбрости и спросила прямо:
– Ильдар, твоя подруга колдунья?
Русский только вздохнул и признался честно:
– Я сам боюсь Елену Расимовну.
Женщины переглянулись и выпили ещё по одной рюмочке за здоровье Ärztin Helena и её друга. Ильдару невероятно повезло! В ответ гость аккуратно перевёл разговор в нужное русло и поинтересовался ценами на местном рынке недвижимости.
Ирма только вздохнула, а дочь, пожав плечами, начала делиться секретами сказочного города под названием Гримма. Цены падают буквально с каждым месяцем. Крупные предприятия прекратили работу с самого объединения страны, магазины закрываются один за другим.
Молодёжь уезжает на Запад, в лучшем случае, перебирается в Лейпциг. (спасибо тебе, Ильдар, за Ханну с Клаусом!).
Когда за лишнюю жилплощадь повысились налоги, тот же Густав, дядя Клауса, ещё год назад хотел избавиться от второй квартиры на на Leipziger Straße, но так и не смог продать. Хорошо, что племянник арендовал на время, а теперь вот Ильдар выручил. А что будет завтра? Никому не хочется платить лишние деньги в казну.
Саксонский дворянин вызвался проводить гостя до постамента без Т-34, тем более, сама врач рекомендовала ежедневные прогулки. Остались ещё две процедуры «Blutegel Therapie». По дороге Тимур напомнил старику о его старом товарище, председателе стрелкового клуба по имени Отто.
Скорее всего, на днях в его тире появится один любитель стрельбы с гостинцем в виде бутылки русской водки, и было бы хорошо предупредить своего танкиста (Panzersoldat) заранее. Питер всё понял, молча кивнул и пожал ладонь русского друга.
Перед встречей со снайпером Тимур успел заскочить по дороге в магазин оптики, где заказал молоденьким продавщицам несколько очков с простыми стёклами, объяснив оригинальность заказа тем, что он учится в университете, мол, вечный студент, и ему за лето надо пересдать несколько хвостов.
Вот он и хотел бы казаться перед профессурой умнее, чем есть на самом деле. Ну, ещё хотелось бы выглядеть красавцем перед девушками. Немочки хихикнули и принялись подбирать оправу. Любой каприз за ваши деньги, господин студент! (Herr Student!)
Лёха-Боец скучал, сидя с большим фотоаппаратом в руках на той же скамейке у речки со сложным названием Эльстерфлумбетт (Elsterflumbett). Договаривались встретиться дней через двадцать, а прошло уже больше месяца.
Студент (он же – Танкист) в светлых брюках и белой рубашке издали помахал рукой, давая Алексею рассмотреть себя без бороды и шевелюры. Вроде предупреждал?
Земляк с Питера привстал с удивленным лицом и протянул ладонь.
– Тимур, ты так постоянно будешь меняться? Надо было тебя сфотографировать на память с бородой.
– Надеюсь в последний раз! И не надо меня фоткать ни разу и нигде. Здорово, Лёха! – Кантемиров, ставший Ахметовым, пожал руку товарища, улыбнулся, демонстрируя правильную симметрию лица, и присел на скамейку. – Давно ждёшь?
– Да уже больше недели здесь речкой любуюсь в одно и то же время. Даже Франка начала интересоваться, а не хожу ли я налево?
– А ты что?
– Сказал, что у меня в парке фотосессия, и нужные тени появляются как раз в этот час. Теперь вместо гитары таскаю фотоаппарат.
– Алексей, так получилось в клинике. За месяц я перенёс три операции, а потом надо было дождаться снятия швов и бинтов.
– А у тебя уши разные!
– Это пройдёт. Давай, по делу. Что там у нас вырисовывается в Эссене с турком?
Леха-Боец убрал аппарат в сторону и с готовностью развернулся к заказчику.
– Покатались мы с женой на нашем «Жопеле» по западной Германии! Если бы ты знал, как там красиво! Как в рекламе! – Уроженец города Сланцы Ленинградской области покачал головой от восхищения западным образом жизни и перешёл к делу. – Конечно, заехали в Эссен, взглянули на бывшие немецкие шахты и полюбовались виллой Хюгель. И заодно прогулялись по парку до ближайших улиц. А теперь, Студент, смотри!
Довольный путешественник вынул из сумки белый конверт и принялся за отчёт, вынимая цветные фото и комментируя каждый снимок:
– Вот сама вилла с нескольких сторон… Вот дом мафиози… Я смог близко щелкнуть с трёх ракурсов, больше не стал, дом охраняется.
– Подожди! Дай взглянуть. – Тимур взял в руки снимок части дома, возвышающегося над стеной из натурального камня, и сделал вывод. – Высокий забор. Во дворе Бекира не взять.
– Вот! – Снайпер махнул пачкой фоток. – А вот тебе снимок с крыши фамильного дома-музея семьи Крупп, который стоит на холме и возвышается над всей округой. Там даже установлена на крыше смотровая площадка для туристов. Видишь, тот самый турецкий двор с крыльцом, как на ладони. Расстояние чуть меньше километра. Когда гуляли, я шаги считал. Думаю, по прямой будет метров восемьсот. Не больше! Нужен дальномер.
– Так, специалист! Я знаю, как ты стреляешь, а теперь скажи-ка мне, как ты собрался пронести винтовку в охраняемый музей резиденции «пушечных королей» Круппов, произвести единственный выстрел в нужное время и унести оттуда ноги?
Лёха-Боец от возбуждения хлопнул пачкой фотографий по ладони.
– Объясняю на раз! Вилла закрылась на ремонт с 1 июля, там висело объявление, мы с Франкой успели буквально за два дня до закрытия.
– Ну и что? Музей как был под охраной, так и останется.
– Не гони волну, фраерок! Там ещё были расклеены объявления о наборе работников на стройплощадку.
– Алексей, вот ты ни хрена не похож на строителя. И морда у тебя совсем не пролетарская!
– Ну, Студент, про твой вид я лучше промолчу и расскажу о себе. – Собеседник убрал фотки в конверт и откинулся на скамейку. – Когда я учился в технаре, мы с пацанами отработали два сезона в стройотрядах. Строили свинарники в колхозах. Так что, месить раствор и класть кирпич я умею. Ну, могу ещё чего-нибудь покрасить красиво…
Заказчик особо тяжкого преступления перевёл взгляд на медленное течение реки и задумался. Исполнитель молча ждал всё с той же загадочной ухмылкой штатного ликвидатора «Балтик-Спорт».
После перенесенных операций у Тимура исчез страх перед болезнью Меньера и появилось странное и чуточку пьянящее ощущение всемогущества. Как будто он с изменившимся лицом сможет сделать всё, что захочет.
Однако, смертельная опасность никуда не исчезла, жизнь висела на волоске. И Джон знал, что его ищут, поэтому исключил встречи с женой, кроме её поездок в Гримму через русское консульство.
И в дрезденской клинике Лена была только раз, и то по приглашению профессора фон Кюммера. Только так!
Сейчас Тимур чувствовал себя так, как будто мчится на скором поезде и точно знает место и время, где состав сбросит скорость на повороте, и он сможет спрыгнуть на ходу, не сломав шею и ноги.
И ещё даст возможность спрыгнуть Лёхе-Бойцу. Своих не бросаем! Студент повернулся к собеседнику.
– Алексей, назови мне навскидку любое мужское армянское имя, которое ты знаешь.
Специалист с широким профилем долго не думал.
– Самсун!
– Почему, Самсун?
– Мой одноклассник – Самсун Григорян. Мы его звали Самсунг, а пацан не обижался.
– Значит, Лёха, ты будешь переселенцем из Армении по имени Самсун. Фамилию подберём немецкую, изменим тебя чуток и подготовим документы.
– Я так похож на армянина?
– Ты будешь немецким переселенцем по отцу. Папа – немец, мама – армянка.
– Понял! – Улыбнулся киллер и задал вполне профессиональный вопрос: – Из чего я буду стрелять?
– Remington-700 с индексом М24, к нему НАТО-вские патроны 7,62х51 мм и ещё два вида прицела. Пристреляешь винтовку в тире Гриммы. Это небольшой городок недалеко от Лейпцига, где мы будем жить с тобой до акции и после, пока не уляжется шухер. Я там квартиру снял и договорился с председателем стрелкового клуба. Стрельба будет индивидуальной.
– Охренеть, не встать!
– Знаешь аппарат?
– Читал зимой в «Jahrbücher für die deutsche Armee und Marine» (Ежегодник для немецкой армии и флота, выходит раз в месяц). Там же дальность стрельбы до двух километров! Ну, в зависимости от прицела.
– Молодцом, Леха! Знаешь матчасть. Поэтому, идём в ногу со временем и сделаем турка из прогрессивного оружия.
– Блин! Я уже хочу в твою Гримму.
– Алексей, раз ты такой начитанный, лучше бы продумал вопрос своего отсутствия в Лейпциге где-то с месяц.
– Уже придумал! Скажу супруге, что в Питере полгода назад скончался мой любимый дедушка и оставил в наследство квартиру в центре. Вот настало время лететь, оформлять наследство и продавать недвижимость. И что у матери есть родственник, который работает в местном агентстве. Это чтобы Франка не дёргалась зря. Да ей и так некогда! Здесь работы хватает…
– Это хорошая версия. Заодно и деньги легализуешь перед женой.
– Ну да! – Улыбнулся заботливый супруг.
– Тогда, Алексей, планируй отбытие со следующего понедельника. Потом у нас будет неделя на подготовку и неделя на работу в Эссене. Больше не будем затягивать. Да и не надо! Ну, ещё с неделю отлежимся в Гримме, наблюдая за обстановкой.
– Отлично! Фотки заберёшь?
– Давай. Может ещё какие-нибудь умные мысли появятся. Надо бы отработать пути отхода.
– Тимур, блин, ты только не пропадай больше! А то я начинаю волноваться и думать, как бы не замочили Студента ещё раз.
– Лёша, сплюнь! – Кантемиров поднялся, давая понять, что разговор закончен.
Алексей Бойцов добросовестно поплевал три раза в сторону немецкой речки, встал со скамейки и протянул пухлый конверт. С киллером договорились встретиться через день на этом же месте и в это же время…»
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/Z8f6Y4B5uR9dvhDi)
