Катя никогда не считала себя мелочной. Деньги для неё были всего лишь ресурсом – важным, но не главным.
Она привыкла, что они с Андреем живут в режиме "общий бюджет".
Да, они оба работали, но Катя зарабатывала чуть меньше, поэтому старалась вести хозяйство экономно, откладывать на чёрный день.
Но в последнее время ей стало казаться, что деньги уходят куда-то в пустоту.
Она знала, сколько уходит на коммуналку, продукты, ребёнка… а вот остаток каждый месяц словно испарялся. Катя решила разобраться и в один из вечеров открыла банковское приложение.
Сердце ухнуло вниз.
Каждый месяц – стабильный перевод на двадцать тысяч.
И получателем значилось хорошо знакомое имя – Светлана Сергеевна. Свекровь.
Катя моргнула, перечитывая снова и снова. Нет, это не ошибка.
Двадцать тысяч каждый месяц на протяжении полугода.
В общей сложности – больше ста тысяч.
Она глубоко вдохнула, стараясь успокоиться. Нет, конечно, Андрей имеет право помогать своей матери.
Но разве не логично было бы обсудить это с женой?
Тем более что дома они не шиковали. Она даже себе новое пальто не могла позволить, а тут…
В тот вечер она молчала. Спокойно приготовила ужин, усадила сына за уроки, улыбалась, как обычно. Но внутри зрела буря.
На следующий день, за ужином, она решила поговорить.
— Андрей, а ты не хочешь рассказать мне, куда уходит часть нашей зарплаты? — Катя смотрела прямо в глаза мужу, не отворачиваясь.
Он отвёл взгляд, словно мальчишка, застуканный за шалостью.
— Это… Ну, я маме помогаю.
— Каждую неделю по двадцать тысяч?
Он замер, не ожидая, что она знает.
— А как ты…
— Я просто сложила два плюс два, Андрей, — голос Кати был ровным, но внутри всё кипело.
— Ты серьёзно думал, что я не замечу?
— Но это же мама! — вспыхнул он. — Она меня вырастила, и я обязан ей помогать! Это нормально!
— Нормально? — переспросила она, стиснув зубы.
— Нормально – это когда ты обсуждаешь это со мной.
Когда ты не берёшь из семейного бюджета и не скрываешь. Мы же не миллионеры, Андрей!
Он встал из-за стола, нервно постучал пальцами по столешнице.
— Катя, ну чего ты заводишься? Мы же семья! Разве деньги – это главное?
— Нет, не главное, — кивнула она. — Главное – доверие. А его ты сегодня похоронил.
Тишина повисла между ними. В этот момент Катя поняла: либо Андрей осознает свою ошибку, либо этот разговор станет началом конца.
Но её ждал ещё один удар.
На следующий день позвонила свекровь.
— Катенька, — голос у Светланы Сергеевны был ровный, но в нём сквозило что-то жёсткое.
— Андрей рассказал, что ты устроила сцену из-за денег.
Катя крепче сжала телефон.
— Я просто хочу, чтобы у нас в семье было доверие.
— Ой, да ладно тебе! — рассмеялась свекровь.
— Ты же жена, значит, должна терпеть. Он мой сын, и я всегда буду для него на первом месте. Так что смирись, родная.
Катя ощутила, как в груди разрастается холод. Она положила трубку, не сказав больше ни слова.
Но одно она знала точно: смиряться она не собиралась.
Катя проснулась с твёрдым решением: терпеть она больше не будет.
Она устала экономить на себе, когда её муж месяц за месяцем щедро снабжал свою маму деньгами. Сегодня всё изменится.
На кухне муж уже пил кофе, глядя в телефон. Обычное утро. Только теперь Катя смотрела на него другими глазами.
— Мы должны поговорить, — она села напротив.
— Что опять? — вздохнул он, не отрываясь от экрана.
Катя достала листок с выпиской по счету и положила перед ним.
— Я против переводов денег твоей маме! Ты должен прекратить!
Муж моргнул, затем поморщился:
— А, так это… Ты же знаешь, мама пенсионерка, ей сложно…
— Ей сложно? — Катя сжала кулаки. — А мне не сложно?
Я не пенсионерка, но почему-то вынуждена носить старое пальто, потому что "денег нет".
— Катя, ну перестань, — он поморщился, словно она капризный ребёнок. — Это же мама!
Ты что, предлагаешь бросить её без помощи?
Катя усмехнулась:
— А ты предлагаешь бросить меня? Потому что пока ты заботишься о своей маме, мне приходится ужиматься и считать копейки.
Муж шумно отставил кружку:
— Ну а что я могу сделать?! Она привыкла к определённому уровню жизни.
Я не могу сказать ей: "Мама, прости, но денег больше нет".
— А мне можешь? — Катя чувствовала, как внутри всё закипает.
— Ты можешь спокойно говорить мне: "Катя, денег нет, подожди с покупками".
Ты можешь спокойно смотреть, как я отказываюсь от всего, но ради неё…
Он встал из-за стола:
— Это семейные ценности, Катя. Ты жена. Должна понимать.
Катя глубоко вдохнула. Вот оно. "Ты жена – должна терпеть". "Ты жена – смирись". "Ты жена – будь удобной".
— Хорошо, — она резко встала. — Раз так, давай поступим по-другому.
Она прошла в спальню, вытащила свой чемодан и начала складывать вещи.
Муж вбежал следом:
— Ты что творишь?!
— Раз уж я должна терпеть, то лучше я уйду с сыном, чем превращусь в кошелёк.
Он попытался схватить её за руку:
— Катя, ты несёшь чушь. Это просто деньги!
— Ага, только почему-то мои деньги – это "просто деньги", а твои мамины переводы – святое.
Она застегнула чемодан и посмотрела на него прямо.
— Я ухожу. И раз уж ты так любишь помогать маме, то теперь сможешь делать это на все сто процентов.
Я тебе больше мешать не буду.
Катя вышла, оставив его в полном ошеломлении.
Впервые за долгое время она почувствовала, что наконец-то сделала правильный выбор.
Больше её деньги не будут уходить "на сторону".