Слухи распространяются быстро, порой, они способны преодолеть огромные расстояния. А если уж в деле замешены заговоры и привороты, и не дай Бог жертва, то тут держись. Такого напридумывают, что и сами потом верят.
Петрович никогда не вникал в бабские сплетни в магазине. Ну, гудят о своём, ну охают, да какая разница? Но когда краем уха он услышал о несчастной девушке из рязанского села, сразу смекнул, что его русалка и есть Анжела.
Забыв, зачем приходил в магазин, он выскочил на улицу как ошпаренный и побежал в местный ПОМ.
Начало рассказа здесь👇
Участкового как назло на месте не оказалось, поцеловав навесной замок, Петрович решил не откладывать и рванул в райцентр. Пробиться к следователю оказалось задачей не простой. Он несколько раз пересказал дежурному свою историю, а тот только расхохотался в ответ.
- Пить меньше надо, дед! Тогда и русалки мерещиться не будут.
- Да иди ты,- огрызнулся Петрович и, лихо сиганув через турникет, бросился в к лестнице, ведущий на торой этаж.
- Э, ты куда? Ошалел, что - ли? Вот я тебя на пятнадцать суток!!!
- Хоть на двадцать! – уже ничто не могло остановить Петровича.
Оказавшись в узком тёмном коридоре, он ломанулся в первую попавшуюся дверь. И не прогадал.
За письменным столом, уткнувшись к какие-то бумаги, сидел тучный человек в расстёгнутом кителе. Появление старика не вызвало у него никаких эмоций, он даже ничего не спросил, только внимательно уставился, сняв с носа круглые очки. Воспользовавшись паузой, Петрович с ходу затараторил. Сначала следователь не вслушивался в старческий бред, но когда дошло до сути, и Петрович рассказал, где сейчас находиться девушка и что у неё недавно родилась дочь, предложил сесть и сунул лист бумаги.
- А теперь пишите всё по -порядку, только без этих ваших русалок.
- Как же без русалок?
- Пишите, мол нашёл в реке женщину стольких то лет ну и дальше.
- Точно? –засомневался Петрович.
-Точно, точно! Русалок мы не ищем, а вот пропавшую женщину – обязательно.
Аргумент Петровича убедил, и он настрокал два листа, заняло у него это не меньше часа. Следователь терпеливо ждал, внимательно следя за лицом старика, на котором разворачивалось настоящее представление. Он то хмурил брови, то расплывался в улыбке, то озадаченно тёр нос, то смахивал с морщинистых щёк слёзы.
Стараясь изложить всё как можно точнее, Петрович и не заметил, как в кабинет просунул голову дежурный, и как следователь отправил его за ориентировкой на объявленную в розыск женщину.
- Она? - Как только старик оторвал глаза от бумаги, спросил следователь.
Нескольких секунд хватило Петровичу.
- Она! Моя Русалка!
-Да, тьфу на вас! Сказал же, никаких русалок. А девушку эту зовут Анжела.
- Я ж и говорю, Анжела, только моя худее намного была, а эта круглолицая.
- Так она или нет?
- Она, вот вам крест - она! – для пущей убедительности Петрович перекрестился.
- Спасибо, дед! Сам не знаешь, какое доброе дело сделал.
- И что теперь? В больницу к ней поедете?
- Конечно, и родственникам сообщим. Мать с ума сходит.
- Я с вами! - вскочил Петрович.
-Нет, дед, дальше я сам.
Петрович не двинулся с места.
- Да чёрт с тобой! Поехали!
******
Люба пребывала в прекрасном расположении духа. Николай, наконец, подал на развод и через какие-то три месяца она станет полноправной москвичкой. Её мечта была так близка, что ничто не могло вывести Любу из равновесия, кроме одного.
Была суббота, прекрасный осенний день, Люба кашеварила на кухне, мурлыча себе под нос, Николай смотрел телевизор, постоянно перебивая диктора новостного канала. Вдруг в дверь позвонили.
- Коленька, открой, у меня руки в муке.
- Хорошо.
Люба слышала, как Николай шаркающей походкой направился к двери, как что-то сказал, как женский голос ему ответил.
Забыв о своей стряпне, она рванула на женский голос. Соперницы потерпеть люба не могла, отгораживая будущего мужа от представительниц женского пола.
Каково же было её удивление, когда она узнала, что женщина из опеки и с важной новостью - у её Николая, оказывается, родилась дочь. Задыхаясь от злости, Люба начала орать, но привыкшая ко всему чиновница, ничуть не удивившись, сунула в руки Николая письмо и ушла. Люба ещё что-то хотела возразить, но встретившись взглядом с Николаем, поняла, - всё напрасно. Он так отчаянно хотел ребёнка, что сейчас просто светился от счастья.
- Представляешь, у меня есть дочь! Любочка, я должен срочно ехать.
- Куда? - преградила дорогу Люба.
- В какой-то город в Рязанской области. Там в доме малютки моя девочка. Она совсем одна.
- А где же тогда её гулящая мать? Вот ужас, ребёнка бросила. Знала я, что она вертихвостка!
- Какая разница, где Анжела! Главное, моя дочь одна и нуждается во мне!
- А вдруг она не твоя? Почём ты знаешь, с кем Анжелка таскалась? –привела последний аргумент Люба.
- Вот и проверим. Сделаю экспертизу, и если дочь моя, заберу её.
- Куда? –вытаращила глаза Люба.
- К нам. Или ты против?
Ох, что творилось в душе Любы! С одной стороны, она никак не могла отказаться от перспективы стать москвичкой, а другой – никому не нужный ребёнок. Стиснув зубы, она выдавила улыбку.
- Я поеду с тобой!
******
В то самое время, когда Петрович сидел в кабинете следователя, Николай получил на руки заключение экспертизы. Он несколько раз перечитал его, сначала тихо шевеля губами, а потом во весь голом, вслух. Люба, наблюдавшая за этим, скрежетала зубами, выдавливая из себя слова поздравления.
- Представляешь, Любаша, у меня есть дочь. Родная дочь! Видела бы ты её глазки, её милое личико! Она просто красавица, моя Аглая.
- Какое-то дурацкое имя, - буркнула Люба.
- Что ты сказала?
- Имя говорю, очень красивое и редкое.
-Тебе тоже нравится? И мне! Глашенька, Глаша. Аглая Николаевна!
Предстояло утрясти ещё некоторые формальности, поэтому пришлось задержаться в Рязани.
Конечно, же Вере Кузминишне сообщили, что девочку забирает родной отец. Она и радовалась, и грустила. Нет ничего хуже детского дома, и когда счастливый Николай принимал ребёнка из рук медсестры, а Люба растерянно хлопала глазами, уже не в силах строить на своём кислом лице радость, приехала и мать Анжелы.
Поговорить с бывшим затем никак не удавалось, оставалась последняя возможность. Григорий сопровождал её, не отходя ни на шаг, и не зря. Одного взгляда на Николая с его фурией Любой было достаточно, чтобы понять, Вере Кузминишне будет не сладко.
Разговор сразу не задался.
Несчастная женщина, только что потерявшая дочь, теперь надеялась, что ей позволят видеться с внучкой.
Но как только Николай услышал её просьбу, пришёл в дикую ярость.
-Держитесь подальше от моей дочери! Мне вашей непутёвой дочери хватило! Вот, где она сейчас? Почему ребёнка бросила? А???
- Я не знаю, где Анжела, - вытирая слёзы с глаз, ответила Вера Кузминишна.
- Вот именно! Не знаете! Так что порошу вас забыть о моей Глаше! И никогда, слышите, никогда не появляйтесь у нас на горизонте!
Тут и Люба выпустила свой яд, не преминув нахамить Вере Кузминишне, давая волю томившимся в ней ругательствам.
-Что вы за люди такие? – вступился Григорий.
- А ты кто такой? Ты мне вообще не указ.
- Так это ж, наверное, хахаль Анжелки! Вишь, как за ейную мать печётся, - подзуживала Люба.
- Любаша, садись в машину, - скомандовал Николай, дал ей в руки ребёнка, и резким рывком захлопнул дверь.
Через минуту они укатили с парковки, а бедная Вера Кузминишна так и стояла, провожая взглядом машину. Сердце женщины сжималось от мысли, что она не увидит внучку больше никогда.