Юля сидела за кухонным столом в своей съёмной однушке, глядя на пустой подоконник. За окном шумел дождь, капли стучали по жестяному карнизу. Ей не хватало зелени. После свадьбы с Игорем они переехали сюда — тесная квартира без балкона, с обшарпанными обоями и вечно гудящим холодильником. Её коллекция комнатных растений — фиалки с бархатными листьями, капризные орхидеи, пышный папоротник — осталась без места. Юля растила их пять лет: покупала грунт на последние деньги, часами читала форумы, шептала им слова, когда работа в офисе выжимала все силы. Это было её спасение — кусочек жизни среди серых стен и запаха сырого подъезда.
Игорь поддерживал её увлечение. Он подарил лампу для подсветки, таскал тяжёлые горшки, шутил:
— Ты с ними как с детьми, Юль. Может, кошку заведём?
— Кошка сгрызёт мои фиалки, — смеялась она. — Лучше уж цветы.
Когда свекровь, Светлана Васильевна, предложила забрать растения к себе, Юля обрадовалась. У них с Игорем не было денег на квартиру с балконом, а у свекрови — просторная трёшка с застеклённой лоджией. Юля два вечера упаковывала горшки в коробки, писала инструкцию на тетрадном листе: "Фиалки — раз в неделю, орхидеи — опрыскивать, папоротник — не переливать". Оставила запас удобрений и лампу, свернув шнур в аккуратный моток.
— Не переживай, Юлечка, — кивала свекровь, глядя на коробки. — Всё будет в лучшем виде. Как в санатории твои цветочки поживут.
Через месяц Юля с Игорем решили навестить её. Ехали на старенькой "Калине", в багажнике — пакет с пирожками, чтобы задобрить Светлану Васильевну. Дорога гудела шинами, в салоне пахло бензином и мокрой тканью. Юля предвкушала: вот она откроет балкон, вдохнёт запах земли, проверит листья. Может, орхидея снова зацвела?
Подъезд встретил их скрипом лифта и запахом борща из-за чьей-то двери. Светлана Васильевна открыла дверь в ярком халате с цветами, улыбаясь до ушей.
— Заходите, мои дорогие! Чайник греется, пирожки ваши как раз к столу, — пропела она.
Юля бросила сумку в прихожей и направилась к балкону. Сердце билось быстрее — она соскучилась по своим "зелёным детям". Но когда она распахнула дверь, ноги подкосились. Балкон был пуст. Вместо горшков там стоял старый диван с выцветшей обивкой, рядом — пластиковый столик с мятой клеёнкой и стопкой газет. Ни следа растений.
— Светлана Васильевна, а где мои цветы? — спросила Юля, обернувшись. Голос сорвался.
Свекровь вышла на балкон, гордо выпрямив спину.
— Я цветы твои выкинула, место освободила! — заявила она. — Пыль от них, места полно занимали, да и возиться с ними кто будет? Теперь тут посидеть можно, чай попить. Лучше, чем твои джунгли разводить.
Юля замерла. Щёки вспыхнули, в горле встал ком. Игорь, снимавший ботинки в прихожей, шагнул к балкону.
— Мам, ты серьёзно? — спросил он, нахмурившись. — Мы же просили их сохранить. Юля тебе целую инструкцию писала!
— Да что там сохранять? — отмахнулась Светлана Васильевна, скрестив руки. — Поливать их каждый день, лампу эту таскать туда-сюда… У меня спина не резиновая. На мусорку вынесла, и дело с концом. Вам же лучше — меньше хлопот.
Юля сжала кулаки. Она вспомнила, как спасала первую фиалку от сухости, как радовалась, когда орхидея выпустила тонкий бутон. Это была её душа, её радость. А теперь их нет.
— Вы… вы их выкинули? — выдавила она, чувствуя, как слёзы жгут глаза. — Я же просила! Это моё хобби, моя отдушина! Как вы могли?
— Ой, Юля, не драматизируй, — закатила глаза свекровь. — Купишь новые, если так приспичит. Я тут для людей место сделала, а не для твоих горшков. Ещё спасибо скажешь.
Юля сорвалась. Она шагнула к свекрови, голос задрожал от гнева.
— Спасибо?! Да вы хоть понимаете, что это для меня значило? Я вам доверила их, а вы… Вы просто выбросили мою жизнь! Вы не имели права!
Светлана Васильевна опешила, но быстро оправилась.
— Ну хватит кричать! Я же помочь хотела. У вас квартира тесная, а я с этими горшками мучиться должна? Решила по-умному: освободила балкон, диванчик с дачи притащила. Уютно теперь.
Игорь встал между ними, его лицо потемнело.
— Мам, ты перешла все границы. Это не твои цветы были. Зачем ты вообще согласилась их взять, если не хотела?
— Да чтоб вас выручить! — возмутилась она. — Ты вечно на работе, она с этими растениями носится, как с дитём малым. Я думала, перевоспитаю её, пусть делом займётся, а не ерундой.
Юля отвернулась, вытирая слёзы рукавом. Ей хотелось разбить этот дурацкий столик, но она сдержалась. Игорь сжал её плечо.
— Пошли домой, Юль. Разберёмся.
Назавтра Юля не выдержала. Она поехала к свекрови одна, пока Игорь был в офисе. Взяла пустую коробку — вдруг хоть что-то уцелело? В подъезде орал соседский кот, лифт гудел, как старый трактор. Светлана Васильевна открыла дверь с чашкой чая в руках.
— Опять за цветами? — хмыкнула она. — На мусорке они, сколько раз говорить? Или… Постой-ка.
Юля замерла. Свекровь поставила чашку и хитро прищурилась.
— Вспомнила. Не выкинула я их. Подруге своей, Нине, отдала. Она давно для дачи что-то просила. Сказала, что ты сама велела. Так что не переживай, не на помойке.
Юля побледнела. Это был новый удар. Её цветы не просто выбросили — их отдали чужому человеку, да ещё соврали от её имени.
— Почему вы не спросили? — крикнула она. — Это моё! Вы не имели права так поступать!
— Да ладно тебе, — отмахнулась свекровь. — Нина рада, а тебе меньше мороки. Купишь пару кактусов, и дело с концом.
Юля вылетела из квартиры, хлопнув дверью так, что стёкла задрожали. В машине она позвонила Игорю, голос срывался.
— Она их Нине отдала! Сказала, что я разрешила. Игорь, что делать?
— Чёрт, — выругался он. — Жди меня. Едем к Нине, заберём их.
Игорь примчался через час, бросив обеденный перерыв. Они поехали на дачу Нины — участок в часе езды, с покосившимся забором и грядками моркови. Нина вышла навстречу в резиновых сапогах, с лопаткой в руках.
— Юля, Игорь? — удивилась она. — А я думала, вы мне их подарили. Света сказала, что тебе не надо…
— Это ложь, — отрезал Игорь. — Мы их забираем. Где они?
Нина нахмурилась.
— Я их уже на веранде пристроила. Поливала, как могла. Не отдам просто так — я за ними ухаживала!
Юля шагнула вперёд, её голос дрогнул.
— Это мои цветы. Я их растила пять лет. Пожалуйста, отдайте их.
Нина вздохнула, глядя на её красные глаза. Провела их на веранду. Фиалки стояли пожухлые, орхидея потеряла все бутоны, папоротник пожелтел. Юля ахнула, опустившись на колени.
— Они умирают… — прошептала она, трогая сухие листья.
Игорь сгрёб горшки в коробку, бросив Нине:
— Больше не верьте моей матери.
Дома Юля два часа реанимировала растения: поливала, обрезала, шептала им слова. Игорь молчал, вспоминая, как в юности сбежал от матери, устав от её контроля. Он скрипел зубами, думая, как она снова влезла в их жизнь.
На следующий день Светлана Васильевна приехала к ним сама. В руках — новый горшок с кактусом.
— Вот, Юлечка, мир, — сказала она, улыбаясь. — Прости, если что. Я же хотела как лучше.
Юля посмотрела на кактус, потом на свои цветы у окна.
— Нет, — сказала она твёрдо. — Заберите это. И больше не трогайте мою жизнь.
Светлана Васильевна ушла, бурча про "неблагодарных". Юля вернулась к своим горшкам. Они выжили, как и она. А свекровь осталась с пустым балконом и ненужным кактусом.
Пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь, если понравилось.
Ещё интересные рассказы: