Звон шпаг эхом отдавался в коридорах дворца, как предвестник грядущей беды. Заговорщики, как хищники, рыскали по залам, уничтожая всех, кто стоял на их пути. Кровь текла реками, и воздух наполнялся запахом страха и смерти.
Я знала, что этот день придет.
Покои мои больше не казались такими уютными, как прежде. Стены, некогда украшенные шелковыми гобеленами и картинами великих мастеров, теперь смотрели на меня холодным безразличием. Пустота и тишина окружали меня, будто мир за пределами этих стен перестал существовать. С каждым часом я все сильнее ощущала, как сердце мое сжимается в предчувствии неизбежного.
В углу комнаты мерцал огонь камина, бросая зловещие тени на стены. Ветер за окном завывал, словно плачущий дух, предвещающий беду. Мои мысли метались между страхом перед неизвестностью и тоской по тем дням, когда я могла свободно гулять по садам дворца, окруженная верной охраной – моими любимыми синими мушкетерами.
Как же быстро все изменилось! Еще вчера утром я, Луиза, принцесса дома Реганы, была уверена в своей безопасности, зная, что рядом со мной всегда мой верный мушкетер Камилл де Сен-При. Его присутствие всегда внушало спокойствие и уверенность. Он был не просто моим телохранителем, но и другом, человеком, которому я могла доверить свою жизнь без колебаний. Но теперь...
Где же он? Где мой Камилл?
Мой взгляд блуждал по картинами и гобеленами, но я уже не видела красоты, которая когда-то радовала мой глаз. Все вокруг казалось мрачным и чужим.
Камилл де Сен-При... Его имя эхом звучало в моей голове. Он был моим ангелом-хранителем, человеком, которому я доверяла свою жизнь. В моменты опасности именно он всегда приходил мне на помощь, его присутствие успокаивало меня, придавало сил. Теперь он далеко, возможно, убит или брошен в темницу вместе со своими товарищами.
Сегодня утром, когда я узнала, что моего любимого Камилла и его мушкетеров заменили на новых гвардейцев, внутри меня что-то надломилось. Все, что связывало меня с прежней жизнью, рухнуло. Теперь каждый звук шагов за дверью заставлял меня вздрагивать, каждое мгновение казалось последним.
Я пыталась найти утешение в воспоминаниях. Вспоминала наши прогулки по саду, когда мы могли говорить обо всем на свете, вспоминала его улыбку, которая согревала душу. Но эти воспоминания лишь усиливали боль. Почему судьба так жестока ко мне?
Но я не могу позволить себе слабости. Я должна быть сильной, как моя кузина Элеонора, которая всегда учила меня, что истинная сила заключается в духе, а не в мечах. Я закрываю глаза и представляю себя на свободе, бегущей по залитому солнцем полю, где ветер играет с моими волосами, а Камилл ждет меня у края леса, готовый защищать меня до последнего вздоха.
Но реальность возвращает меня обратно в мою комнату. Я слышу шаги приближающихся солдат и чувствую, как страх сжимает мое сердце. Эти новые гвардейцы, одетые в черные мундиры, смотрят на меня с холодным равнодушием. Их глаза пусты, их сердца – каменны. Они ни разу не улыбнулись, ни разу не проявили сочувствия. Казалось, они даже не замечают моего существования, выполняя свои обязанности механически, как големы.
Шаги снаружи становились громче, и я понимаю, что ко мне идут. Сердце забилось быстрее, страх сковал мое тело. Дверь открылась, и вошли двое гвардейцев. Один из них держал в руках письмо. Он молча протянул его мне, и когда наши взгляды встретились, я увидела в его глазах нечто странное – смесь жалости и ненависти.
«Что это?» – спросила я дрожащим голосом, принимая свиток.
Он ничего не ответил, лишь коротко кивнул и вышел вместе со своим товарищем, закрыв за собой дверь. Я развернула письмо, руки тряслись. Это был приказ о моем заключении под стражу. Меня обвиняют в измене короне, хотя я ни в чем не виновата. Все мои попытки защитить себя будут бесполезны. Я знала, что никто не придет мне на помощь.
Слезы снова хлынули из глаз. Я упала на колени, чувствуя, как мир рушится вокруг меня. Мои надежды на спасение исчезли, будущее казалось мрачным и неопределенным. В этот момент я осознала всю тяжесть своего положения. Я осталась одна, без друзей, без защиты, без любви.
Но даже в этой темноте, среди страха и отчаяния, я не теряю веру. Вера в то, что справедливость восторжествует, вера в то, что мой Камилл жив и свободен, вера в светлое будущее для моего народа. Пусть эти стены заточения и чужие глаза не сломят мою волю. Я буду бороться до последнего вздоха, ведь я – принцесса Луиза, и моя судьба еще не решена.
***
Я сидела в своем роскошном, но мрачном плену, окруженная холодными стенами своих покоев. За последние несколько дней мир перевернулся: мой брат-король убит, его супруга, королева Мария-Терезия, слегла в горячке, а я оказалась заложницей в собственном доме. Стражники стояли у каждой двери, готовые пресечь любую попытку бегства. Моя душа разрывалась от горя и отчаяния, но надежда почти угасла.
Матильда, моя верная служанка, всегда старалась подбодрить меня, хотя её добрые слова редко могли развеять мою тревогу. Она приносила мне еду, помогала одеваться и ухаживала за моими вещами, несмотря на то, что ей тоже было страшно. Мы обе знали, что наши жизни теперь зависят от прихоти тех, кто взял власть над дворцом.
Но Мадлен... Эта коварная женщина никогда не скрывала своего презрения ко мне. Её глаза всегда были холодными, будто она смотрела сквозь меня. Она постоянно пыталась напомнить мне о моем бессилии, о том, что я больше не принцесса, а просто пленница. Мадлен была влюблена в одного из заговорщиков, и это делало её ещё опаснее. Иногда я ловила её взгляд, полный ненависти, и понимала, что она мечтает увидеть мой конец.
В ту ночь, когда судьба решила вмешаться, я сидела у окна, наблюдая за тем, как луна медленно поднимается над горизонтом. Внезапно дверь распахнулась, и на пороге появилась тень. Я вскрикнула, ожидая худшего, но вместо стражника передо мной возникла моя любимая чародейка Беатрис! Эффектная темноволосая женщина, которая всегда поражала своим изысканным вкусом и утонченностью. Я думала, что потеряла её навсегда, потому что видела собственными глазами, как Беатрис погибла во время покушения на короля. Но она стояла передо мной, полная сил и решимости.
— Беатрис! — выдохнула я, не веря своим глазам. — Ты жива?!
— Конечно, дорогая, — произнесла Беатрис низким, спокойным голосом. — Пришло время покинуть этот дворец.
— Как вы... как вам удалось пройти мимо охраны? — спросила я, стараясь скрыть свое удивление.
Беатрис улыбнулась, показывая белые зубы.
— Магия, дорогая Луиза. Я использовала чары невидимости, чтобы пройти незамеченной. А стражей у вашей двери я просто зачаровала.
С этими словами она подошла к Матильде и Мадлен, взмахнула рукой и обе служанки, внезапно упали на пол, словно кто-то перерезал ниточки у марионеток.
— Что ты сделала? — спросила я, охваченная смесью радости и тревоги.
— Они будут спать до утра, — объяснила Беатрис. — Нам нужно спешить. Собери свои вещи, Луиза. Мы покидаем этот проклятый дворец.
Сердце моё бешено колотилось, но я послушно начала собирать то немногое, что могла взять с собой. Взгляд упал на спящую Матильду, и я почувствовала острую боль в груди.
— Моя Матильда... — прошептала я. — Она такая добрая…
Беатрис заметила мою печаль и слегка коснулась лба Матильды. Та тут же очнулась и заморагала глазами.
— Ваше Высочество? — воскликнула она, увидев нас. — Что происходит?
— Мы бежим, Матильда, — сказала я, стараясь говорить спокойно. — Хочешь пойти с нами?
Матильда кивнула, не колеблясь ни секунды. Её лицо осветилось надеждой, и она поспешно присоединилась к нашим приготовлениям.
А Мадлен… Беатрис подошла к ней, вытащила из поясной сумочки небольшую бутылочку с розовой жидкостью и поднесла к лицу предательницы. Я смотрела на эту сцену с ужасом и восхищением одновременно.
— Когда она проснётся, — сказала Беатрис, глядя на меня, — она ничего не вспомнит. Её разум будет очищен от всех воспоминаний о последних часах.
Я содрогнулась при мысли о таком жестоком наказании, но знала, что Мадлен заслужила это. Она предала нас, и теперь должна заплатить за свою измену.
А Матильде было страшно. Она отступала назад, глядя на чародейку с ужасом. Но Беатрис лишь мягко взяла её за руку:
— Не бойтесь, девочка. Я не причиню вам вреда. Нам нужно спасать вашу госпожу.
Матильда кивнула. Она боялась чародейки, но всё равно осталась верной мне. Я крепко сжала ладонь девушки, чувствуя, как страх уступает место решимости.
— Пойдемте, — приказала Беатрис, открывая дверь.
Мы вышли из комнаты, оставив спящую Мадлен позади. Дворец был погружён в тишину, и никто не заметил наше бегство.