Анна стояла у плиты, помешивая лазанью в старой керамической форме. Духовка шипела, сыр тянулся золотыми нитями, а запах чеснока и базилика пропитал кухню до самого потолка. На столе уже лежала белая скатерть с пятнами от прошлогоднего вина — лучше не нашлось, но Анна решила, что сегодня это не важно. Её пальцы в муке дрожали не от усталости, а от предвкушения. Повышение до старшего менеджера выбивала два года, и вот оно — её. А ещё Сергей. Её Сергей, который всю неделю ходил с хитрой улыбкой и повторял: "Скоро всё изменится, Ань". Она знала, что это значит — кольцо. В холодильнике за банками томатной пасты пряталась бутылка шампанского, купленная на распутье: вдруг пригодится.
Она вытерла руки о фартук, глянула в мутное зеркало на дверце шкафа. Чёрное платье с вырезом на спине сидело идеально, волосы собраны в небрежный пучок — как он любит. Анна улыбнулась себе, поправила выбившуюся прядь и пошла накрывать стол. Старые бокалы, чуть потёртые по краям, зазвенели, когда она расставляла их у тарелок. Часы пробили шесть сорок — скоро придут.
Гости явились почти разом. Дима, маркетолог с голосом, как у портового грузчика, ввалился первым, бросив куртку на стул.
— Анька, пахнет как в Италии! — рявкнул он, хлопнув её по плечу. — Где твой жених, опять опаздывает?
— Скоро будет, — отмахнулась она, пряча улыбку.
Оля, бухгалтерша с вечно виноватыми глазами, вошла следом, сжимая сумочку, будто боялась её потерять. Она тихо поздоровалась и присела на краешек дивана, теребя ремешок. Лена пришла последней из коллег — подруга из отдела продаж, вся в блеске: короткое красное платье, каблуки, яркая помада. Анна невольно сравнила их отражения в стекле шкафа — Лена сияла, как витрина, а она сама казалась скромнее. Ну и пусть, подумала Анна, главное — внутри.
— Ань, ты сегодня прямо хозяйка года, — Лена чмокнула её в щёку, оставив след помады. — Повышение, ужин... что ещё задумала?
— Увидишь, — подмигнула Анна, разливая дешёвое красное вино по бокалам.
Сергей явился в семь пятнадцать, когда все уже грызли хлебные палочки, которые Анна купила в уценёнке. Он был в мятой рубашке, с растрёпанными волосами и телефоном в руке. Анна бросилась к нему, обняла, но он отстранился чуть резче, чем обычно.
— Пробки, — буркнул он, глядя куда-то мимо. — Давай уже есть, проголодался.
Она кивнула, проглотив лёгкий укол тревоги. Всё нормально, он просто устал, решила она, и потащила блюдо с лазаньей на стол. Лампа над головой гудела, бросая тусклый свет на лица гостей. Ужин начался шумно: Дима рассказывал, как шеф уронил кофе на брюки и орал на весь офис, Лена хохотала, сверкая зубами, Оля краснела и прятала взгляд в тарелку. Сергей молчал, тыкая в телефон под столом. Анна украдкой следила за ним — он что-то писал, хмурился, потом кивнул Лене. Она кивнула в ответ. Анна решила, что показалось.
Лазанья таяла во рту, сыр тянулся длинными нитями, но гости ели вяло — слишком увлеклись болтовнёй. Наконец, Анна встала, подняв бокал. Свет лампы дрожал на её платье, тени плясали по стенам.
— Ребята, спасибо, что пришли. Повышение — это моё, два года пахала, знаете же. Но я хочу, чтобы вечер стал особенным для нас всех... — Она глянула на Сергея, сердце заколотилось. — Для нас с тобой особенно.
Дима присвистнул, Оля улыбнулась уголком губ. Сергей кашлянул и встал, перебив её.
— Ань, погоди. Мне сказать надо. — Он потёр шею, посмотрел на Лену, потом на пол. — Мы с тобой... ну, это конец. Я ухожу.
Тишина рухнула, как стекло об пол. Вино в бокале Анны задрожало, плеснулось на скатерть, оставив пятно, похожее на рваную рану. Она открыла рот, но горло сжало.
— Что? — выдохнула она наконец.
Лена встала, шагнула к Сергею и взяла его за локоть. Её каблуки цокнули по паркету.
— Прости, Ань, — голос подруги дрогнул, но глаза были сухими. — Мы с Серёжей уже пару месяцев вместе. Не хотели так, но... чувства, сама понимаешь.
— Пару месяцев? — Анна шагнула к ней, бокал в руке затрясся сильнее. — Ты мне платье на свадьбу помогала выбирать! Ты мне ныла, как он меня не ценит, а сама... спала с ним?
Лена отвела взгляд, сглотнула.
— Я не хотела тебя ранить. Просто так вышло.
Сергей поднял ладони, будто сдаваясь.
— Ань, ну ты... не кричи. Мы не враги, понимаешь, нет? Я устал притворяться. Ты всё про свадьбу, кольца, а я... не готов. И не буду.
Анна хмыкнула, ногти впились в ладонь.
— Не готов? А неделю назад, когда ты мне про кольцо бормотал, ты был готов? Или это просто слова, чтобы я рот закрыла?
Дима выдохнул, стукнув кулаком по столу.
— Серёга, ты серьёзно? Здесь же не ток-шоу, мать твою!
Оля пискнула, вскочила и начала теребить сумку.
— Я... я пойду, наверное, — пробормотала она, пятясь к двери.
— Сиди, — рявкнула Анна, и Оля замерла.
Сергей кивнул Лене — они явно репетировали это в сообщениях весь вечер. Анна смотрела на них: он сжимал её локоть, она прятала взгляд. И вдруг внутри щёлкнуло. Нет, она не уйдёт. Не даст им выиграть.
Она выпрямилась, подняла бокал повыше, пальцы побелели от напряжения.
— Знаете что? — Голос резал, как нож. — За правду пью, пока вы давитесь ложью! — Она выплеснула вино в лицо Сергею и Лене. Красные капли побежали по их щекам, Лена вскрикнула, Сергей вытер рукавом глаза. — Ешьте, пейте, раз пришли. Я не убегу.
Лена отшатнулась, платье испачкалось багровыми пятнами.
— Ты чокнулась, Ань! — крикнула она, хватаясь за салфетку.
Сергей сплюнул вино на пол.
— Доигралась. Мы уходим.
— Дверь там, — бросила Анна, садясь на стул с прямой спиной. — Только не споткнитесь.
Они начали собираться, Лена чуть не уронила сумочку, Сергей пнул стул. Дима встал, шагнул к нему.
— Ты хоть понимаешь, что натворил, козёл? — рявкнул он. — Анька тебе душу открыла, а ты...
— Не лезь, Дим, — отрезал Сергей, глядя на Лену. — Пошли.
Дверь хлопнула, эхо разнеслось по квартире. Оля, так и не ушедшая, робко тронула Анну за плечо.
— Ты как?
— Нормально, — соврала Анна, хотя внутри всё онемело. — Останьтесь, доешьте хоть.
Дима разлил остатки вина по бокалам, поднял свой.
— За тебя, Ань. Ты их уделала. А этот придурок пусть с Ленкой своей тонет.
Она кивнула, сделала глоток. Лазанья остывала на столе, сыр затвердел коркой. Гости посидели ещё минут десять — Дима пытался шутить, Оля молчала, теребя скатерть. Потом они ушли, оставив Анну одну. Она легла на диван, глядя в потолок, пока слёзы не потекли сами — тихо, без звука, просто капали на подушку.
Наутро она проснулась с тяжёлой головой. Телефон мигнул — Сергей: "Где мои кроссы? Заберу сегодня". Анна встала, нашла его белые кроссовки в коридоре, вспомнила, как он хвастался ими на прошлой неделе. Открыла окно и швырнула их вниз, на мокрый асфальт. "В мусорке рой," — написала она и заблокировала номер. Лена прислала длинное сообщение: "Ань, я не хотела, прости, давай поговорим..." Анна стёрла, не читая, и пошла варить кофе.
Через три дня она сидела в новом кабинете — маленьком, с видом на парковку. Подписывала первые бумаги, когда телефон мигнул снова. Дима: "Ты крутая, не сдавайся. Слышал, Серёга с Ленкой уже поругались". Анна улыбнулась, первая настоящая улыбка за неделю. После работы она пошла домой, зашла в кладовку и вытащила коробку с его вещами — дурацкая кружка с надписью "Лучший парень", их фото с моря, где он обнимал её за плечи. Она вынесла всё к мусорным бакам у дома, бросила сверху и хлопнула крышкой. Пусть ищет там свою правду.
Вечером она открыла шампанское, налила себе в ту же потёртую кружку, что осталась от ужина. Подняла её перед окном, глядя на огни города.
— За себя, — сказала она тихо. И выпила до дна.
Пожалуйста, поставьте лайк и подпишитесь, если понравилось.
Ещё интересные рассказы: