1686 год. Учюрское зимовье (южная часть современной Якутии или север Хабаровского края). Конец января. Обычный для этих мест мороз согнал в зимовье русских служилых людей сборщиков ясака (дани пушниной) с местных народов. В казенке (что-то вроде тюремного помещения) сидят аманаты (заложники) тунгусы, как гарантия своевременной выплаты их родичами шкурок соболей и других пушистых зверьков. Самый главный в зимовье - сын боярский Архип Лыткин.
Вести до дальних мест доходят медленно. Это для русских, а для местных жителей, чьи стойбища во множестве раскиданы по тайге, гораздо быстее. Главная новость - на Амуре маньчжуры сожгли Албазинский острог. Это значит власть "русаков" пошатнулась. Можно им ясак не платить, можно их атаковать ... но надо сперва вызволить аманатов.
Не дождавшись уплаты ясака в срок, Архип Лыткин послал в Якутск с вестью казаков Федьку Замятина и Оську Гурьева. Ушли они не далеко. В 2 днях пути от зимовья тунгусы их убили "на дороге". Но Лыткин об этом не узнал "вести не было". В это время в Учюрское пришел отряд албазинских служилых людей и промысловики 16 человек. В зимовье "хлебом было скудно" и Лыткин отправил их вслед за прежними посыльными вместе с вожем (проводником) Фадюшкой Ванюковым. Все они были перебиты тунгусами, но уже в днище от Учюрского. Тучи над зимовьем сгущались ....
Тунгусы подошли к зимовью "тайным обычаем" в "полуденную пору в обеде". Время было выбрано удачное. Казаки были заняты обедом, что может быть еще увлекательней. Атака была внезапной.
"и послали наперед себя дву человек Тунгусов; и те де два человека ... у сенных дверей запор отодвинули спицею, и сенные двери отперли, а иные Тунгусы около зимовья обошли и у окон льды выбили, и зимовейные двери отворили, и из сеней в зимовье и в окна из луков стреляли"
Первые стрелы получил сын боярский Лыткин одну "повыше пупка", другую с правый бок и третью в левую подмышку. Толмач Бориско Канашев был ранен в левый бок, Иван Юрьев в грудь. Больше всего повезло Матюшке Васильеву стрела вонзилась в левую ладонь, а меньше всего - Ваське Мельнику, он погиб на месте. Один из казаков видимо пытался добраться до стрелявших или закрыть дверь, так что получил удар пальмою по руке.
Все это заняло секунды. Пока казаки не опомнились (а в зимовье их было не мало), тунгусы закрыли двери, подперев их ("избные двери лесом заваляли"). Пока казаки топорами вырубали двери, тунгусы вырубили два бревна из казенки и вызволили своих сородичей.
Когда толпа вооруженых казаков вывалась из заточения, оказалось что тунгусы уже мало того, что убежали, но успели еще и "пограбить без остатку" все их вещи и хлебные запасы. К чести служилых они не только сразу же бросились в погоню, но и настигли часть обидчиков, отбив одного аманата. Это в общем то говорит о том, что ориентировались они на местности, не хуже своих оппонентов. Интересно, что казаки увидели на тунгусах "русское платье" с побитых ими людей, таким образом узнав о печальной судьбе своих товарищей.
Сын боярский "три стрелы" Архип Исаков Лыткин выжил, и изложил всю эту историю на допросе, закончив ее оптимистично: "и после де зимовейного приступу в 3-й день пришли отбитого аманата родники и принесли недоплатные ясачные 5 соболей. И отошед далече, с служилыми людьми ис крепких мест перекликались и говорили: на нас де не досадуйте у нас у всех тунгусов один умысел".
p.s. по другим сведениям (от тунгусов) никакого аманата казаки назад не отбили, а он Леванитко Айганского роду сам никуда не убежал из казенки, т.к. среди напавших на зимовье не было его родичей
Источник: 1686 г. Допросные речи сына боярского Архипа Лыткина; Допросные речи в Майском зимовье тунгуса, участвовавшего в нападении на Учюрское зимовье