Заснеженная весна
– Отпуск закончился, вернулись мы в Угольные Копи, окунулись снова в зиму, которая и в марте не сильно отличается от январской. Хотя продолжительность дня заметно увеличилась. Полёты проводятся всё так же нечасто. Пока от высотки дойдёшь до самолёта, продуваешься холодным ветром. Залезаешь в холодную кабину самолёта, даже когда у самолёта повторный вылет. Сидишь с открытым фонарём, продуваешься ветром, пока не запустишь двигатели. Только потом, при закрытом фонаре начинает кабина прогреваться. Меховые перчатки дубели и в них невозможно было включить ни один АЗС или тумблер, поэтому в полёт одевали солдатские «нитяные» перчатки. Ручка управления была ледяная, руку приходилось всё время менять. Только к концу полёта ручка прогревалась.
Выруливать надо осторожно по накатанному снегу, иначе юзит. Полоса очищена, конечно, до бетона. Для этого, как только начинал идти снег, спецтехника выходила и очищала полосу всё время, пока шёл снег. Полоса, кстати, здесь была не простая, - построена у основания склона Золотого хребта, начинающегося здесь, в пару километрах от берега Анадырского лимана и уходящего далеко на северо-восток. Построена она, ко всему прочему, на вечной мерзлоте, в основание заложено под всю площадь ВПП два слоя железных 200-литровых бочек, заполненных камнем. А поверх насыпан щебень и уложены аэродромные плиты. Размеры ВПП были внушительными, - 3500 на 60 метров.
На взлёте с курсом 12 градусов отрываешься от ВПП и убираешь шасси как раз напротив горы Улитка, что справа рядом с полосой. И, хотя у этой горы высота «всего» 544 метра, она сильно возвышается справа. И, если для взлёта это скорее психологическая «опасная близость», то при заходе на посадку с курсом 192 градуса это реально опасная близость. При заходе в сложных условиях при минимуме погоды здесь совсем недопустимо уклонение влево от посадочного курса.
После взлёта взору открывается сплошная сероватая белизна, что внизу поверхность тундры, что впереди, вверху и по сторонам такое же серо-белое облачное небо. Всё сливается воедино, никакого горизонта нет. Формально ПМУ, но пилотировать можно только по приборам. Такое ощущение, что находишься «внутри теннисного шарика». Очень похоже.
В полёте практически нет визуальных ориентиров, вся поверхность однообразна, рек не видно, они покрыты снегом, с большой высоты местные горы не особо выделяются на поверхности при своей высоте в основном ниже тысячи метров. На всей Чукотке совсем немного высот, которые превышают тысячу метров. Самая высокая вершина Чукотки 1887 метров.
Местные Авиаторы
– Познакомился я как-то с одним анадырским авиатором–любителем Сергеем, они с друзьями кроме всего прочего увлекались полётами на дельтаплане. Мне это было очень интересно. И однажды пригласили они меня на первые в этом году полёты на дельтаплане, которые они открывали в апреле. В апреле начиналось потепление, но снега было вокруг ещё полно. Морозов серьёзных уже не было, но пурга периодически о себе напоминала. Вместе с потеплением начиналось сначала робкое, а потом и очень даже ощутимое таяние снега. Странно было наблюдать, как среди сугробов, вдруг можно было увидеть ручей, резво бегущий в глубине сугроба и берущий свои воды из-под огромной массы этих сугробов. В это время могла даже быть и пурга, когда сильный ветер поднимал снег и крутил его над поверхностью. Высота или слой этой снежной круговерти был всего несколько метров, но видимости не было никакой. Такие вот апрельские парадоксы.
У так называемых авиаторов интересы были довольно разносторонними, в их «арсенале», помимо классического дельтаплана из дюралевых труб и нейлонового крыла, был современный снегоход Буран, самодельные, внушительного вида, аэросани и бодрый, видавший виды, Запорожец, в общем-то редкое транспортное средство в этих местах. Дельтаплан был в рабочем и «заслуженном» состоянии и, судя по надписям на крыле, уже участвовал в разных мероприятиях и соревнованиях, в частности в каком-то слёте в Певеке.
Заводилой и генератором всех идей у местных авиаторов был Сергей, на фото он держится за лопасть винта аэросаней. Он был белорус, а жена его была чукчанкой. Двое их детей просто олицетворяли советскую «дружбу народов», - внешностью их дочь была типичной белорусской, а сынишка – типичным чукчей.
Аэросани
– Аэросани были недавно построены и, как я понял, их предстояло всесторонне испытать. Конструкция была простой, сваренной из железных труб, двигатель был приличной, для небольшого размера и веса аэросаней, мощности от мотоцикла Урал. Выделялся своим большим размером руль, наверное, от какого-то грузовика. Аэросани распластано опирались на одну переднюю управляемую лыжу и две задние лыжи, сзади был большой толкающий винт. На аэросанях было два места друг за другом, как на мотоцикле, в общем-то всё «это» и было похоже на «снежный мотоцикл».
Конструкция производила впечатление надёжной и одновременно лёгкой. Всё это я увидел, когда в одно из воскресений по приглашению Сергея приехал в Анадырь. Поскольку фотоаппарат всегда со мной, сделал несколько запоминающихся снимков. Погода в этот день была отличной, - лёгкий морозец, хотя и облачное, но высокое небо и лёгкий ветерок, какой бывает здесь нечасто. Выбрались мы этакой кавалькадой во главе Запорожца с аэросанями на прицепе и замыкающим снегоходом. Выбрались совсем недалеко восточнее Анадыря, буквально на пару километров к небольшой возвышенности среди ровной и заснеженной тундры.
Сразу занялись аэросанями, их надо было всесторонне опробовать и испытать. Долго возились с двигателем, долго не могли его запустить. Ураловкий мотор надёжный и мощный, но капризный при запуске, к нему надо приноровиться. Тут и мои усилия пригодились, я имел опыт обращения с ураловским двигателем на Сахалине. В конце концов двигатель запустили, заработал он солидно и многообещающе.
Приступили к "испытаниям" эросаней, на ходу они показывали себя совсем неплохо, развивали приличную скорость по ровной тундре, хорошо управлялись. Но на поворотах их заносило, что и следовало ожидать, на твёрдом, почти ледяном насте. Чуть ли не все участники нашей "экспедиции" попробовали поездить на аэросанях. Я тоже "порулил" санями, мне понравился их резвый и лёгкий ход по снежной тундре. В общем аэросанями остались довольны, особенно их мощным мотором.
Проба дельтаплана
– Затем занялись дельтапланом. С интересом я разглядывал этот, наверное, самый лёгкий аппарат из всех аппаратов, которые «тяжелее воздуха». Впервые я видел его так близко, действительно, довольно простая конструкция из дюралевых труб и нейлонового крыла, натянутого на эти трубы. Затащили его на горушку, оказывается, он не такой уж и лёгкий. Один из «авиаторов» надел подвесную систему, можно сказать, взгромоздил на себя всю эту удивительную конструкцию и разбежался под уклон горушки, но высоты было мало, а «поддерживающего» ветра, как нарочно, не было совсем. Все с нетерпением ожидали полёта, но полёта не получилось, - дельтаплан пролетел - проскользил вниз вдоль склона и виновато уткнулся носом в снег. Неудачный старт никак не сказался на целостности аппарата и на самом "дельталётчике". При всей своей кажущейся хрупкости, конструкция довольно прочная.
Кто-то предложил перебазироваться к горе Святого Дионисия, до неё километров пятнадцать на юго-запад. Она хоть и не очень высокая, всего 527 метра, но хорошо выделяется, поскольку гордо и одиноко возвышается над ровной тундрой. Но этот вариант не приняли. С дельтапланом ещё попробовали несколько неудачных стартов, после каждого из которых, приходилось чертыхаясь тащить этот «аппарат тяжелее воздуха» обратно вверх по склону к месту старта.
Полёты на дельтаплане решили отложить до более подходящей погоды. Попробовал и я слетать. После инструктажа, «стартанул» на дельтаплане, но также из этого ничего путного не получилось, - ткнулся «мой дельтаплан» в снег так и не взлетев, сильно дёрнув меня в подвесной системе. Как-то после этого немного другими глазами я стал смотреть на дельтаплан, хотя желание полетать на нём не пропало.
Праздник в доме Офицеров
– Накануне Праздника Первое Мая, в полку был организован праздничный «банкет» в Доме Офицеров. Кстати, местный Дом Офицеров был одним из самых больших зданий в Угольных Копях. Высокое здание на сваях, с большой «парадной» лестницей и даже с трибуной. Здесь, кстати, перед этой трибуной проводили все праздничные демонстрации.
Внутри Дома Офицеров было и помещение кафе, в котором и организован был наш банкет. Собралось здесь приличное количество полковых офицеров и прапорщиков, в том числе и всё командование полка. Была возможность раззнакомится между собой и женской частью «личного состава», которая влилась в эти ряды за последнее время.
Начало было в определённой степени, официальным, а по «ходу движения» мероприятия наступила полная демократия безо всякого излишнего чинопочитания. Раньше, в других полках мне не приходилось видеть на подобных мероприятиях такой раскрепощённой и доброжелательной обстановки.
Было много, естественно, тостов, длинных и коротких праздничных речей. Проводили разные весёлые конкурсы с очень даже приличными призами. В общем, мероприятие проходило на самом высоком «партийно-политическом уровне». Вот и сейчас, глядя на это фото, приятно окунуться в воспоминания, когда вижу здесь и своего однокашника Виталия Марценюка с супругой и других однополчан, лётчиков и техников, командира полка и его замов, с которыми доведётся прослужить в 529 полку ещё не один год.
03.03.2025 – Севастополь.