Ирина аккуратно расставляла чашки на журнальном столике. Из детской доносился звонкий смех и топот маленьких ножек. Арина с Кириллом играли в догонялки, перебегая из комнаты в комнату.
— Тише, ребята! Николай скоро вернётся с работы, — Ирина попыталась утихомирить детский восторг, но сама не могла сдержать улыбки, глядя на раскрасневшиеся лица детей.
Семилетняя Арина остановилась, послушно кивнула и взяла младшего брата за руку.
— Кирюша, давай пойдём в нашу комнату поиграем, — серьёзно сказала девочка. — Дядя Коля не любит шум.
Ирина тихо вздохнула. Арина, несмотря на юный возраст, слишком чутко улавливала настроения взрослых. В последние недели дети старались быть незаметными, когда Николай находился дома.
Телефон завибрировал — пришло сообщение от издательства. Срочная корректура текста, оплата в выходные. Ирина задумалась. Раньше, до знакомства с Николаем, такой заказ был бы настоящей удачей. Но сейчас... Уже четыре месяца Ирина не работала, полностью доверившись обещанию Николая обеспечивать семью.
— Возьму, наверное, — прошептала Ирина, отправляя положительный ответ. — Свои деньги никогда не помешают.
Щёлкнул замок входной двери. Николай вернулся с работы. Ирина быстро спрятала телефон в карман домашнего платья и вышла в прихожую с улыбкой.
— Привет! Как прошёл день? — она потянулась поцеловать Николая, но тот слегка отстранился, снимая куртку.
— Нормально, — буркнул Николай. — А здесь что, топот на весь подъезд? Соседка снизу опять жаловалась.
Ирина виновато опустила глаза.
— Дети немного расшалились, я уже попросила их успокоиться.
Николай скинул ботинки и прошёл на кухню, даже не взглянув в сторону детской. Ужин прошёл в напряжённом молчании. Кирилл несколько раз пытался рассказать забавную историю из садика, но Николай морщился от каждого восклицания ребёнка.
— Кирилл, не кричи за столом, — осадил мальчика Николай. — В приличных семьях дети ведут себя тихо.
Маленькие плечи Кирилла поникли, и Ирина почувствовала, как сжалось сердце. Куда пропал тот внимательный и заботливый мужчина, который ещё полгода назад подбрасывал Кирилла к потолку и хохотал вместе с ним?
— Дети, идите поиграйте в своей комнате, — мягко сказала Ирина, помогая малышам спуститься со стульев. — Я потом приду почитать вам перед сном.
Когда дети ушли, Ирина принялась мыть посуду. Николай сидел за столом, просматривая новости в телефоне.
— Коля, что-то случилось на работе? — осторожно спросила Ирина.
— Ничего особенного, — отрезал Николай. — Просто устал. Хотелось бы прийти домой и отдохнуть в тишине, а не слушать детский гвалт.
Ирина прикусила губу.
— Они же дети, им нужно играть...
— Но не обязательно кричать так, что соседи жалуются, — перебил Николай. — Я, между прочим, работаю весь день, чтобы вы могли жить под крышей и не голодать. Неужели нельзя обеспечить мне нормальный отдых?
Эти слова больно ранили Ирину. Раньше Николай никогда не попрекал её деньгами.
— Я могу снова начать работать, — тихо предложила Ирина. — Сегодня как раз предложили проект...
— Начнёшь работать? А кто будет следить за детьми? — Николай скептически усмехнулся. — Они и так неуправляемые. Представляю, что будет, если их оставить без присмотра.
— Я работаю удалённо, — напомнила Ирина. — Могу совмещать.
Николай пожал плечами и вышел из кухни, оставив Ирину наедине с тяжёлыми мыслями.
Так продолжалось уже несколько месяцев. Сказка первых недель совместной жизни рассеялась, уступив место суровой реальности. Сначала были мелкие замечания, потом раздражение, а теперь... Теперь Николай словно видел в детях только помеху своему комфорту.
Ирина помнила, как познакомилась с Николаем на выставке современного искусства. Она пришла одна, оставив детей с мамой. Интеллигентный, уверенный в себе мужчина сразу привлёк её внимание. А когда узнал, что она одна воспитывает двоих детей, не отвернулся, как многие до него.
— Дети — это счастье, — говорил тогда Николай. — Я всегда хотел большую семью.
После первого неудачного брака с человеком, который исчез, едва узнав о второй беременности, слова Николая были как спасательный круг. Он красиво ухаживал, привозил подарки детям, устраивал семейные поездки в парк и на природу. Когда Николай предложил жить вместе, Ирина недолго сомневалась. Её съёмная двухкомнатная квартира обходилась дорого, а просторная квартира Николая казалась идеальным решением.
Первое время Николай действительно был заботливым и внимательным. Помогал укладывать детей, читал им книжки перед сном, даже научил Арину кататься на роликах. А потом что-то сломалось. Сначала незаметно, постепенно. Раздражение на детский смех. Закатывание глаз, когда Кирилл капризничал. Ворчание, что Арина слишком громко разговаривает.
Ирина вытерла последнюю тарелку и тихонько пошла в детскую. Арина уже лежала под одеялом, а Кирилл раскладывал игрушки по местам.
— Мамочка, дядя Коля сегодня сердитый? — шёпотом спросил Кирилл, забираясь в кровать.
— Он просто устал на работе, малыш, — Ирина погладила сына по волосам. — Взрослые иногда устают и бывают не в настроении.
— Он нас больше не любит? — Арина приподнялась с подушки, в глазах девочки блеснули слезы.
Сердце Ирины сжалось. Дети всегда чувствуют фальшь, как бы взрослые ни пытались скрыть проблемы.
— Конечно любит, — Ирина попыталась улыбнуться, но улыбка вышла натянутой. — Давайте я прочитаю вам сказку перед сном.
Уложив детей, Ирина вернулась в гостиную. Николай сидел перед телевизором, потягивая пиво из бутылки.
— Завтра родительское собрание в садике у Кирилла, — Ирина присела на краешек дивана. — Нужно купить материалы для поделок.
— И сколько это будет стоить? — не отрывая взгляда от экрана, спросил Николай.
— Немного, около тысячи рублей, — Ирина напряглась, ожидая реакции.
— Тысяча рублей на какие-то картонки и клей? — Николай наконец повернулся к ней. — Ты представляешь, сколько я трачу на вас троих каждый месяц?
— Я могу взять из своих денег, — тихо предложила Ирина.
— Из каких таких своих? — Николай фыркнул. — Ты не работаешь уже сколько? Четыре месяца? Все деньги, которые есть в этом доме — мои.
Ирина вздрогнула. Раньше Николай никогда не говорил так резко о финансах.
— Я как раз собиралась взять новый проект, — напомнила Ирина. — Мне сегодня предложили...
— Опять об этом? — Николай поставил бутылку на столик с такой силой, что Ирина вздрогнула. — И кто будет заниматься детьми, пока ты работаешь? Они и так шумные. Соседи жалуются.
— Я всегда совмещала...
— Знаешь что, — перебил Николай, — делай что хочешь. Только потом не жалуйся, что у тебя нет времени следить за детьми и поддерживать порядок в доме.
Следующим утром Ирина проснулась раньше обычного. Николай ещё спал, и она воспользовалась моментом, чтобы ответить издательству и окончательно подтвердить проект. Работа всегда давала ей чувство независимости, которого сейчас так не хватало.
За завтраком Николай был необычно молчалив, а перед уходом на работу вдруг спросил:
— Сколько ты рассчитываешь заработать на этом своём проекте?
— Около семнадцати тысяч, — ответила Ирина, удивлённая его внезапным интересом.
— Хорошо, — кивнул Николай. — Тогда можешь начать вносить свою долю за квартиру. Я и так тяну на себе всю семью.
Ирина застыла с тарелкой в руке. Когда они только начинали жить вместе, Николай настаивал, что всё оплатит сам, ведь квартира принадлежала ему.
— Разумеется, — наконец выдавила она. — Я понимаю.
Дни постепенно складывались в недели. Ирина вернулась к работе, балансируя между обязанностями — готовка, уборка, дети, заказы. Николай всё чаще задерживался допоздна, а возвращаясь, находил повод для недовольства.
— Почему дети ещё не спят? Уже девять! — раздражённо бросил Николай, входя в квартиру.
— Я ждала тебя к ужину, — Ирина выглянула из кухни. — Ты говорил, что будешь в семь.
— У меня работа, Ира, — Николай сбросил туфли. — В отличие от тебя, я не могу просто так взять и уйти, когда захочется.
— Я тоже работала весь день, — тихо возразила Ирина. — И дети скучали по тебе.
— Да неужели? — Николай прошёл на кухню, заглянул в кастрюлю. — Остыло всё. И вообще, это что за ужин? Опять эта твоя запеканка?
— Тебе же нравилась запеканка, — растерянно произнесла Ирина.
— Нравилась, когда не ела её через день, — Николай отодвинул тарелку. — Неужели нельзя приготовить что-то нормальное?
В этот момент в кухню заглянула Арина.
— Дядя Коля, мы с Кириллом сделали тебе открытку, — девочка протянула сложенный пополам лист с яркими рисунками.
Николай мельком взглянул на открытку.
— Хорошо, положи куда-нибудь, — он даже не посмотрел на ребёнка. — Ира, можешь уложить детей? Я устал, хочу тишины.
Арина опустила руку с открыткой, её глаза наполнились обидой. Ирина подошла, обняла дочь за плечи.
— Пойдём, солнышко, пора спать, — мягко сказала Ирина, уводя дочь из кухни.
В детской Кирилл уже забрался под одеяло, но явно не спал – напряжённо вглядывался в дверной проём. Сердце Ирины сжалось – даже в пять лет малыш уже научился чувствовать настроение взрослых.
— Мама, почему дядя Коля всегда сердится? — спросила Арина, прижимая к груди потрёпанного плюшевого зайца.
Ирина вздохнула. Ей и самой хотелось бы знать ответ.
— Взрослые иногда устают и нервничают, — она погладила дочь по волосам, стараясь звучать уверенно, но внутри что-то дрожало и рвалось.
— А он нас выгонит? — Кирилл глубже зарылся в подушку, словно пытаясь спрятаться.
Из кухни донёсся звон разбитой посуды, и Ирина вздрогнула.
— Нет, родной. Спите, я скоро вернусь, — она поцеловала детей и вышла.
Ирина догадывалась, что ждёт её на кухне. Так и есть – Николай яростно оттирал пятно на рубашке.
— Твоя проклятая запеканка! Рубашку испортил! — он сердито посмотрел на Ирину.
— Давай помогу, у меня есть хорошее средство, — она протянула руку.
— Не трогай! — Николай отдёрнул рубашку. — Только хуже сделаешь!
Странно, думала Ирина, ещё три месяца назад этот человек смотрел на неё с нежностью, баловал детей подарками, строил планы на будущее. Что случилось? Где та точка, в которой всё надломилось?
— Коля, пожалуйста, тише. Дети только заснули, — Ирина старалась говорить спокойно, хотя внутри всё клокотало.
— Не указывай мне! — Николай грохнул дверцей шкафа. — Это моя квартира, в конце концов! Я здесь хозяин!
Вот оно, снова звучит "моё", "я" – когда они только начали жить вместе, было "наше", "мы"...
— Знаешь, что меня бесит больше всего? — почти прошипел Николай, приблизившись к ней. — Твои дети ведут себя так, будто я им что-то должен. А ведь я взял вас на своё содержание, кормлю, одеваю – вы хоть раз спасибо сказали?
"Он говорит о нас, как о приёмышах," — мелькнуло в голове Ирины.
— Мы благодарны тебе, — тихо ответила она. — Но разве ты не говорил, что хочешь семью? В семье не считают, кто кому сколько должен.
Лицо Николая исказилось от ярости.
— Убирайся вон из моего дома! — заорал он, с такой силой ударив кулаком по столу, что подпрыгнули чашки. — И детей своих забирай! Надоело! Всё надоело!
В дверях замерли испуганные Кирилл и Арина. Девочка беззвучно плакала, мальчик держал сестру за руку.
— Полюбуйся на своих драгоценных детей, — зло бросил Николай. — Даже спать их уложить нормально не можешь! Никудышная мать!
И тут внутри Ирины что-то щёлкнуло. Словно переключатель – с "бесконечно терпеть" на "хватит". Она выпрямилась и спокойно произнесла:
— Хорошо. Мы уходим.
Она взяла детей за руки и повела в детскую. Достала из шкафа большие сумки и начала быстро собирать вещи.
— Мама, мы куда-то едем? — Кирилл следил за её движениями.
— Да, малыш. Мы поедем туда, где будет спокойно и хорошо.
"Где? Куда?" — лихорадочно думала Ирина, складывая в сумку детские вещи, документы, любимого зайца Арины и машинку Кирилла.
Николай стоял в коридоре, наблюдая, как они одеваются.
— И куда вы пойдёте на ночь глядя? — в его голосе проскользнули нотки неуверенности.
— Не беспокойся, у нас есть где остановиться, — Ирина солгала, не поднимая глаз.
— Ну-ну, — усмехнулся Николай. — Завтра приползёшь обратно. Все вы так делаете.
"Все вы" — значит, были и другие до неё? Ирина молча взяла детей за руки и вышла. Хлопок двери за спиной прозвучал как выстрел свободы.
В такси она крепко обнимала детей. Назвала адрес недорогой гостиницы, о которой недавно читала в сети.
— Мам, мы больше не вернёмся к дяде Коле? — спросила Арина.
— Нет, солнышко. Теперь только мы втроём.
В гостинице им дали небольшой номер с двумя кроватями. Уложив детей, Ирина долго сидела рядом, поглаживая их по головам. Только когда они заснули, позволила себе тихо поплакать.
Утром, просматривая телефон, она обнаружила несколько сообщений от Николая: "Где вы?", "Когда вернёшься?", "Не глупи, Ира". Ни "прости", ни "я был неправ".
Ирина удалила сообщения и начала действовать. Первым делом – найти жильё. К счастью, в агентстве нашлась небольшая квартира недалеко от садика Кирилла. Хозяйка согласилась на заселение в тот же день, и к вечеру у них уже был новый дом.
— Здесь так здорово! — радовалась Арина, исследуя комнаты. — А это наша спальня?
— Да, вы с Кириллом будете жить здесь, а я — в гостиной.
— А дядя Коля к нам не придёт? — настороженно спросил Кирилл.
— Нет, — твёрдо ответила Ирина. — Мы теперь живём без него.
Через неделю она подала заявление о расторжении отношений. Процесс прошёл быстро – ни имущества, ни детей общих у них не было. Николай прислал только одно сообщение: "Всё равно вернёшься, когда поймёшь, что одна не справишься".
Но Ирина справлялась. Взяла несколько дополнительных проектов, работала по вечерам. Постепенно они обустроились, появилась новая мебель, игрушки, книги.
Спустя два месяца пришло сообщение: "Ну что, натешилась свободой?" Ирина просто удалила его.
К своему удивлению, она обнаружила, что жизнь без Николая намного спокойнее и счастливее. Дети перестали вздрагивать от громких звуков, Арина снова начала петь дома, а Кирилл больше не спрашивал каждый вечер, не сердится ли кто-то на них.
Осенью Ирина смогла сделать небольшой ремонт в детской и записать детей в кружки. Глядя, как Арина с гордостью показывает новый танец, а Кирилл с восторгом рассказывает о первых буквах, которые научился писать, она чувствовала, что они справились. Они выстояли.
Однажды, укладывая детей спать, Ирина услышала от Арины:
— Мама, ты скучаешь по дяде Коле?
Ирина на мгновение задумалась.
— Нет, не скучаю, — честно ответила она. — Знаешь, иногда люди приходят в нашу жизнь и уходят. И это нормально.
— А я рад, что мы здесь живём, — сонно пробормотал Кирилл. — Здесь никто не кричит, и ты всегда улыбаешься.
Сидя вечером на маленьком балконе с чашкой чая, Ирина смотрела на огни города и думала, что одиночество – это совсем не про неё. У неё есть дети, работа, свобода быть собой. Возможно, когда-нибудь появится мужчина, который полюбит их такими, какие они есть. А может, и нет – и это тоже нормально. Главное – больше никогда не позволять другим решать, как ей жить и чувствовать себя счастливой.