В Узбекистане во многих городах есть русские культурные центры. В том городе, где я жила, такой центр находился прямо во дворце культуры, в котором я работала. С тех пор, как директор нашего дворца стала его главой.
Под центр была отведена комнатка, где можно было увидеть символику России, брошюры и книги о России. Также там, в выставочном уголке, неизменно впечатляя посетителей и гостей, стояло несколько глиняных скульптур, сделанных учениками в моей студии.
Всех категорически приветствую!
Меня зовут Юлия, я участник программы переселения соотечественников, переехала в Россию из Узбекистана, успешно прошла все этапы и живу в России с 2019 года.
На своем канале делюсь своими впечатлениями о России и рассказываю о жизни переселенцев.
Вместе с мужем пишу книги в жанре альтернативной истории. С ними можно ознакомиться здесь:
И, конечно, самой потрясающей из них была композиция "Три богатыря".
Он состояла из трех отдельных фигур, и вид их полностью соответствовал тому, как выглядят эти богатыри на знаменитой картине Васнецова.
Каждую фигуру "ваял" отдельный "мастер". Мальчики-узбеки. Талантливые ребята. Работы сложные, каркасные, на фанерном основании.
Мы не обжигали наши работы. Мы их просто красили и лакировали. Изделие получается довольно хрупким, но если обращаться с ним очень бережно, то оно практически вечное.
Также там стояла сделанная из веток избушка Бабы-Яги, также сотворенная в нашей студии. Помню, как я делала эти куриные ноги, обматывая нитками проволочный каркас и затем покрывая его краской и лаком...
Но получилось очень здорово.
Кот, сова, труба и ступа с Бабой-Ягой были сделаны из глины, и все это стояло на фанерном основании как монолитная конструкция.
На выставки и на разные мероприятия мы выставляли все это, транспортируя работы уложенными в коробку, причем каждую заботливо обматывая ветошью. Я старалась лично контролировать этот процесс.
Не сомневаюсь, что и до сей поры стоят в Русском культурном центре эти наши работы... если только из кто-нибудь не разбил их по неосторожности, а отремотировать разбитую статуэтку могла только я.
Однажды мальчик нечаянно уронил свою замечательную, уже раскрашенную и залакированную работу. Он так расстроился, что не смог удержаться от слез. Дело казалось безнадежным. Но мне так было жалко ребенка, что я собрала все кусочки и, как мозаику, поставила обратно на каркас, приклеив клеем ПВА. Где-то пришлось снова подмазать глиной, заполнив дыры, где-то подкрасить. И залакировать по-новой. Было почти незаметно, что статуэтка пострадала. Ребенок был счастлив и смотрел на меня как на волшебницу.
Собственно, в работу центра я не вникала.
Вроде там проходили какие-то встречи, что-то организовывалось, приезжали какие-то гости.
Мне довелось присутствовать лишь на том мероприятии, когда торжественно поздравляли со вступлением в должность нового главу, поскольку предыдущий ушел в мир иной.
Именно после этого Русский культурный центр стал базироваться в нашем ДК.
О, это была незабываемая история...
Всем было известно, кто станет главой. Это было решено на уровне ташкентской организации, курирующей русские культурные центры.
И мы радовались, что это будет директор нашего ДК - простая, славная, добрейшая женщина, ко всем относившаяся с душой и пониманием.
И вот, когда зрительный зал стал заполняться народом, неожиданно в нашем ДК появилась оппозиция...
Некая руководительница танцевальной студии из другого ДК, как оказалось, тоже претендовала на должность главы Русского культурного центра.
И она явилась на это мероприятие.
Со своими адептами сторонниками в количестве примерно двадцати пяти хабалок бабенок, чьи глаза горели фанатичной преданностью.
И, надо сказать, они знатно подготовились к противостоянию.
Они были с плакатами!
Что-то вроде: "N - в главы Русского культурного центра!"
Для нашей директорши такой афронт стал неожиданностью.
Эта амбициозная мадам N, которой всю жизнь так хотелось что-то возглавлять, была довольно одиозной личностью, хорошо известной в нашем городе - из тех, кого многие просто на дух не переносят, а другие буквально смотрят в рот. Вторые - это родители ее учеников. Вокруг ее персоны сформировалась клика из мамаш, честолюбию которых льстило, что их дети блещут на сцене и принимают участие во всевозможных конкурсах и фестивалях.
Надо отдать ей должное, профессионалом в своем деле она была отличным. Муштровала подопечных до совершенства. Заниматься в ее студии считалось чрезвычайно престижным. Ее коллектив и вправду часто ездил на разные конкурсы, даже за границу, и занимал там довольно высокие места.
Но как человек... Прямо сказать, человечного в ней было мало.
Когда-то я привела свою восьмилетнюю дочь в ее студию танцев, впечатленная выступлениями этого коллектива на концертах. Но ребенок после третьего занятия решительно заявил: "Я больше не пойду! Она злая и матерится!"
Потом, порасспросив знакомых, я смогла убедиться, что N действительно настолько сурова, что позволяет себе "выражаться" и вести себя довольно грубо с детьми. Разумеется, я не на стала настаивать, чтобы ребенок продолжал посещать занятия.
Потом нас с этой мадам еще сводила судьба, но это уже совсем другая история.
Мадам N была пробивной и энергичной, порой очень жесткой, умела идти по головам. А то, что выводило нормальных людей из себя - это ее надменность и холодность, вкупе с какой-то совершенно особенной вульгарностью. Слово "культура" как-то с ней не особо ассоциировалось, это мягко говоря.
Вокруг ее персоны ходило много кривотолков, и в целом репутация у нее была, опять же мягко говоря, небезупречной.
Так вот, когда эта группа ввалилась в фойе нашего дворца, наша директорша, принарядившаяся, с прической, изменилась в лице и сникла, поняв, что для нее приготовлена пакость.
А дело в том, что у нее с мадам N были свои терки - когда-то N работала под ее началом в нашем дворце, и ушла со скандалом, когда принялась плести гнусные интриги, желая стать владычицей морскою сама директором. Ее разоблачили. Уходя, она даже мебель в своем кабинете переломала и стены какой-то гадостью измазала.
Такой вот это человек, выводы напрашиваются сами...
Итак, все происходило в зрительном зале, и народу присутствовало достаточно.
Тот случай, когда видишь вокруг себя исключительно русские лица.
Мероприятие поначалу шло своим чередом: были произнесены речи, показаны несколько артистических номеров.
При этом наша директорша, вся красная от волнения, стояла за кулисами, подбадриваемая худруком и секретаршей.
Обстановка накалялась.
И вот началось...
Когда вои.нственная кучка, усевшаяся отдельно от всех, подняла свои плакаты и попыталась что-то скандировать, воздух наполнился горячим запахом скандала.
Впрочем, мадам N, сидевшая в окружении сторонниц как королева среди свиты, казалось, немного робела и сомневалась, стоило ли все это затевать. Мы с интересом бросали взгляд в ту сторону, и видели, как экзальтированные бабенки из ее окружения подбадривают свою кумирицу.
Большое кипение происходило в их кругу, и всем присутствующим было ясно, что некая разрядка рано или поздно наступит. Либо выбьет крышечку, либо потребуется аккуратно снимать с огня с огня эту кастрюльку.
Перед тем, как наша директорша должна была выйти на сцену, получить поздравление с должностью главы и произнести речь, они решительно начали просить слова.
Ташкентские господа-товарищи (такие солидные, в костюмах, их было человек восемь), выпадая в осадок от происходящего, позволили им выступить.
На сцену вышла не очень опрятная тетка и принялась толкать горячую речь. О том, что почему их, дескать, не спросили, кого они хотят видеть главой Русского культурного центра. Описывала достоинства N, заливаясь как соловей, перечисляла ее регалии.
А главное, она призывала ПРОВЕСТИ ВЫБОРЫ!
Для которых нужно было устроить отдельное собрание, куда они собирались привести всех преданных адептов N, чтобы обеспечить большинство голосов соеди немногчисленных русских, интересующихся подобными мероприятиями.
На этом месте единомышленники поддержали ораторшу визгливым гвалтом.
Жалко это выглядело, по правде говоря...
И N это тоже поняла.
Как и то, что зря она сюда приперлась.
Сидела она прямо, точно императрица, но пылающие щеки выдавали ее внутренний дискомфорт, и, думаю, очень многие сидящие в зале позлорадствовали, видя это.
Всем было интересно, чем все закончится.
Жидкие аплодисменты и выкрики "Правильно!" прозвучали со стороны оппозиционной кучки, когда ораторша закончила.
Гости из Ташкента дослушали выступающую, постепенно оправляясь от первоначального шока.
А потом предводитель делегации вышел к микрофону.
И прочитал такую блестящую отповедь, что компания мадам N заерзала, и их б0евой настрой энтузиазм окончательно увял.
Нервно мяли они в руках свои плакаты и перешептывались между собой.
Речь ташкентского гостя была восхитительна по смыслу и артикуляции.
Это не каждому дано: оставаясь вежливым и невозмутимым, доходчиво и сполна показать свое отношение к ситуации.
Он изящно пристыдил протестуток бунтующих и пояснил, что на эту должность НАЗНАЧАЮТ, а не ВЫБИРАЮТ.
Он также выразил свое неприятное удивление, что тут такой раздор и интриги, добавив, что первый раз сталкивается с подобным.
Сказал, что приверженцам русской культуры надо быть сплоченнее и избегать подобных откровенных конфронтаций.
И еще он прямо сказал, что устраивать из официального мероприятия подобный "базар" неприемлемо для культурного человека.
В это время остальные члены ташкентской делегации согласно кивали головами, и по выражению их лиц было понятно, что они думают о глупых гусынях, пришедших туда, куда их не звали.
В этот момент стало понятно, что кто-то из компании мадам N настроен покинуть зал. Часть из них даже поднялись с мест. Но N подала сигнал, что следует остаться.
Должна была выйти наша директорша, чтобы произнести речь и получить рукопожатия и поздравления.
Она вышла.
Было очевидно, что, наблюдая все происходящее, она сильно перенервничала.
Каково это - знать, что в зале сидят твои лютые завистники и недоброжелатели у которых с тобой старые счеты?
Потом я узнала, что она вообще не хотела выходить на сцену, ее еле уговорили.
Она не стала произносить заготовленную речь.
Несколько натянуто улыбаясь, выслушала поздравления и пожала руки ташкентским гостям...
И торопливо скрылась за кулисами.
И в этот момент мы все понимали ее и сопереживали.
На сцену вышли артисты с очередным номером...
Мероприятие близилось к концу.
И только тут N и ее разудалая компания потянулись к выходу. Злые и разочарованные, наверняка не ожидавшие, что их так посрамят.
Я еще подумала в тот момент: а что, если они запаслись тухлыми помидорами, чтобы закидать нашу директоршу во время ее речи, когда она останется на сцене одна? А теперь, когда она так быстро скрылась, задумка не удалась.
От них этого вполне можно было ожидать. Вполне!
О склонности N к хулиганским выходкам, когда ее одолевает бессильная ярость, я была наслышана - одна порча имущества при увольнениии чего стоит. Науськала, поди, своих адептов, а потом сказала бы: "А я тут при чем? Это не я кидалась..."
Да, такие мысли у меня промелькнули...
Об этой истории еще судачили некоторое время в определенных кругах, и оказалось, что мои догадки были верными. Мне сказали, что безбашенные дамы запаслись не только плакатами, но и всякой дрянью, и собиралась сделать именнно то, о чем я подумала.
Но точно я никогда не узнаю, правда это или нет. Может, и сплетня, из тех, которыми обрастает любой скандал.
После этого еще много лет наша директорша управляла Русским культурным центром.
Это была достойная женщина, отличный руководитель и порядочный человек.
Я с теплотой вспоминаю о ней. Она была очень человечна и великодушна и умела создать в коллективе здоровую дружескую атмосферу. Я никогда не видела ее злой и разраженной, она всегда улыбалась и была неизменно приветлива даже с теми, кто был ей неприятен.
Мы все искренне любили ее.
Она ушла из жизни пару лет назад, ей не было еще 60-ти - не смогла отправиться от последствий того, что началось в 2020 году.
Прощание с ней происходило в фойе нашего дворца, которому она посвятила всю жизнь.
Кто сейчас возглавляет Русский культурный центр, мне неизвестно.
Делитесь мнением, что вы думаете об этой истории.
На этом всем пока!
И до новых встреч!