Рация на поясе Максима затрещала, и голос Виктора прозвучал чётко и холодно:
— Максим, ты внутри? Доложи обстановку.
Максим стоял в полуразрушенной комнате заброшенного дома, его пальцы сжимали рукоять пистолета с серебряными пулями, окропленными святой водой. Убойная комбинация, способная доставить множество проблем практически любой сущности, имеющей физическую оболочку.
Перед ним были двое — мужчина и женщина. Мужчина, высокий и мощный, со шрамами на лице и руками, сжатыми в кулаки, выглядел как боец, который уже не раз смотрел смерти в глаза. Мужчина был в не лучшей форме, по всему телу краснели свежие бинты, а одна рука явно не слушалась владельца.
- Цикл рассказов "Охотник на людей"
Женщина, даже скорее девушка, очень молодая, с русыми волосами, бледной, почти прозрачной кожей и в буквальном смысле горящими глазами, выжидающе смотрела на Максима. Это были те самые "дикие", которых он должен был ликвидировать. Всего-то оставалось два раза спустить курок, а потом проконтролировать и его первая миссия, его испытание на новой "работе" будут успешно завершены. Но что-то мешало ему сделать последний шаг. Что-то, что Максим называл интуиция. Или совесть.
— Я внутри, — ответил Максим в рацию, не отводя взгляда от пары. — Двое. Вооружены.
— Действуй на свое усмотрение, зеленый свет тебе, — сухо ответил Виктор. — Не подведи.
Максим опустил рацию, но не убрал руку с оружия. Его дар — видеть ауры — показывал ему, что эти двое не были обычными преступниками или злодеями. Аура мужчины была тёмной, но не злой — скорее, она была наполнена болью, пустотой от совершившейся мести и яростью, как у зверя, загнанного в угол. Аура женщины была яркой, почти ослепительной, но в её свете читалась усталость, обида и отчаяние.
— Кто вы? — спросил Максим, стараясь сохранять спокойствие. — И зачем напали на базу оборотней?
Раненый мужчина, шагнул вперёд, его глаза сверкали решимостью.
— Месть. Эти... монстры уничтожили нашу деревню. Вырезали всех, под корень. Женщин, стариков, детей. Они не пожалели никого. Даже мою беременную жену! Я не знаю кто ты, но смотря прямо тебе в глаза, скажу - стреляй либо отпусти нас, мне все равно, но лично я никогда не остановлюсь, пока хоть одна из этих мр**ей дышит одним со мной воздухом!
Максим почувствовал, как его сердце сжалось. Он знал, что такое потеря. Да вспомнить того же Ваську. А тут не просто призрак алкоголика, а беременная жена. Да и в принципе на счету оборотней в той деревне как минимум несколько десятков жизней. Макс сам видел, как оборотни уничтожали всё на своём пути. Но он также знал, что его новое начальство не прощает самодеятельности. Неужели Максим теперь пойдет на такую сделку с совестью?
— Вы нарушили договор, — холодно произнес он.
— Договор? — вмешалась Алиса, её голос был резким, но в нём читалась боль и непонимание. — Какой договор? Тот, который позволяет оборотням убивать невинных и спокойно уезжать на окраину столицы по федеральной трассе? Какой договор? Какой?! — голос девушки сорвался на истеричный крик. — Сегодня эта деревня, а завтра кто? Почему они вообще еще живы? Почему вы пришли за нами, а не за остатками этих монстров?
Максим замер. Его пальцы слегка ослабили хватку на пистолете. Он знал, что она права. Его преследовали эти же вопросы. "Контора", как узнал Максим, действительно часто закрывала глаза на преступления сверхъестественных существ, если те не нарушали "правила игры". Ведь куда важнее было общее благо и взаимная польза, чем жизни людей из какой-то отдаленной деревушки. Но он также понимал, что если он не выполнит приказ, то не пройдет проверку. А что будет дальше... Максим не хотел становиться диким.
— Вы не понимаете, — сказал он, стараясь звучать убедительно. — Если я вас не задержу, за вами придут другие. И они не будут разговаривать.
Иван рассмеялся, но в его смехе не было радости.
— Задержишь? Это такая тактичная замена слову убить? Мужик, я же вижу, нутром чую, что ты не злодей и ты за справедливость. Эти оборотни заслуживали смерти. И не только смерти! А мы лишь дали им то, что они заслужили. Я не хочу, да и откровенно говоря, сейчас не смогу сопротивляться. Как видишь, я еще не до конца отошел от оборотней. Да и Алиса силы свои поистратила. Но знай, мы не сдадимся без боя. Я не хочу вредить тебе, но сделаю это, если будет нужно.
Максим посмотрел на них, чувствуя, как внутри него разгорается конфликт. Он знал, что должен сделать выбор. Выполнить приказ и задержать их, или поступить по совести и дать им шанс, лишая шанса себя.
Выбор никогда не был таким легким.
— У вас есть пять минут, чтобы уйти, — сказал Максим, опуская пистолет. В конце концов вся его жизнь это борьба за благо человека и за справедливость. — Но если я увижу вас снова, я не смогу помочь.
Иван и Алиса обменялись взглядами. Они не ожидали такого поворота. Молодая ведьма все это время в тайне собирала крохи своих сил, что бы зачаровать угрожающего им мужчину. Хорошо, что он решил их отпустить.
— Почему? — спросила Алиса. — Почему ты отпускаешь нас?
— Потому что я тоже видел, что они делают, — ответил Максим. — И я знаю, что иногда договор — это просто способ скрыть правду и заглушить совесть. Ну или обогатить чей-то карман. Я спрашивал у своего начальства, почему оборотни не понесли наказания. Хех, — горький смех ядом брызнул с губ Максима. — Знаете, что ответило начальство? Мол, они и так наказаны, им урезали финансирование и квоты на отлов бездомных, но подняли количество крови, что они сдают. Так что я не буду вас задерживать. Вы свободны. Идите.
Алиса облегченно вздохнула, а Иван кивнул.
— Спасибо, — сказал он. — Мы не забудем этого. Мы уедем подальше и на время оставим месть, пока все не уляжется.
Они быстро собрали свои вещи и выскользнули через задний выход. Максим остался в доме, чувствуя, как его сердце бьётся всё быстрее, а пот покрывает лоб. Он знал, что теперь ему придётся отвечать за свой выбор. Мужчина понимал, что его не просто так отправили на это задание одного. Это была самая банальная проверка. Но он не мог поступить иначе, ведь убей он их, то вся его жизнь, все то, за что он боролся, все это окажется лишь пустым пшиком. А эти двое... они не были дикими преступниками — они были жертвами, которые решили бороться.
— Удачи, — прошептал он, глядя им вслед и убирая пистолет в кобуру.
Но удачи им не было суждено найти.
Иван и Алиса вышли из дома, оглядываясь по сторонам. Ночь была тихой и безмятежной, только нежный ветер шелестел листьями на деревьях. Они сделали несколько шагов вперёд, когда вдруг оглушительным громом раздался выстрел.
Первый выстрел попал Ивану прямо в сердце. Ирина никогда не промахивалась. Иван замер, его глаза расширились от шока. Кровь хлынула из раны, и он упал на колени, пытаясь рукой зажать рану.
— Иван! — за мгновение слезы выступили на глазах юной ведьмы, но второй выстрел оборвал её крик и плач. Пуля попала ей в голову, и девушка рухнула на землю, не успев даже поднять руку для защиты.
Жизнь слишком быстро утекала из Ивана и последнее, что он увидел, была падающая рядом Алиса. Иван улыбнулся и тихо прошептал, — Вместе. Навсегда.
Максим услышал выстрелы и бросился к выходу. Его сердце бешено колотилось, а в голове звучал только один вопрос: "Что происходит?"
Он выбежал наружу и увидел ужасную картину.
Иван и Алиса лежали на земле, их тела уже не двигались, а на земле набежала солидная лужа крови. Ирина стояла в тени, её снайперская винтовка всё ещё была направлена на них. Артём подошёл к телам, его автомат был наготове.
— Что вы сделали? — закричал Максим, его голос был полон ярости, непонимания и отчаяния.
Артём обернулся, его лицо было холодным и безэмоциональным.
— Зачистка, — сказал он. — Дикие должны быть уничтожены. Ты что, забыл? Приказы не обсуждаются.
— Они не были дикими! — крикнул Максим, подбегая к ним и падая на колени перед бездыханными телами в тщетных попытках нащупать пульс. — Они просто хотели отомстить за свою деревню! Ира! Ну ты то сама пострадала от оборотней! Разве ты не хочешь отомстить? Разве ты не понимаешь их!
Ирина опустила винтовку и посмотрела на него. В её глазах не было ни капли сострадания или сожаления.
— Всему свое время. А месть лучше подавать холодной. Ты слишком мягкий, новенький, — сказала она. — В этом мире нет места для сантиментов. Если они нарушили договор, они должны быть уничтожены. Точка. Когда-то мои пули найдут и тех оборотней. Стоит им только нарушить договор.
Артём поднял автомат и выпустил целую обойму в уже мёртвые тела. Звук выстрелов эхом разнёсся по ночи.
— Чтобы наверняка, — сказал он, пожимая плечами на молчаливый вопрос Максима и перезаряжая оружие.
Максим встал, чувствуя, как его мир рушится.
Он смотрел на тела Ивана и Алисы, на их пустые глаза, которые ещё несколько минут назад были полны жизни и решимости. На кровь, что медленно вытекала из многочисленных ран. На бледную, худую ладошку, что даже после смерти нежно тонула в большой и сильной ладони погибшего мужчины. На безразличные взгляды своих коллег. Он чувствовал, как ярость и отчаяние наполняют его.
— Вы... вы монстры, — прошептал он. — Даже хуже оборотней. Они хотя бы не скрывают свою суть.
Из темноты вышел Виктор, его лицо было непроницаемым.
— Ты должен понять, Максим. Они нарушали естественный порядок вещей, сформированный много лет назад. А этот порядок сам по себе сохраняет куда больше жизней, чем вот такие... мстители, — сказал он. — В нашей работе нет места для жалости или эмоций. Если ты не сможешь с этим смириться, тебе здесь не место.
Максим посмотрел на него, его глаза горели.
— Я понял, — сказал он. — Я понял, что вы за люди. Хотя какие вы люди. Тьфу.
Плюнув Виктору под ноги, он развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой тела Ивана и Алисы. Он знал, что больше не сможет оставаться в "Конторе". Он знал, что теперь у него есть новая цель — найти тех, кто действительно борется за правду, а не прячется за договорами и правилами.
Максим шел прочь от дома, его шаги были тяжёлыми, но решительными. Его мысли были заняты только одним: он больше не мог оставаться здесь. "Контора" оказалась не тем, чем он её представлял. Это была не организация, борющаяся за справедливость и благо людей, а холодная машина, которая уничтожала всех, кто не вписывался в тайные правила государства. Даже тех, кто, как Иван и Алиса, боролся за правду.
Воспоминание больно кольнуло Максима. Он вспомнил безжизненные глаза Алисы и Ивана. Людей, которых он не знал. Диких, что нарушили правила, но отстояли свою справедливость. Людей, что пробудили в Максиме давно забытое и похороненное за цинизмом и равнодушием - веру в людей.
Фигура Максима удалялась от сотрудников "Конторы".
Еще десяток секунд и мужчина исчезнет в ночи. Ирина подняла свою винтовку. Перекрестная сетка ПСО-1 озорной галочкой зацепилась за спину удаляющегося мужчины.
— Мне выстрелить? Он знает слишком много и может быть угрозой.
Ирина наблюдала за ним и уверенно держала снайперскую винтовку. Палец лежал на спусковом крючке, а глаза холодно следили за удаляющейся фигурой Максима.
Виктор стоял неподвижно, его лицо было словно высечено из камня. Он смотрел на Максима, который уже почти скрылся в темноте. В его глазах читалась борьба. Он знал, что Ирина права: Максим знал слишком много. Он знал о методах "Конторы", о её договорах, о её секретах. И теперь он уходил, возможно, чтобы и правда стать угрозой.
Но Виктор также знал, что Максим не был врагом. Он был идеалистом, который верил в правду, добро и справедливость, будь она неладна. И в этом мире, где тьма поглотила почти всё, такие люди были редки. Возможно, даже ценны.
— Нет, — наконец сказал Виктор, его голос был твёрдым, но в нём читалась усталость. — Пусть идёт.
Ирина нахмурилась, но беспрекословно подчинилась приказу и опустила винтовку.
— Это ошибка, — сказала она. — Он может рассказать другим. Он может вернуться. Да мало ли что взбредет в его дурную голову.
— Он не вернётся, — ответил Виктор. — Он не из тех. Он ушёл, потому что не смог принять наши правила. И это его выбор.
— А если он начнёт охотиться на нас? — спросила Ирина, её голос стал резче. — Ты готов взять на себя ответственность за это и так рискнуть?
Виктор посмотрел на неё, его глаза стали не просто холодными, а ледяными.
— Я уже взял на себя ответственность за многое, — сказал он. — И если он станет угрозой, мы разберёмся с ним. Но не сейчас. Не так.
Ирина замерла, её взгляд был полон недоверия. Но она знала, что спорить с Виктором бесполезно. Он был её командиром, и его слово было законом. Она убрала винтовку за спину, но её глаза всё ещё следили за Максимом, пока он не исчез в темноте.
Виктор стоял, глядя в ту сторону, куда ушёл Максим.
Его мысли были тяжёлыми как свинец. Он знал, что Ирина была абсолютно права: Максим мог стать угрозой. Но он также знал, что убийство Максима не решит проблему. Оно только добавит ещё одну тень к его уже переполненной совести.
Виктор был человеком, который потерял всё. Его семья, его дом, его вера в справедливость — всё это было уничтожено нечистью. Он присоединился к "Конторе", чтобы бороться с этой тьмой, но со временем понял, что сам стал частью этой тьмы. Он убивал, предавал, шёл на компромиссы, чтобы достичь своих целей. Его руки были по локоть в крови и эта кровь не всегда принадлежала монстрам. Каждый раз, когда он смотрел в зеркало, он видел не того человека, которым хотел быть.
Максим был другим.
Он был напоминанием о том, кем Виктор был когда-то. О человеке, который верил в правду, в справедливость, в то, что можно бороться, не теряя себя. И Виктор не мог убить это напоминание.
— Пусть идёт, — повторил он, больше для себя, чем для Ирины и Артема. — У него есть шанс. Больше, чем у нас.
Виктор стоял, глядя в темноту, чувствуя, как тяжесть его выбора давит на плечи. Он знал, что, возможно, совершил ошибку. Но он также знал, что иногда ошибки — это всё, что у нас есть.