Критий называет меня «котурном», так как я стараюсь угодить
и нашим и вашим. Но скажите, бога ради, как же назвать того,
который не нравится ни тем ни другим? Ведь, ты в демократическом государстве был злейшим врагом демократии, а в
аристократическом — злейшим врагом добрых граждан. Я же,
Критий, все время неустанно борюсь с крайними течениями: я
борюсь с теми демократами, которые считают, что настоящая
демократия — только тогда, когда в правлении участвуют рабы
и нищие, которые, нуждаясь в драхме, готовы за драхму продать
государство; борюсь и с теми олигархами, которые считают,
что настоящая олигархия — только тогда, когда государством
управляют по своему произволу несколько неограниченных владык.
...
Этими словами Ферамен окончил речь. Раздался одобрительный гул и стало ясно, что сочувствие большинства на его
стороне. Критий понял, что если он позволит совету голосовать
вопрос о Ферамене, то тот избегнет наказания, а с таким
решением он никак примириться не мог. Поэтому он после
предварительного совещания с соправителями вышел из помещения совета и приказал юношам, вооруженным кинжалами,
занята места на ограде, так, чтобы они оыли видны членам
совета. Затем он вернулся к совету и сказал: «Члены совета!
Я полагаю, что только тот достойным образом защищает своих
друзей, кто, видя, что они вовлечены в обман, приходит им
на помощь и не позволяет, чтобы этот обман продолжался. Я
хочу в настоящем случае поступить таким же образом; ведь,
стоящие там люди говорят, что они не позволят, чтобы я
выпустил из рук человека, явно поносящего олигархию. По новым законам правительство не имеет права казнить никого
из среды трех тысяч, если вы не примете большинством голосов
соответствующего постановления. Зато лиц, не включенных в
список, правители могут казнить по собственному усмотрению.
Поэтому я, согласно желанию всех тридцати правителей, вычеркиваю из списка вышеуказанного Ферамена, и мы предадим его казни собственной властью». Ферамен, услышав это, вскочил
на алтарь Гестии и воскликнул: «Граждане, умоляю вас оказать
мне законнейшую услугу: да не будет Критик) предоставлено
право вычеркивать из списка по своему усмотрению ни меня,
ни кого-либо другого из числа вас. Пусть они судят и меня и
вас по тому закону, который они сами составили относительно судопроизводства над лицами, попавшими в список. Я прекрасно
знаю, клянусь богами, что и этот священный алтарь мне не
принесет никакого спасения; я припал к нему только для того,
чтобы показать, что наши правители не только бессовестнейшие
нарушители человеческих установлений, но и величайшие безбожники.
...
Когда же Ферамена, осужденного на смерть, заставили выпить кубок цикуты, он выплеснул
оставшееся на дне и проговорил при этом, как это делается при игре в коттаб: «Дарю это моему ненаглядному Критию». Я хорошо знаю, что эти изречения вряд ли достойны упоминания; однако, в человеке достойно уважения то, что, стоя
лицом к лицу со смертью, он не теряет ни ясности ума, ни весело-игривого настроения духа.
Друзья, подписывайтесь на канал, ставьте лайки и пишите комментарии. Ваши действия способствуют развитию и продвижению канала в сети.
Для любителей старины наше сообщество в ВК "Домашняя коллекция".
По вопросам размещения рекламы на моих ресурсах или заказа статей и текстов пишите notus@yandex.ru или в других доступных мессенджерах. Для желающих поддержать мои проекты карта СБ 5336 6901 5434 6722
Всем удачи и добра!