Вы — не механизм, не набор отдельных деталей, вы — живой организм, который нужно рассматривать и корректировать как единое целое.
Томас Майерс в своей книге «Анатомические поезда» описывает скелетно-мышечную систему как единую «мышцу», связанную фасцией в различных точках. И, судя по тому, что я видел, он вполне может быть прав.
Фасция — это соединительная ткань, состоящая из коллагена, эластичного вещества, похожего на желе (содержание воды в нём — 70%).
Фасция может быть разной плотности: от мягкой, как вата, до плотной и волокнистой, как оптоволокно.
Сухожилия, связки, надкостница, эпимизий (окружает всю мышцу), перимизий (окружает группы мышечных волокон, соединяя их в пучки), эндомизий (окружает отдельные мышечные волокна), капсулы суставов и мембраны, окружающие органы, нервы, спинной и головной мозг — всё это часть фасции. Она похожа на трёхмерный чулок, окружающий все структуры тела.
Джон Апледжер говорит, что фасция — это лабиринт, который позволяет перемещаться от одной части тела к другой, не покидая фасцию.
Мы называем эти структуры по-разному, но на самом деле они — часть единой системы, которую Томас Майерс называет системой биомеханической регуляции натяжения ткани.
Поэтому ограничение в одной части фасциальной системы влияет на все остальные части в большей или меньшей степени.
Простой способ это продемонстрировать — натянуть и скрутить небольшой участок ткани, например, вашей футболки, и посмотреть, как от скручивания расходятся линии боли в разных направлениях от первичного ограничения.
Фасция — это ткань, которая держит нас вместе и позволяет передавать силы по всему телу.
В фасции в десять раз больше чувствительных нервных окончаний, чем в мышцах, поэтому она играет ключевую роль в проприоцепции. В нормальном, здоровом состоянии фасция может свободно двигаться и скользить.