Начало:
Предыдущая:
Вот так, благодаря Гордею, и устроились они на ночёвку. Птица с опаской поглядывала на костёр и на своих гостей, а в больших печальных глазах застыло выражение любопытства и опаски. Но гости вели себя прилично, ничем не тревожили и были очень вежливы, а она очень уж истосковалась по общению. Скучно ведь здесь сидеть, да одни лишь яблоки есть, пусть и самые вкусные они в этом мире.
- Скажи, нравится ли тебе зерно? У нас тут каша, да репа есть, разделишь с нами? - Гордей взял на себя обязанность переговорщика, а вот Воронушка пока молчала, только слушала внимательно. Но столько вопросов было к этой чудной птице! Да и кто запер её в этом саду?
- Кашу я люблю, - просто ответила птица, устраиваясь поудобнее. Перья у неё были пёстрые, и походили больше на наряд дрозда, что любит рябиной лакомиться, вот только изнутри крылья у неё были чёрные. Незнамо как, но волосы тёмные были в косу у неё убраны, а в том месте, где человеческая шея в птичье тело переходило, было замысловатое ожерелье со светлыми каменьями. Вот только тоже - весьма и весьма простое.
За ужином никто не болтал, насладились простой, но сытной пищей, после чего решилась вести разговор уже Воронушка:
- Спасибо за то, что разрешила остаться. Местность эта нам не знакома, и так хорошо, что наткнулись на твой сад! И уж прости наше любопытство досужее, но слышали мы про то, что есть три чудесные птицы, и все они о бедах, да горестях поют, правда ли это?
- Вот что людская молва делает, - покачала головой птица, после чего грустно улыбнулась: - Есть у меня две сестры, что над землей летят и каждая о своём поёт. Одна, действительно, вещает о бедах, что землю эту ждут. Вторая моя сестрица поёт о благостях, что землю ожидают, а я… горевестница. Вот только не о земле, о людях рассказываю.
- А разве нет ещё одной сестры, что о хорошем людям говорит? - удивился Гордей такому. Как-то неровно получается, если есть две что в общем говорят, и только одна, что для людей конкретно петь может!
- А я таковой и не была раньше, да вот только люди не любят, когда им о хорошем говорят, всё больше о плохом думают, да только зло запоминают, - птица чудесная поджала губы, словно сдерживаясь, после чего поглядела на Гордея: - Очень давно, прилетела я в этот сад, чтобы полакомиться яблоками - как и мои сёстры, очень я их люблю. Вот только силок здесь был, с зачарованной цепочкой, в который я и попалась. А потом начал ко мне человек приходить и рассказывать о зле, что в разных обличьях по земле этой бродит. Хотел он от меня слёзы мои получить, да вот ничего у него не вышло. Окрасило это большую часть моих перьев в чёрный цвет. Потом, перестал ко мне этот человек являться, да вот только суть моя изменилась, впитала в себя его рассказы. И с тех пор каждому, кто ко мне сюда заглядывал, я о его будущих бедах рассказываю.
Сверкнула глазами птица, улыбнулась недобро, но что Воронушка, что Гордей - оба только плечами пожали, и нисколько они не испугались мрачного вещания птицы. Гордей так и вовсе, в свете костра старательно записывал то, что птица говорила.
- Так может освободить тебя надо? Вернёшься ты к сёстрам? А они почему не смогли тебе помочь? - спросила Воронушка.
- Цепочка эта пусть и кажется тонкой, да зачарована она особым способом, - вытянула птица-горевестник лапу, показывая Воронушке эту цепочку.
Сёстры её неоднократно спасти пытались, прилетали поначалу сюда каждый день, да потом человек тот их напугал тем, что коль мешать они будут, то он их тоже на цепь посадят. Тогда птица-горевестник сёстрам запретила к ней прилетать, в конце концов не уморит он ведь её! Да вот только с цепи никуда она деться не могла.
Так ведь и вышло - человек тот уже столько лет не является, а она всё тут сидит, да мыслям безрадостным предаётся. Только иногда кто-то в сад приходит, вот как эти двое, да удаётся ей напророчить беды кому-то, в чужое будущее заглянуть. И вроде не по нутру ей это, а вот только так теперь и может.
- Это ж сколько ты здесь пробыла? - с сочувствием спросила Воронушка.
- Нет для меня времени в вашем понимании. Но когда прилетела я сюда, в саду этом совсем мало яблонь было, и были они молодыми. А потом тот ,кто меня пленил насадил деревьев ещё больше, забором обнёс, да сгинул неизвестно где. А если освободите меня… то что за это потребуете? - Птица-горевестник пристально взглянула на гостей своих.
- Не стану тебя обманывать. Мы тоже явились сюда тоже не просто так, хотя и нашли твой сад совершенно случайно, - Воронушка чуть кивнула Гордею, когда тот рот открыл, чтобы перебить девушку. Нет уж, никогда она намеренно не врала, и сейчас не будет, это ведь неуважение к собеседнику, вернее к собеседнику! Особенно к той, что в её судьбу заглянуть не может.
Но и тут становилось понятно почему сестёр-птиц всего три - две вещают о землях ,а одна о людях. Вот только одну здесь насильно посадили, да на беды переучили… Интересно, кто это был, и куда он пропал? Видимо план свой он так до конца и не осуществил, раз птица тут продолжает находиться. Страшно было представить, что он мог замышлять и на кого птицу наслать, ведь не только ради её слёз он всё это затеял. Хотя чего гадать? Ответо всё равно уже не найти, а вот птице помочь можно.
- И что же ты попросишь у меня?
- Мне нужна одна твоя слеза.
- Всего лишь одна? - удивилась птица.
- Да. Нужно мне очень помочь своей бабушке кое с кем встретиться, а для этого нужна слеза птицы-горевестницы. Может быть и твою сестру имели в виду, но кажется мне, что твоя слеза тоже подойдёт, - сказала Воронушка, представляя, сколько у Гордея вопросов будет потом.
- Что ж не так уж и много, если подумать. Скучно мне здесь… а может вы своё будущее хотите узнать? Про беды, что вас ожидают? - вспыхнули глаза у птицы мрачным огнём, но Воронушка только плечами пожала, смело ей в красивое лицо заглядывая:
- Мне вот не интересно это знать. Что будет, то будет, и пусть приходит как есть, а не тем, что я намыслю себе. Но может Гордею будет интересно?
Гордей же, помолчав, проговорил:
- Не могу сказать, что мне не интересно узнать, что меня ждёт, и большей частью что за беды на моём пути встретятся. Но ,с другой стороны - зачем мне это знать? правильно сказала Василиса - только себе додумывать начну лишнего, накликаю что похуже. А вот от пера твоего бы я не отказался - писать им буду.
Птица-горевестница, немного подумав, важно кивнула, после чего расправила крылья:
- Да будет так! Коль освободите меня, то дам я то, что вы хотите, и беды ваши будущие унесу с собой.
По темноте, конечно, не стали Гордей с Воронушкой с цепочкой странной разбираться, а утра дождались. Горевестница не слишком верила в то, что люди будут с её неудобством таким разбираться, но не препятствовала, а с любопытством наблюдала, как они изучают цепочку, которая была одним концом к её лапе привязана, а другим к обычному колышку, что в землю был просто вбит. Конечно, Воронушка сразу его попыталась вытащить, так он вообще не шелохнулся!
Гордей же изучал цепочку, причём в руках у него было какое-то странное стёклышко, через которое можно было разглядеть маленькие звенья! Птица от такой диковинки чуть ли не шарахнулась вначале, а потом выпросила у Гордея стёклышко и принялась всё вокруг через него осматривать.
Вот только пока ни Воронушка, ни Гордей не представляли, как цепочку заколдованную можно с лапы птицы снять.
Продолжение:
