1 марта 1995 года убили В.Н. Листьева. Завтра 30 лет. А 1 марта 2017 года у себя в блоге Марина Юденич (которая рулила накануне убийства пресс-службой Бориса Ельцина), помню, выложила не вполне стандартный пост (и, с точки зрения многих наших общих знакомых, спорный):
«Я знала его мало и весьма шапочно, потому - личных воспоминаний о нём не будет. Про то, что убийцы так и не найдены большинство сегодня промолчит. Листьев не в тренде, потому что - простите уж за цинизм – убили его не при Путине. Дед (Ельцин – Е.Д.) у гроба обещал найти и покарать убийц, хотя ему настоятельно рекомендовали не произносить этой фразы. Но иногда он мог выдать внезапную "загогулину"... Эта - про найдём и покараем - по крайней мере, была логичной.
И тогда, и сейчас я не верила ни в политическую, ни в экономическую версии этого убийства. Тогда - даже больше, чем сейчас - поскольку в памяти слишком свежи были воспоминания о том, как Листьев стал во главе ОРТ.
Собственно и не воспоминания даже, а прямо-таки день вчерашний - январь 1995. Его назначили "семибанкиры" (по совместительству - акционеры - ЛОГОВАЗ, Менатеп, Альфа, Столичный, Нацкредит, Микродин, Газпром ) в кабинете Игнатенко в ТАСС в присутствии Чубайса и Шабдурасулова (от Правительства), Сагалаева, Лесневской, Юмашева, кого-то ещё (Малкина и Прошутинской, я с ними об этом беседовал – Е.Д.), не помню уже.
Сведения об истории «семибанкирщины» туманны, списки фигурантов разнятся, даты ее правления вряд ли когда-либо зафиксируют. Об этом явлении можно судить лишь в контексте экономической истории страны. Поскольку она почти целиком состоит из мифологии, рассказывать о тайной финансовой власти, захватившей в стране все ценное, а затем сгинувшей в никуда, имеет смысл только в легком жанре. Историю «семибанкирщины» все её основатели рассказывали и рассказывают совершенно по-разному. При этом за давностью лет никакой тайны участники этого неформального объединения из происходившего не делают. Готовы говорить о «семибанкирщине» едва ли не часами, а кто-то даже успел с мемуарами.
От АП были мы с Серёжей Носовцом.
Первой кандидатурой был Сагалаев. Он был согласован с АП, но банкирская вольница тогда мало ориентировалась на башни. Березовский выступил против и Сагалаев немедленно (и явно обидевшись) снял свою кандидатуру.
Второй рассматривали Лесневскую. И тоже мимо, хотя БАБ (Березовский - Е.Д.) лоббировал активно. Ребята из охраны, которые дожидались в приёмной, рассказывали, что она чуть ли не разрыдалась за дверью.
Но как бы там ни было, ситуация зашла в тупик.
Игнатенко удалялся то с Чубайсом, то с Березовским. Носовец звонил Коржакову, который позже самолично приехал в ТАСС.
Мне было пофиг - у меня на ту пору был роман с одним из акционеров, мы просто трепались в ожидании того момента, когда "эта байда" ( по его выражению ) закончится и можно будет ехать ужинать в "Токио".
Новый валютный ресторан "Токио" открылся 22 июля 1992 года в гостинице "Россия". Главная особенность третьего японского ресторана в Москве — "теппаняки-меню": блюда готовятся на глазах у гурманов. Самый дорогой ужин обходится в 90 долларов. Как сообщил заместитель директора СП "Рон" Валерий Морозов, "Токио" — один из самых крупных в Европе японских ресторанов, специализирующихся на теппаняки — приготовлении пищи в присутствии клиента на столе, совмещенном с плитой. Зал ресторана поделен ширмами на небольшие комнаты, в каждой из которых два стола-теппаняки на 20 мест.
В какой-то момент как-то спонтанно и сразу несколько человек назвали Листьева.
Внезапно и неожиданно.
В первую очередь, для него.
Согласились все, сразу и практически без обсуждения.
И мы наконец поехали ужинать в "Токио"
Теперь постарайтесь понять меня правильно. Ни в коей мере не хочу приумалить фигуру Листьева - журналиста. Она велика. Говорят, он был прекрасным человеком. Верю безоговорочно. Организатором и медиа-менеджером - тоже. Без вопросов.
Но политически и финансово на тот момент он не представлял серьёзной силы. И вообще никакой не представлял. Потому и стал бесспорной компромиссной фигурой.
Игры с мораторием рекламы - а вернее распределением финансовых и политических рычагов - были играми больших - на ту пору - дядек: Коржакова, Березовского, Гусинского и иже.
Никак не Листьева. И даже Лисовского - хотя тогда он был на пике - никак. Его не надо было убивать и даже пугать в подъезде (была версия, что хотели испугать и перестарались. Достаточно было позвать в один из Домов приёмов - на Новослободскую или на Косыгина). И просто объяснить. Даже не повышая голоса.
А если бы я вдруг взялась писать роман о гибели известного журналиста в предлагаемых обстоятельствах, то много внимания уделила бы его личной жизни. И женщинам, которые были рядом.
Но это уже совсем другая история. К тому же, я давно не пишу романов».
Конец цитаты. Замечу, что версия про попугать - моя (написал об этом книгу «Влад Листьев. Пристрастный реквием»). Но песня совсем не о том ©.
Я решусь прокомментировать. Я читал материалы дела. Да, у вдовы (Альбины Назимовой) был мотив. И реальный инструментарий.
В конце 90-х, помню, грянул скандал, когда в «МК» опубликовали текст о том, что согласно протоколам к выстрелам 1 марта 1995 года причастна вдова Влада.
Андрей Разбаш на следующий день после публикации приехал к владельцу издания Павлу Гусеву и тот познакомил его с автором заметки объяснил, что заказчик публикации – Сергей Лисовский.
После этого в Домжуре экс-коллеги погибшего устроили пафосную пресс-конференцию, где Разбаш сравнил заказные тексты с заказными же убийствами (прозвучал термин «социальное киллерство»), а Леонид Аркадьевич Якубович даже предложил учредить суд чести для журналистов.
Для тех, кто в танке ©: Андрей Леонидович Разбаш стал ОТКРЫТО встречаться с Альбиной Владимировной Назимовой, когда ещё 40 дней не прошло, потом они расписались (по факту этот брак стал третьим для каждого).
Так вот, я вдову (помню, в компании её величали Ночкой) никоим образом не романтизирую, но не готов согласиться с версией, что именно Назимова заказала Влада: она из тех, кто очевидно предпочитает договариваться и манипулировать.
И договаривалась, когда было надо.
Помню, за полгода до того резонансного расстрела в подъезде Листьев сообщил знакомым что принял решение - развод (он на тот момент был увлечён гинекологом своей жены, которую опять же в компании звали Верандой). И Альбина через своего друга Андрея Макарова (который, к слову 1 марта 1995 года и нашёл вторую гильзу, незамеченную операми) дала понять соратникам мужа, что в случае официального развода отожмёт акции Влада, все 16.43%.
Скандалов никто в компании (речь о ВИDе) не пожелал. Демидов, Любимов, Разбашом дали понять коллеге: резвись на стороне сколько душе угодно, но никаких разводов и разборок имущественного характера.
Так что, язык компромисса был Владу хорошо знаком: в этом аспекте Юденич права на все 100%.
Здесь интересно другое: многие их тех, кто мог бы сказать весомое слово – предпочитают молчать.
Допускаю, что тривиальная разгадка – в одном из комментов к процитированному выше посту Юденич. Гайа Васина тогда вспомнила:
«За полгода до гибели, Листьев делал «Тему» с моим мужем. Взял двадцать тысяч долларов (ноябрь 1994), обещал пригласить значимых людей, обманул. Мы были не первые кого так кинули, кто-то обещал разобраться. …Тема передачи была предложена самим Л. и оппонентов гарантировал он лично как и деньги брал из рук в руки, сидя в нашей машине возле здания Останкино. Время было 23 часа. Я безотрывно смотрела на свои часы - первый Chopard».
Тема — одна из первых российских телепрограмм в жанре ток-шоу. Производилась телекомпанией ВИD. В студии зрители и гости программы обсуждали актуальные проблемы современности, вели разговор о том, что интересно всем. С 31 января 1992 по 28 марта 1995 года передача выходила в эфир на 1-м канале Останкино, а с 4 апреля 1995 по 4 марта 2000 года на ОРТ.
Для тех, кто в танке ©: в 1994 году за $20 тысяч в Москве можно было купить двушку в приличном районе. Допускаю, помня скандальные расклады, что Листьев брал эти деньги не себе лично, а, сформулирую так, в «общак» компании, коим рулил красавчик Саша Горожанкин.
Такое кидалово было обычным делом в те годы.
Помню, например, чудесную историю с обложкой журнала «Лица».
Или другую, окончившуюся покушением. Публицист берёт деньги за публикацию в престижной газете, потом ссылается на форс-мажор, деньги не возвращает. Его избивают до смерти почти… Версий обнародовано много, лично + публично Дмитрий Медведев грозится найти злодеев, только не про деньги.
Это практика, ещё раз проговорю.
И за это могли грохнуть. Но ведь это был почти государственный дискурс – заработай или умри! – спасибо гайдарочубайсам ©.
С тех пор так и живём. Не все, нет, конечно. Даже в медийке © не все. Кто-то рискует, а кто-то брезгует. Кого-то убивают, а кто-то выигрывает.
Вот Листьев, очевидно, проиграл. Владик был лучше и честнее многих, как парадоксально это ни звучит сейчас. Однако негоже игнорировать тот жёсткий ельцинский контекст. И правила игры.
Тогда всё встанет на свои места.
Место Владислава Листьева оказалось на Ваганьковском.
Это несправедливо. Увы, блистательного телевизионщика забыли многие из тех, кто 30 лет назад числил себя в его фанатской страте.
Я помню, хотя фанатом не был никогда.
Современная российская писательница, журналистка, политтехнолог Марина Андреевна Юденич родилась 8 июля 1959 года в городе Орджоникидзе, Владикавказ.
В 1989 году она с отличием окончила Всесоюзный юридический заочный институт. Юденич некоторое время работала журналистом, вела передачи на радио и телевидении.
В 1994 году заняла должность заместителя начальника Информационного управления Администрации Президента РФ, была руководителем пресс-службы Бориса Ельцина.
С тех пор политтехнолог ведет активную общественную и политическую жизнь. С 2017 года Марина Андреевна – советник губернатора Московской области.
Марина Юденич создает увлекательные детективные и мистические романы.