В субботу - 30 лет со дня убийства Владислава Листьева.
По этому поводу оставлю фрагмент интервью Сергея ШАХРАЯ, забытого ныне архитектора БЕЛОВЕЖСКОЙ СДЕЛКИ, прикончившей СССР (публиковал это в 1995 году в МОЕЙ ГАЗЕТЕ, которую мы делали вместе с автором беседы Андреем Ванденко под президентские выборы 1996).
— Взаимоотношения государства и прессы. Поговаривают, что Шахрай чуть ли не цензуру вернуть хочет.
— Государство не может развиваться, не разъясняя населению свои шаги. Для этих целей и нужны государственные СМИ. При подготовке к думским слушаньям по государственной информационной политике я проштудировал законодательства ряда стран (напомню, интервью 1995 года - Е.Д.). Так, как этот процесс регулируется за рубежом, нам и не снилось. Вы, к примеру, знаете, что во время операции “Буря в пустыне” ни один кадр не попал на телеэкраны Америки без визы специально созданной при военном командовании группы аналитиков?
Единственный журналист вставил в репортаж не санкционированный трехминутный сюжет, и разразился грандиозный скандал. Вы не обратили внимание, какими были первые кадры репортажа CNN с оккупированного острова Гаити? Американский солдат дарит шоколадку негритенку, а местный старик кланяется в ноги освободителям. Этот репортаж крутили на протяжении недели!
Сфера военных интересов, госбезопасности контролируется на Западе беспрекословно. О том, что творится у нас, и говорить не хочется.
Официальной власти нужен рупор, – аксиома.
Из последних примеров (напомню, интервью 1995 года - Е.Д.) наиболее яркий – Чечня. Теперь, думаю, всем стало ясно, что у России нет государственных средств массовой информации. А убийство Влада Листьева, точнее поведение руководителей якобы государственных телеканалов, самолично решивших отменить в знак траура все трансляции на страну, продемонстрировало, что и на ТВ государство не хозяин. С таким положением мириться нельзя. Это бардак!
— Оргвыводы? В частности, по телевидению.
— К счастью, пока хватает ума в выводах не опускаться до элементарных кадровых перестановок (напомню, интервью 1995 года - Е.Д.). Дело не в стрелочнике. Нужно менять государственную политику по отношению к СМИ: разработка концепции, реформа существующих как бы государственных газет и телеканалов, финансирование, подбор кадров.
— А с ОРТ что делать?
— Уже все сделано (напомню, интервью 1995 года - Е.Д.). Те, кто провел акционирование первого канала, столь стремительно разрушили старые структуры “Останкина”, что возврат к прошлому исключен. Возвращаться просто уже некуда. Для меня очевидно, что со схемой реформирования поторопились, хотя перестройка первого канала не только назрела, но и даже перезрела. Тем не менее кое-что менять все равно придется. Думаю, это понимают и люди из ОРТ.
ЛИСТЬЕВ.
ИЗ КОММЕНТОВ:
Чтобы государству управлять ТВ контентом не обязательно иметь государственное телевидение. СНН кстати не государственное. Есть несколько приёмов, отработанных американским правительством в ходе изучения уроков и опыта войны во Вьетнаме. Вьетнамская война была последним в истории США конфликтом, где СМИ работали практически без государственного контроля. Не без оснований директор ЦРУ Бэрнс как то сказал, что войну во Вьетнаме выиграли американские СМИ. Ярким примером является весеннее наступление 1968 года (1968 Tet Offensive) - классический пример, когда освещение в СМИ создало прямо противоположное впечатление о результатах военной операции. В том случае военную победу одержали американцы, но американские СМИ убедили всех, что американская армия позорно проиграла. Это вызвало бурю протестов и привело к началу женевских переговоров. Сейчас есть несколько основных приемов контроля за тем как освещается вооружённый конфликт в СМИ - от контролы за тем, кто имеет доступ к войскам на передовой (embedded reporting) до предварительного контроля репортажей стыдливо называемом проверкой фактов (independent verification of Prime reporting). Последнее иногда принимает форму фарса, когда репортёр посылает репортаж редактору в Лондоне или Вашингтоне, а ему в ответ не поставим, потому что наши верификаторы (обычно пара прыщавых 20 летних младших researches) говорят что вы не могли видеть то что вы видели потому что этого нет и быть не может. Именно поэтому сейчас все больше отказываются от реального frontline reporting и освещают например Сирию сидя в Йерусалиме или на Кипре.