Византийские авторы, такие как Пселл, Комнина, Григора, Пахимер и Кантакузин, применяли термин "скифы" в отношении сельджуков (XI–XII века), монголов (XIII век) и османов (XIV век). Соответственно, сельджуков называли "скифами" авторы XI–XII веков (Пселл, Комнина), монголов — XIII–XIV веков (Григора, Пахимер), османов — XIV века (Григора, Кантакузин). Считается , что это было связано с "традицией" представителей классической греческой историографии (Геродот, Страбон, Птолемей), которые "скифами" называли кочевников северных и восточных степей. В действительности, это следствие хронологического сдвига, согласно которому Геродот, Страбон и Птолемей жили в XIII- XV-х веках.
Михаил Пселл (ок. 1018–1078 или позже), философ и историк, в своей "Хронографии" описывает вторжения сельджуков в Малую Азию в XI веке. Хотя он чаще называет их "турками" (Τούρκοι), в некоторых контекстах он использует термин "скифы" для подчеркивания их кочевого характера. Например, описывая набеги сельджуков при императоре Романе IV Диогене (перед битвой при Манцикерте 1071 года), Пселл пишет:
"Скифские племена, подобно бурному потоку, хлынули с востока, неся разрушение и опустошение" (Хронография, кн. VII, гл. 44).
Анна Комнина (1083–1153), автор "Алексиады", описывает сельджуков как угрозу Византии во времена её отца, императора Алексея I Комнина. Она тоже использует термин "скифы". Например, говоря о тюркских набегах в Малой Азии, она пишет:
"Эти скифы, не знающие ни порядка, ни закона, подобно ветру носились по нашим землям, грабя и уничтожая всё на своём пути" (Алексиада, кн. VI, гл. 10).
Анна явно имеет в виду сельджуков (или их союзников, таких как туркмены), хотя прямо называет их "турками" чаще. Османы в её время ещё не существовали как заметная сила.
Никифор Григора (ок. 1295–1360), историк эпохи Палеологов, писал в период подъема османов и монгольского влияния в Анатолии. В своей "Римской истории" он иногда применяет термин "скифы" к кочевым народам, включая монголов и ранних османов. Например, описывая монгольские вторжения XIII века и их последствия для региона, он отмечает:
"Скифские орды, подобно саранче, покрыли восточные земли, и никто не мог противостоять их ярости" (Римская история, кн. IV, гл. 5).
Григора также упоминает османов, которые к тому времени начали угрожать Византии. В одном из пассажей он пишет о "скифских племенах с востока", имея в виду тюркские силы, включая османов, которые действовали в Малой Азии после ослабления сельджуков и монгольского владычества:
"Эти новые скифы, поднявшиеся из глубин Азии, окружили наши города, подобно волкам" (Римская история, кн. VII, гл. 3).
Георгий Пахимер (1242–ок. 1310) также использует "скифы" как обобщающий термин для кочевников. Например, описывая тюркские племена в Малой Азии (включая остатки сельджуков и предшественников османов), он пишет:
"Скифы эти, подобно древним ордам, не ведают покоя и сеют хаос на наших границах" (Исторические записки, кн. V, гл. 12).
Пахимер застал начало монгольского влияния через Ильханат и упадок Румского султаната, но османы как отдельная сила появляются чуть позже его времени. Его "скифы" чаще всего относятся к тюркским группам в целом.
Иоанн VI Кантакузин (ок. 1292–1383), император и историк, в своей "Истории" описывает османов как растущую угрозу. Говоря о набегах османов на византийские территории в 1340-х годах, он пишет:
"Скифские всадники, подобно стрелам, пронзали наши земли, не оставляя ни следа надежды" (История, кн. III, гл. 45).
Кантакузин также упоминает монголов (например, в контексте их союза с османами против Византии), используя схожую терминологию:
"Эти скифы с востока, союзные новым варварам, усилили давление на империю" (История, кн. III, гл. 60).
Кроме того, византийские авторы использовали термин "скифы" (греч. Σκύθαι) для обозначения различных северных или кочевых народов, включая варягов (скандинавов или русов). Варягов чаще называли "тавроскифами" (Ταυροσκύθαι) (то есть прибывшими к ним из Тавриды - Крыма), "росами" (Ῥῶς) или просто "варварами". Однако есть примеры, где варягов называли "скифами", как и в "Повести временных лет". Напомним, что в "Повести временных лет" есть интересное упоминание о том, как греки называли различные племена "Великой Скифью". В частности, в летописи говорится:
"Пошел Олег на греков, оставив Игоря в Киеве; взял же с собою множество варягов, и славян, и чуди, и кривичей, и мерю, и древлян, и радимичей, и полян, и северян, и вятичей, и хорватов, и дулебов, и тиверцев, известных как толмачи: этих всех называли греки Великая Скифь".
Это упоминание показывает, что термин "Великая Скифь" использовался греками (византийцами) для обозначения широкого спектра народов, включая варягов, славян и финно-угорские племена.
Анна Комнина (1083–1153), автор "Алексиады", описывая события правления своего отца Алексея I Комнина (1081–1118), иногда использует термин "скифы" для обозначения народов, приходивших с севера, включая тех, кого можно ассоциировать с варягами или русами. В контексте Первого крестового похода (1096–1099) и предшествующих набегов она упоминает северные племена, среди которых могли быть варяги. Вот цитата из "Алексиады":
"Ибо скифы, обитающие за Истр [Дунай], и другие варварские племена, собравшись в великом множестве, перешли реку и устремились к нашим границам, подобно бурному потоку" (Алексиада, кн. X, гл. 5).
В этом отрывке "скифы" в первую очередь относятся к печенегам, византийцы иногда включали в эту категорию и другие северные народы, такие как варяги, особенно если те действовали в союзе с кочевниками.
Лев Диакон (ок. 950–ок. 1000), историк X века, в своей "Истории" описывал походы киевского князя Святослава Игоревича против Византии в 969–971 годах, где прямо называл русов "тавроскифами" (выходцами из Тавриды - Крыма):
"Тавроскифы же, которых называют также росами, будучи народом воинственным и дерзким, двинулись против ромеев с огромным войском" (История, кн. VI, гл. 10).
В общем случае слово "скиф" было синонимом слова "степняк".