Всё началось с Дрездена... Проклятый город! Недаром англичане сожгли столицу Саксонии в феврале сорок пятого. Англосаксам было, за что мстить тем же саксонцам. Вот, что за народ?
(часть 1 - https://dzen.ru/a/Z4ZQYcAzDg_E7VNy)
Бекир Чакынджи, развалившись в кресле, с тоской разглядывал племянника, стоящего перед ним с докладом в кабинете загородного дома. Тымюр не оправдал надежд, проколы идут один за другим…
Вокруг живут правильные немцы с их «Ordnung und Disziplin», к которым прибавилась демократия и толерантность. Германия – прекрасная страна для ведения бизнеса, если даже младший племянник Тезер (быстрый воин!) получил за убийство такой срок, о котором Бекир даже не мог мечтать.
Ну, здесь ещё поработали адвокаты… В Турции такой бы номер не прошёл. Ох уж эта молодёжь! Те же племянники до сих пор не понимают, что их отправили в Саксонию не для привлечения внимания к синдикату, а для разведки бизнеса на новых землях.
Отрастили волосы до плеч, нацепили кожаные куртки с чёрными кепками и ходят из одного ночного клуба в другой. А кто работать будет? Да и сам дядя дал маху!
Думал, что на восточных землях будет всё просто, и немцы начнут бояться турок, как в Эссене? Надо менять стратегию и что-то делать с племянниками, если Аллах не дал ему сыновей.
Тымюр не потянет организацию, как его ни натаскивай. Не тот человек! Надо дождаться выхода Тезера и подготовить мальчика к более серьёзным делам. Когда-то молодой Бекир сам начинал с автомобильной компании в Эссене, а затем перешёл на рэкет и контрабанду.
Глава преступного синдиката, получивший в своё время высшее образование, поставил жёсткое условие племяннику: за время отсидки заняться повышением интеллекта, благо немецкая система наказания сама идёт навстречу и организовывает в тюрьмах бесплатные курсы.
Освободится, покажет аттестат, останется в деле. Если выйдет тем же необразованным «айыпом» (Ayıp – позор, чухан – по-нашему); значит, отправится пасти овец на земле предков. Тезер в ответ передал через адвоката, что вдобавок к учёбе начал заниматься большим теннисом.
Хороший мальчик! Наконец-то начал соображать, что к чему. А в Германии очень хорошие тюрьмы… Бекир глотнул остывший кофе и взглянул исподлобья на родственника. Из доклада Тымюра следовало, что русский с бородой больше не был замечен в дрезденском районе Radeberger Vorstadt.
А старик, в доме которого он жил, уехал к родственникам в Мюнхен. Поиск осложнился отношением горожан к нашим людям – на контакт не идут, стоит чуть надавить, как сразу появляются скинхеды или байкеры.
С последними произошла новая стычка в том же баре «Эспланада», туркам пришлось покинуть заведение. Дядя не выдержал и выругался на наречии провинции Трабзон северо-востока Турции: «Тупые саксонцы!».
Тымюр вздрогнул, но, смог продолжить доклад. Наблюдение в Лейпциге за русской, бывшей владелицей земельных участков, тоже ничего не дало, кроме одного странного совпадения.
Мафиози поднял голову и так взглянул на племянника, что тот сразу полез во внутренний карман, вытащил сложенный лист бумаги и, сделав пару шагов вперёд, положил на стол перед дядей.
– Что это? – Бекир вначале потянулся за очками, затем развернул бумагу.
– Ксерокопия паспорта гражданина Украины, родом из Крыма. Зовут Ильдар Ахметов.
– Крымский татарин? Ну и что?
Тымюр старался говорить на родном языке, сухо и только по делу:
– В нашем кафе у Центрального вокзала появился русский с бородкой, который искал двух палестинцев. Мы поговорили с одним из них в ливанском ресторане. Он представился, как Адис, и подтвердил, что встречался с татарином из Крыма по своим делам. И этот Ильдар якобы не подходит под описание русского боксёра: ниже ростом и среднего телосложения. Мы решили убедиться сами, прошлись по ближайшим отелям и нашли место, где он жил. Крымский татарин освободил номер неделю назад и со слов персонала выехал на Украину. За деньги нам сделали ксерокопию документа. Когда мы показали вторую банкноту и фото русской, немки на ресепшене подтвердили, что именно она приходила к Ахметову. Русскую трудно забыть. Очень красивая! – Молодой турок чуть наклонился в сторону босса и доверительно сообщил: – В Лейпциге легче работать, чем в Дрездене.
– Странно… – Бекир откинулся на спинку кресла и приказал племяннику: – Кофе мне принеси! И себе чашку захвати.
Родственник тайно выдохнул и ринулся выполнять указание дяди. Хозяин дома задумался. В самом деле, странное совпадение! Буквально на днях из телефонных переговоров с земляками, Чакынджи узнал об организованных палестинцами новых поставках оружия из Крыма.
Товар пойдёт через Турцию в Сирию, ну, а дальше, как Аллах даст. Главное, чтобы торговцы вовремя заплатили за транзит и не принялись снабжать курдов. И здесь палестинцы смогли выйти на крымских торговцев раньше, оставив в стороне коллег по бизнесу из Стамбула.
А сегодня он узнаёт о неком татарине из Крыма, который общается не только с арабами, но и с бывшей женой того самого Студента, которого как-то не вовремя застрелили в России.
Для Бекира было бы спокойней, если бы русский погиб здесь, в Германии, от рук его людей. Да и Гамлета похоронили спустя три месяца на том же кладбище в Санкт-Петербурге. Странные стечения обстоятельств одновременной смерти двух врагов? А если они оба живы?
Мафиози тяжело вздохнул. Тогда его жизнь в опасности. Турок повернул голову и уставился на любимую картину за окном: белеющий вдали комплекс зданий виллы Хюгель (Villa Hügel, дословно «вилла Холм»), родового имения династии Крупп, чьим соседством Бекир гордился с самого первого дня переезда в загородный дом.
Потому что, Крупп – это имя, известное каждому образованному человеку. Крупп – это деньги, сталь, оружие, власть, нацисты и тюрьма... И снова деньги! А это по-нашему. По-турецки…
В кабинет вошёл Тымюр с подносом в руках, расставил чашки с блюдцами, разлил горячий кофе и встал напротив. По кабинету поплыл густой аромат бразильского напитка.
Дядя кивком разрешил родственнику присесть за огромный стол из красного дерева и, сделав обжигающий глоток, зажмурился от удовольствия и сказал:
– За русской продолжить наблюдение, в контакт не входить.
– Возникли проблемы. – Сообщил осмелевший племянник и глотнул из крохотной чашки.
– Какие ещё проблемы?
– Врач Елена Копф владеет небольшим медицинским центром на Karl-Liebknecht-Straße, там по документам всё чисто, мы проверили через Рейхманна.
Босс перебил:
– Как там Хейнс?
– Работает в администрации, но пить стал чаще.
Бекир снова вздохнул. Ещё одна помеха для бизнеса! Может, дать поручение племяннику самому снять головную боль?
Нет, лучше поручим позднее узкому специалисту, чиновник пока пригодится. Тымюр опять напортачит, а дело серьёзное. Родственник получил разрешающий кивок и продолжил:
– У центра часто появляется машина с дипломатическими номерами, да и сама врач по выходным лечит русских на Turmgutstraße в Генеральном консульстве.
– Мой племянник до сих пор боится русских? – Усмехнулся дядя.
– Водитель русской машины больше похож на военного, – с обидой в голосе сообщил молодой турок и добавил: – И ещё Адис заявил после пятничной молитвы, что с прошлой недели Ärztin Helena работает у них семейным врачом.
Бекир Чакыджи снова выругался на родном наречении. Палестинцы будут оберегать своего врача-мусульманку, как члена семьи. Где они ещё в Лейпциге найдут доктора для жён и детей?
Но почему так много совпадений и такое внимание со стороны русских и палестинцев к обычному врачу-переселенке? У неё есть муж? Надо будет ещё раз поговорить с Хейнсом. Что-то здесь не так! Дядя допил кофе и отпустил племянника, велев позвать начальника охраны.
Молодой человек, появившийся в кабинете в стильном костюме без галстука, был младше босса на десять лет и носил ходовые турецкие имя и фамилию Мехмет Гюллер (Mehmet Güller), что означало, хваленный и улыбчивый.
Имя и фамилия не соответствовали начальнику охраны босса турецкой мафии и по совместительству, начальнику службы безопасности. Перед Бекиром стоял высокий, сосредоточенный потомок османов с серыми глазами и традиционными европейскими чертами лица, ещё раз подчёркивая свою родословную, идущую от янычар, детей христиан, отобранных у родителей и отданных в качестве дани турецким завоевателям.
Можно было сказать, что Мехмет сделал себя сам, после того, как его родители в конце 60-ых вывезли мальчика вместе с младшим братом и сестрой в далёкую Германию. Ну, ещё благодаря отцу, простому каменщику, который в отличие от многих соплеменников-мужчин не стал перекладывать воспитание детей на женские плечи.
Папа всегда твердил, что, раз им так повезло, надо говорить дома не только на турецком, но и на немецком. Отец часто покупал детские книги на двух языках. Не по годам начитанный мальчик пошёл в школу и решил быть не таким, как все.
Маленькому гражданину Турции очень не хотелось остаться обычным «гастарбайтером», как многие соплеменники. Школьник Гюллер начал учиться, учиться и ещё раз – учиться…
Собственно говоря, слово «Gastarbeiter» появилось в Западной Германии ещё в начале 60-х годов и представляет слияние двух немецких слов: Gast, то есть гость, и Arbeiter, в смысле рабочий или работник. Гастарбайтер означало чужак, значит мигрант, значит неквалифицированный работник.
И это клеймо несут на себе почти три миллиона турок, которые составляют четыре процента населения всей Германии.
Вот только за последние тридцать лет ситуация в стране сильно изменилась. И хотя турки в основной массе так и продолжали выполнять функции разнорабочих, оставаясь без немецкого гражданства, они перестали быть гостями в приютившей их стране. Сами немцы оказались не готовы и не рады к таким метаморфозам.
А чему тут радоваться, если в значительной мере гастарбайтеры малообразованны, религиозны, при этом преимущественно исповедуют ислам, живут внутри изолированных общин, обычно в одном квартале, и поэтому предпочитают общаться дома на родном языке?
В стране получилась своего рода «Турецкая Германия», где диаспора сплотилась своей внутренней жизнью, сложной и непонятной бюргерам. А где диаспора, там и мафия…
Молодой турок пошёл своим путём: получив средний аттестат и зная, что поступить в немецкий университет напрямую, сразу же после окончания школы, у него, гражданина Турции, не получится, пошёл учиться в специальный колледж (Studienkolleg Mittelhessen), который занимался предвузовской подготовкой иностранных студентов.
Мехмет дождался восемнадцатилетия, проучившись два семестра на курсе технических и математических специальностей, успешно сдал выпускной экзамен (Feststellungsprüfung) и, удивив родителей, а заодно и весь турецкий квартал, тут же оформил гражданство ФРГ и ушёл добровольцем в армию, хотя имел полное право отказаться от несения воинской службы. Хотя бы по тем же религиозным мотивам…
Призывник Гюллер, имеющий на руках свидетельство о среднем образовании вместе с аттестатом Studienkolleg Mittelhessen и игравший в футбол в первом составе городской команды, получил на призывной комиссии ступень "Т1" (абсолютно годен к воинской службе) и после трёхмесячного курса молодого бойца решил связать свою судьбу с Бундесвером.
Когда Мехмет заявил о своём решении вышестоящим командирам, новобранца начали готовить по усиленной программе, и через девять месяцев, учитывая интеллект, целеустремленность и спортивную подготовку солдата, повысили его до звания «фельдфебель».
Заодно гражданин ФРГ получил прекрасную возможность продолжить учёбу по выбранной воинской специальности. Фельдфебель Гюллер, долго не думая, выбрал курс разведки (Militärische Nachrichtenwesen, MilNW – военная разведка Германии) и контрразведки (Amt für den militärischen Abschirmdienst, MAD – Служба военной контрразведки).
Шанс получить образование в Бундесвере достаётся не каждому немцу…
Через четыре года кандидат в офицеры получил звание лейтенанта и высшее гражданское образование в Мюнхенском университете бундесвера без отрыва от прохождения военной службы.
После получения диплома лейтенант Гюллер отучился ещё один год в специальной школе MAD (Служба военной контрразведки), расположенной там же – в Мюнхене. Спецслужба, секретность и люди, о которых никто ничего не знает, манили потомка янычар…
В столице Баварии свежеиспеченный лейтенант познакомился с молоденькой немкой по имени Эльза, дочерью сбежавших в ФРГ восточных немцев. И если сам Мехмет мало подходил под национальные черты своего народа, то красавица Эльза, получавшая образование на юридическом факультете Мюнхенского университета, выглядела как истинная арийка.
Закрутилась такая интернациональная любовь, что девушка «залетела», хотела сделать аборт, но молодой турок настоял на ребёнке, доказав что он, офицер Бундесвера, сможет прокормить семью и даст возможность подруге закончить образование, чего бы это ему не стоило.
Когда будущая мать поинтересовалась, как это вообще возможно, потенциальный отец показал ей направление на службу в родной город Эссен и сообщил, что ему положена квартира, да и родственники помогут. Так принято у турецкого народа…
Немка любила молодого офицера, верила ему, дала согласие на брак и родила Мехмету первого сына. Родители Эльзы, родом из Восточного Берлина, смирились с судьбой. Папа офицера вместе со всей роднёй только обрадовались возвращению блудного сына в родной квартал.
Все родственники гордились, что один из семьи Гюллеров смог продолжить воинский род. Как настоящий янычар! Где именно и кем служит Мехмет, знали только отец и жена…»
Роман Тагиров (продолжение - https://dzen.ru/a/Z8Q1mcOVhHWbddvv)
P.S. Спешу сообщить, что мы сейчас находимся на главе №26, опубликованной на портале Бусти. Всего ранее выставленных статей 38 штук под общим названием «Дойчланд», на которой мы здесь и остановимся.
Далее продолжим только на Бусти, где уже выставлены 11 абсолютно новых глав под названием «ФРГ». Новые части выставляются не реже двух раз в неделю, обычно чаще, и главы по объёму больше чем выставленные здесь.
Советую подписаться и наслаждаться чтением, нажимая "Загрузить ещё" до главы №26 «Дойчланд», которая идёт за главой Сланцы: https://boosty.to/gsvg
