Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Имхи и омги

Анни Коэн-Солаль «Пикассо. Иностранец. Жизнь во Франции 1900–1973»

Книга Анни Коэн-Солаль довольно-таки необычна: вместо того, чтобы анализировать 70 с лишним лет эволюции Пикассо как художника (хотя эта тема тоже затрагивается), она рассматривает его общественно-политические связи и динамику отношения к Пикассо со стороны французов - властей, критиков и "простых граждан". Здесь вы почти не найдёте подробностей его бурных романов и скандалов с женами, любовницами и детьми (об этом упоминается вскользь), зато подробно исследуются заработки (особенно ранние), контакты с арт-дилерами, галеристами и музеями и т.д. Работа проделана очень большая, чувствуется, что автор понимает, о чём пишет. Но меня не отпускало странное чувство, что во многом Коэн-Солаль пытается подогнать задачу под ответ. Безусловно, круг общения Пикассо, особенно в первые приезды в Париж, был довольно сомнительным, поэтому досье, заведенное на него французской полицией, не выглядит перегибом. И всё-таки связывать отказ в получении гражданства в 1940-м с делами тридцатилетней давности
azbooka.ru / КоЛибри, перевод Ольги Лифинцевой, Ольги Захаровой
azbooka.ru / КоЛибри, перевод Ольги Лифинцевой, Ольги Захаровой

Книга Анни Коэн-Солаль довольно-таки необычна: вместо того, чтобы анализировать 70 с лишним лет эволюции Пикассо как художника (хотя эта тема тоже затрагивается), она рассматривает его общественно-политические связи и динамику отношения к Пикассо со стороны французов - властей, критиков и "простых граждан". Здесь вы почти не найдёте подробностей его бурных романов и скандалов с женами, любовницами и детьми (об этом упоминается вскользь), зато подробно исследуются заработки (особенно ранние), контакты с арт-дилерами, галеристами и музеями и т.д.

Работа проделана очень большая, чувствуется, что автор понимает, о чём пишет. Но меня не отпускало странное чувство, что во многом Коэн-Солаль пытается подогнать задачу под ответ. Безусловно, круг общения Пикассо, особенно в первые приезды в Париж, был довольно сомнительным, поэтому досье, заведенное на него французской полицией, не выглядит перегибом. И всё-таки связывать отказ в получении гражданства в 1940-м с делами тридцатилетней давности и единственной анонимной кляузой, мне кажется, слишком поверхностно (хотя и небезынтересно). А таких вопросов по мелочи набирается прилично. С другой стороны, тема проработана качественно, я узнал очень много нового и о многом задумался.

Ещё один момент, который не идёт у меня из головы. Ощущение, что книга изначально написана с расчётом на американского читателя: очень много внимания уделено взаимоотношениям с американскими дилерами и музеями (причём их постоянно сравнивают с французскими), названия картин (неизвестно зачем) тоже продублированы на английский (хотя логичнее было бы сделать это по каталогу-резоне на языке оригинала, т. е. французском), подробно описана антикоммунистическая истерия в США 1950-х, хотя другие страны не затронуты вовсе. Возможно, это и не так плохо как часть общей картины, но в целом подобное педалирование выглядит несколько странно.

К тому же американско-ориентированному подходу я отнёс бы идеологические неточности вроде "...легионы добровольцев, присланных Москвой..." - речь про Интербригады, которые, разумеется, были созданы по инициативе Коминтерна, чья штаб-квартира располагалась в Москве, но всё-таки состояли по большей части из европейцев (только французов было 25%). Всё-таки валить в одну кучу Москву и Россию / СССР, коммунистов и Коминтерн - признак ангажированности или недостатка аналитики.

Впрочем, если вы уже поняли Пикассо-художника, но хотите больше узнать о Пикассо-человеке и его общественной жизни, книгу вполне можно рекомендовать: написана она хорошо.

Перевод в целом терпимый, но много ошибок в деталях (особенно названиях картин: скажем натюрморт "Трубка и скрипка" превратился в "Свирель и скрипку", хотя достаточно взглянуть на картину, чтобы все понять правильно). Есть и путаница в географии, и откровенные глупости ("такое огромное количество архивных документов, что когда их сложили в одну стопку, ее высота превысила 120 футов" - да неужели? действительно сложили 36-метровую башню из документов? или всё-таки "если их сложить"? и, кстати, футы, которыми во Франции и России не пользуются - очередная отсылка к американскому читателю). В общем ничего критичного, но и качественным не назовёшь.

#нонфикшн #искусство #имхи_и_омги