Как только ни называют это место: одни карты подписывают его «Мыс Соболева», другие — «Соболев мыс», а иногда и ошибочно — «Соболиный» (хотя соболей здесь не встретишь). Путаница, скорее всего, возникла из-за речевой традиции склонять топонимы во все стороны, но с фамилией Соболев мыс точно связан, обязательно расскажу всё, что знаю об этом. Впрочем, как бы ни звучало название, суть остаётся неизменной: это пляж, о путешествии на который мечталось в самых сладких снах — мелкие гладкие камушки, нежные волны бесконечного Байкала и туман, обнимающий прибрежные скалы, уходящие к горизонту.
Мы добрались сюда под конец насыщенного дня. Активная часть маршрута завершилась, но сам день — нет, и это счастье: впереди еще много времени, чтобы находится, нагуляться, насладиться и просто отдохнуть.
Между последним снимком из предыдущей статьи и этими ↑ кадрами — всего каких-то полчаса. Каких-то полчаса, и ландшафт кардинально изменился, мы в новом месте с новой природой и новой погодой. Погода, скорее, хорошо забытая старая — туман, с которого начинался наш день, и сопровождающая его прохлада. Только это не плотный утренний туман, который можно было есть без хлеба, это нежный, трогательный туманишко, обволакивающий всё едва заметной дымкой.
Над узкой полоской пляжа круто поднимается вверх скалистая местность, поросшая смешанным лесом, где мы и поставили палатки, долго выбирая горизонтальные полянки и местечко, свободное от веток, шишек и камней.
Вся эта предвечерняя суета — поставить палатки, разобрать вещи — заняла немало времени. Но вечер только начинался, и его хватило на всё: я успела и у костра постоять, и какие-то полезные мелочи сделать, и с ребятами поболтать. Потом решила прогуляться по лесистому склону. Отходить далеко было как-то боязно (медвежьи лайфхаки), да и гид еще в начале похода этого делать не рекомендовал. Нашу небольшую горочку я обошла минут за двадцать и сняла все эти ↓ кадры в галерее — вот каким разным может быть Байкал!
Главное сокровище мыса Соболева — его пляж. Сюда мы спускались по одному и подолгу бродили у воды, возвращаясь наверх только чтобы согреться у костра да перехватить горячего чаю. К семи вечера я почти обосновалась на берегу — вот только туман к тому времени сгустился окончательно. А мы ведь планировали купаться! Даже я планировала, рассчитывали, что погода смилуется. Место тут и правда удивительно красивое, спокойное и для купания подходящее — вода прогревается лучше, чем в открытом Байкале. Еще говорят, что на глубине хариус с омулем клюют, но и это тоже мы не проверяли.
Упоительное одиночество. Здесь оно ощущается как благодать. В этом странный парадокс походной жизни: ты всегда среди людей, но при этом у тебя есть редкий дар — возможность быть по-настоящему одному. Позже, когда туман расступился, все высыпали на пляж — смотреть те самые виды, ради которых всё затевалось. Хотя я сомневаюсь — лучше с туманом или без. Наверно, одинаково прекрасно. Нет. Прекрасно по-разному.
Название мыса, скорее всего, связано с фамилией купца или охотника Соболева, который промышлял здесь в XIX веке. Следов древних поселений не осталось, зато некоторые порядком устаревшие источники утверждают, что присутствуют остатки старых рыбацких изб, почти разрушенные временем. Видимо, к моменту моего появления здесь время разрушило их окончательно, мы ничего не увидели. Установленный на месте туристической стоянки стенд рассказывает, что Соболев был вовсе не купцом или охотником, а крестьянином. По крайней мере, с фамилией мы определились. Упомянутый стенд превозносит подвиг Соболева, основавшего здесь первое зимовье, ведь доступ от Большого Голоустного сюда был возможен только по тропам скальных прижимов Чаячьего утёса, опасного и в хорошую погоду. Мне, правда, думается, что в зимовье зимой ходили по льду, что надёжней и, безусловно, безопасней.
Больше всего информации о мысе я откопала в удивительном источнике «Лоция и физико-географический очерк озера Байкал» под редакцией бывшего начальника Гидрографической экспедиции Байкальского озера Ф. К. Дриженко (1908 г.). Правда, в основном там — про глубины, дно и якорные стоянки. Но мельком упомянуто и про сам мыс, и, видимо, более поздние источники ссылаются именно на эту информацию:
Мыс Соболев–Отстой низменный, состоит из накатного и крупного песка и быстро повышается внутрь берега, покрываясь травой и кустарниковой растительностью. На мысе находится зимовье; астрономический пункт экспедиции — деревянная пирамида — находится в нескольких саженях к северу от оконечности мыса; пирамиду составляют стволы двух растущих лиственниц и третья — срубленная, обшитая тесом.
Тем временем над Байкалом начался закат. На нашем западном берегу мы не видим, как солнце касается воды — оно садится где-то там, за горами, и скрыто от нас ими. Но тем и прекрасны наши закаты. Своей неповторимой нежностью. Отголосками «большого события», о котором мы узнаем по розовеющему небу или по ярким всполохам, пробивающим иногда вечерний облачный сумрак.
И еще немного разного закатного Байкала снятого за десять минут на мысе Соболев ↓
Уже через полчаса стало туманно и пора спать. Уходить оказалось грустно — за несколько часов пляж стал родным. Я успела собрать небольшую коллекцию байкальских «трофеев» — белые коряги, отполированные волнами до бархатистой гладкости, и розовые камушки, похожие на кусочки заката. (Всё это богатство я, конечно, притащила домой, и даже в городской квартире они не потеряли своего очарования. А часть розовых камней я раздала самым близким — на счастье!)
Я невероятно благодарна этому дню, потому что сегодня я увидела десятую часть всего виденного в жизни. Ну ладно, не десятую, конечно, но существенную. Мы начали с Кадильной пади, побывали на Кордоне, пробирались сквозь молочно-белый туман, обедали у прибрежного озера в Нижней пади, преодолели жутковатые скальные прижимы Чаячьего утёса (где туман вдруг сменился солнцем, и я моментально обгорела) и наконец оказались здесь, в тишине и покое мыса Соболева. Всего-то восемь километров за день — смешная цифра для опытных туристов, и для неопытных тоже смешная, смешная даже не для туристов вовсе. Всего восемь километров. Но сколько же они вместили!
Следующее утро встретило нас непонятной погодой: было и ветрено, и солнечно, и прохладно. Небо и озеро несколько раз изменились за непродолжительное время сборов. Пора бы уже привыкнуть, но не могу.
Я оделась по погоде — на случай любых её проявлений. Идем дальше. Впереди Скрипер.
26-27.06.2024, Чаячий утёс — мыс Соболева, километр с небольшим
Другие истории из этого похода читайте в подборке → Байкал.