Моя мама много лет работала в милиции (потом в полиции), ушла на пенсию в почтенном возрасте. Она мало в рассказывала, какие дела вела, что было.
Но потом разоткровенничалась.
Когда мама ушла на заслуженный отдых, так получилось, что я переехала к ней. Признаться честно, мы никогда не были с ней близки. Нет, она не была «холодным» родителем, который считает, что, если ребенок одет-обут-сыт, то и ладно. Мама пропадала на работе, приходила поздно, когда я уже спала, часто срывалась среди ночи на вызов. Какие уж тут разговоры по душам...
А тогда жизнь повернулась так, что мы смогли вдоволь наговориться за все годы, проведенные порознь, но в то же время вместе. Я даже предположить не могла, скольких воров, убийц и насильников мама посадила за решетку, сколько преступлений она предотвратила, насколько кропотливая у нее работа! Именно поэтому мама терпеть не могла сериалы «про ментов», где все просто и легко, а бандита могут найти по частичке перхоти. По маминым словам, даже очевидное самоубийство может оказаться странным и запутанным делом, а то и с мистической подоплекой, порой же - откровенной чертовщиной. Об этом я и хочу рассказать. Буду писать от лица мамы.
Это был 1983 год. К нашему городу прилегала деревня Д., довольно большая. Раньше там был свой пункт милиции, но потом его по какой-то причине упразднили, плюс администрация решила присоединить деревню к городу. Так что село теперь относилось к нашему району.
Ничего там особенного не происходило, мы даже на драки туда не выезжали. Один раз только на ДТП приехали, и то местные без нашего вмешательства обошлись. Просто два пьяных мужика на мопедах дорогу не поделили, начистили друг другу морды, а когда мы прибыли, они уже успокоились и пили мировую. Но вот что странно.
Стабильно раз в год, в начале июня в деревне три человека уходили в мир иной по собственному желанию. Причем это могли быть как тяжелобольные люди (что, в принципе, понятно), так и молодые здоровые парни, и беременные женщины, и даже дети. Умирали они друг за другом с разницей в один день.
Первый раз мы приехали описывать висельника. Мужчина ни с того ни с сего пошел в сарай и наложил на себя руки. Его жена была в шоке, она не понимала, почему муж решил это сделать, ведь у него было множество планов, хорошая работа, большая семья в конце концов. Соседи тоже не могли назвать причину. Что тут расследовать?
Через день мы приехали уже к соседям висельника. 16-летний парнишка вскрыл себе вены. Не счастная любовь? Нет. Затравили в школе? Нет. Неблагополучная семья? Опять нет. Жизнерадостный мальчишка вдруг решил проститься с жизнью. По словам матери, сын вел себя как обычно. К тому же парнишка так любил свою кошку, что
вряд ли бы смог оставить ее.
Мы провели опрос. Все-таки суицид совершил ребенок, значит, его могли до этого довести. Но не в этом случае. Это был самый обыкновенный парнишка, врагов у него не было, он ни с кем не ссорился, с девчонками не встречался и даже ни за кем не ухаживал.
Когда я опрашивала местных, заметила одну странность. Люди старшего возраста, за 70 лет, утверждали, что через день будет еще один покойник. Некоторые даже предлагали остаться, чтобы не ездить туда-сюда. Откуда такая осведомленность? Одна бабуля, ее звали Любовь Ивановна, охотно рассказала, в чем дело. В этой деревне есть заложный покойник, который в годовщину своей смерти забирает три души. Заложный он потому, что лежит в гробу лицом вниз, во рту у него камень, а тело засыпано ветками и булыжниками. Раньше так хоронили черных колдунов, чтобы они после смерти не выбрались из могилы и не вредили людям.
Любовь Ивановна с придыханием рассказывала, что лет так сто назад здесь жил злющий ведьмак. Когда он умер, местные похоронили его как «нужно», то есть лицом вниз, закидав камнями, да еще и за оградой кладбища. Все было в порядке до поры до времени, пока не пришла советская власть. Погост снесли, на этом месте раскинулись поля. Вот тогда-то и посыпались на деревню беды. Раз в год, в начале июня, в годовщину смерти, заложный покойных просыпается и утаскивает за собой на тот свет трех человек. Ему совершенно неважно, кого. Просто на несчастного нападает морок, и он либо в петлю лезет, либо еще как с жизнью расстается. Любовь Ивановна всем говорила, что опасно в этой деревне жить, но кто бы ее слушал! Советские времена, все атеисты. Только старшее поколение и боялось, в начале июня в оба за близкими смотрели, чтобы не дай бог что. «Если не верите, у Клавки Васихи спросите, - сказала Любовь Ивановна. Она собственноручно у внука нож отобрала - хотел себе в шею воткнуть!»
Мне было любопытно послушать ту самую Клавку Васиху, точнее, Клавдию Васильеву. Старушка, крестясь, повторила слово в слово историю про заложного покойника. А потом поведала про внука. 10-летний мальчишка преспокойно играл во дворе, веселился, иногда забегал в дом и спрашивал, скоро ли будут готовы пирожки. Клавдия хлопотала у печки, поглядывала за ребенком в окошко. Смотрит - а мальчика нет. Побросав все, Клавдия побежала на поиски внука. Он стоял в сарае, прижав кончик старого ножа к горлу. Женщина тут же выхватила нож, прижала ребенка к себе. А он стоял как столб, глаза стеклянные. Клавдия перепугалась, - занесла мальчишку в дом, побрызгала святой водой. Он будто бы проснулся, начал спрашивать, что случилось. Клавдия ругалась, мол, зачем ты нож взял. Ребенок непонимающе захлопал глазами, сказал, что ничего не брал и в сарай заходить не собирался. Этим же вечером выяснилось, что в гараже задохнулся директор Дома культуры. Судя по всему, это был не несчастный случай, мужчина сделал это намеренно. Через день похожим образом умер еще один человек, еще через день обнаружили висельника.
Звучало все складно, но я понимала, что какой-то покойник не может людей до самоубийства доводить. Опять было нечего расследовать, и я поехала домой. Вот только через сутки снова вернулась. Молодая женщина решила выпить уксуса... Любовь Ивановна, увидев меня, заявила: «А я говорила!» Тут даже меня передернуло. Потом все было спокойно, но до следующего июня. Опять три самоубийства с разницей в день. И так из года в год.
Ближе к 1990-м годам, несмотря на то что деревня была вроде как городом, народ стал уезжать, вскоре село совсем опустело. Долго оно было заброшенным. Когда страна начала подниматься с колен, деревню полностью снесли, теперь на этом месте красуются огромные жилые комплексы, «человейники». Район к нашему отделу уже не принадлежал, какие дела там творились, я не знаю. Но однажды ради любопытства поинтересовалась у коллег, что происходит. Те ответили, что ничего необычного: кражи, драки, ДТП. Однако раз в год происходит череда самоубийств. Пять человек уходят друг за другом, при этом, по словам родственников и свидетелей, причин для этого не было. А я вот думаю.
Если история про заложного покойника правда, получается, у него вырос аппетит? Почему? Потому что долго был «голодным», ведь деревня была заброшена? Вопросы, на которые я никогда не найду ответов.