Заявилась непонятно каким образом прямо ко мне на работу. В какой-то чалме на башке, противная, даже не сразу скажешь, что женского рода.
– Я к вам, – сказала она зловещим голосом.
– А вы кто?
– Напасть.
– Это что, имя такое?
– Ну, можно сказать, и так.
– Почти как Настя, – скривившись, произнес я, поскольку несколько лет назад уже имел несчастье сойтись ненадолго с одной Настей, до сих пор трясет. – Ну и что вам от меня надо, Напасть или Настя? – спросил я.
– Кофейком меня угостите? – и я вам всё расскажу.
И за кофейком в нашем баре стала мило так, с мерзкой улыбочкой меня пугать. Дескать, им мое критическое умонастроение и неактивная общественная позиция хорошо известны, отнекиваться бесполезно, поэтому во избежание проблем я поступаю в их распоряжение.
– Не понимаю, о чем вы?! В чье распоряжение?! – вскипел я.
– Не прикидывайтесь, всё вы понимаете!.. Так что решайте, у вас выбора нет. Кончилось это ваше комфортное житье. Я просто так ни к кому не захаживаю…
Это была действительно какая-то напасть. И я, подавленный, молчал, соображая, что мне в этой ситуации делать.
– А какая у меня будет зарплата? – спросил я.
И вдруг я заметил под носом у этой падлы какую-то странную шишку, –сначала вроде её не было, а тут появилась.
– Что вы на меня так уставились? – недовольно спросила она.
– Да я смотрю, у вас какая-то фиговина под носом выступила? Это у вас так было?
– Где?! – с испугом спросила она и принялась ощупывать свой нос и ниже.
– Да вы посмотрите в зеркало, – говорю.
Она тут же достала зеркальце.
– Странно. Откуда взялась эта зараза?! – пробормотала она в отчаянии.
– Надо срочно врачам показаться, – оживился я с деланным беспокойством. – У нашей соседки тоже под носом такая вот нехорошая блямба выросла, ну и… Не хочу вас запугивать, но это всё очень серьезно…
Я почувствовал, что голос мой обретает уверенность и со злорадством наблюдал, как эта самая Напасть судорожно трогала свою шишку, напрочь потеряв уже всякий интерес ко мне.
Мне даже стало жалко ее. Что ж, от этого никто не застрахован. Даже сами напасти. Вон и Гоголь в «Записках сумасшедшего» написал про шишку у алжирского бея под самым носом…
– Давайте, Настюша, – произнес я ласково, – отложим наш разговор. – Идите быстрее к врачам, не тратьте на меня время…
И я проводил ее, словно уважаемую гостью, к выходу.
– Еще, надеюсь, увидимся, хорошего дня, – сказал я ей на прощание с иезуитской улыбкой.