Традиционный анекдот в тему:
Поздний вечер, в полупустой автобус садится древняя-предревняя старушка. Рядом с ней сидит мужичок в состоянии крайнего подпития. Тот смотрит на бабулю, помолчал, потом добродушно спрашивает:
- Ну, что, бабуля, куда едем?
- На кладбище.
- Домой значит... я тоже домой.
То место, куда люди уходят навсегда окружено тишиной и почитанием к памяти ушедших. Поэтому мы старались и до сих пор стараемся не тревожить покой этих мест. Почитание скорбных мест особенно было выражено в Средние века, когда... были очень сложные отношения с тем миром.
Средневековые люди, в буквальном смысле зашуганные церковью, искренне верили, что вот-вот и скоро начнётся вселенский армагеддон, наступит тьма. Человеку дан день, а ночь это время тёмных сил и выходить в ночь категорически нельзя. Даже дома люди старались спать в специальных кроватях-ящиках полусидя...
Любого опоздавшего члена семьи совершенно серьёзно могли не пустить домой после захода солнца.
Мы тебя пустим, а вдруг ты это не ты?
Чем докажешь?
И фраза "усы, лапы и хвост - вот мои документы" естессно не работала.
Хотя можешь не доказывать, иди ночуй в сарае, а если не исчезнешь с первыми петухами вызовем в средневековом вацапе инквизицию, те разберутся.
И я совершенно не шучу!
Ночёвка в сарае в кромешной темноте могла оказаться фатальной: если не инфаркт с инсультом, то инквизиция и пытки решали.
Даже в ночную стражу, обязанную каждую ночь обходить улицы города с огромными фонарями и факелами, частенько набирали людей, которых... как бы помягче выразиться... не жалко. Без детей, семьи, иждивенцев. Фонари бывало тухли, а что после этого с ними могло случиться...
Ну а для женщины, которая отваживалась выйти в ночь, например, посмотреть, что там творится в сарае, как корова рожает или ещё какой-то шухер был... такая смелость могла окончиться покаянием в церкви с принятием всяческих ограничений, или участием в общегородском шоу "Пусть погорят". Средневековое КГБ в рясах не дремало.
И если такое в умах людей творилось всего лишь с ночью, то представляете, что люди думали о кладбищах. Любое упоминание или намёк о том, что человек приходит в это место ночью... прямая дорога в застенки инквизиции и участие в том самом фаер-шоу в роли алхимика или чернокнижника.
Ближе к концу средневековья, когда алхимиков стало больше чем нужно, и поиски философского камня требовали очень интересных ингредиентов, власти внезапно обнаружили, что кладбище не такое уж и спокойное место, как этого следовало ожидать.
Вокруг кладбищ выставили патрули и многие городские погосты стали защищать покруче, чем городские стены. Необходимость патрулей обосновывали ещё и тем, что вдруг страшный суд, а мы не подготовились. А так хоть стража предупредит.
Именно поэтому, например, у Дюма в "Трёх мушкетёрах" гвардейцы кардинала, читай полиция, несли постоянное патрулирование вдоль забора кладбища Пьер-Лашез (куда частенько на-подраться приходили дворяне-раздолбаи... мушкетёры и после неудачных дуэлей там же и оставались).
Вот в таких условиях людям приходилось жить!
Теперь представьте, в 14 веке все боялись, никто на кладбища не лез, в 15 веке тоже боялись, в 16 веке тоже боялись... только вдруг по какой-то неведомой причине огромная толпа пошла на кладбища и начала их разорять. Просто выкапывать могилы и ровнять с землей.
И связано это было не стем, что люди устали бояться... а с одним интересным открытием, которое совершил вот этот всем известный человек:
Думаю, что его все узнали!
Что не узнали?
Позор!
Я про него уже 15 минут как знаю, а вы ещё нет!
Ладно, шучу, шучу. Этого человека зовут Марко-Поло. Венецианский купец и путешественник, совершивший путешествие на Алиэкспресс в Китай через всю Центральную Азию. Обратно он привёз не только карты и рассказы о несметных богатствах, но и сами богатства (как первый евро-челнок он неплохо наварился). В числе которых был знаменитый китайский фарфор.
Марко Поло привёз довольно много фарфора, который просто вскружил голову всем европейским государям, вельможам, знати и просто очень богатым людям. Фарфор был даже не на вес золота, а в разы дороже золота. За маленькую чашечку отдавали целые поместья.
Первыми, кто забил тревогу из-за новомодного увлечения были... венецианские стеклодувы, которые начали понимать, что из-за нового увлечения они со своим стеклом пролетают как фанера над Парижем. И, действительно, их доходы серьёзно сократились... раз так в ...сять.
И тогда венецианские стеклодувы решились на отчаянный шаг: они изобрели фарфор из стекла, то есть стекло, которое как две капли воды, буквально всеми родинками... было похоже на фарфор.
А поскольку до Китая было далеко как до Китая и запас чашек был почти нулевой, спрос на стеклянный фарфор вырос многократно. Доходы мастеров-стеклодувов моментально увеличились, раз так в ...дцать.
Однако была одна небольшая, но очень важная проблема, которую с ростом популярности фарфорового стекла никак не получалось решить. Дело в том, что стекло само по себе прозрачное и чтобы сделать из него непрозрачное молочное (белое) его нужно заглушить.
Сделать это можно было только одним способом: добавить в стекло обожжённые на огне и истолчённые в пыль кости. Сначала это были кости домашних животных, потом не совсем домашних, потом... потом средневековые люди, которые до смерти боялись темноты и кладбищ подумали:
- Чего добру пропадать?
И ринулись за тем самым добром, которое лежало практически бесхозным. Так и представляю сцену: заходит средневековый стеклодув на кладбище, обводит могилки восхищённым взглядом и говорит:
- Копать не перекопать...
Власти, естественно, заинтересовались нездоровым движем, который стал происходить там, где движа не должно быть по определению.
Ситуация осложнилась ещё и тем, что о секрете изготовления костяного стекла стало известно во всей Европе. К нездоровому челленджу подключились во Франции, Германии, Чехии...
Помните 200 лет назад дедушка Маркс говорил, что не существует такого преступления, на которое не пошёл бы капиталист, если ему пообещали 300% прибыли (на самом деле первым эту фразу сказал английский экономист Томас Даннинг).
Я вас умоляю!
Ради 1000% прибыли люди не побоялись ночи, страшного суда, ведьм, тёмных сил, чертей и прочей нечисти. Погосты выносились на раз-два как будто работали бульдозеры Комацу. Дело дошло до того, что кладбища снова начала активно патрулировать городская стража, только не от того, что кто-то вылезет, а что бы добровольно не залазили.
К счастью городских властей, увлечение довольно быстро сошло на нет, так как стекло научились глушить диоксидом олова, который давал более красивый, предсказуемый и, главное, совершенно законный результат.
В Венеции такое стекло называли ласково латтерия (молочковое или молочное), немцы же, как совершенно практичные товарищи, которые всегда старались указать самую суть называли его короче "бейн гласс", то есть... костяное стекло.