Найти в Дзене
OnkoWife Жизнь после...

На приеме у онколога

(события января 2025) В начале января 2025 года праздничного настроения мы почти совсем не чувствовали. Женька отходил от химии, состояние у него было не из лучших. Да и по поводу дальнейшего лечения ситуация была туманной и непонятной. Все как то собралось в одну большую кучу - последнее КТ, в правильности описания которого я очень даже сомневалась; "от фонаря" назначенное лечение в декабре; общее ухудшение состояния у мужа; появление ателектаза легкого, который сам по себе уже являлся угрозой для жизни. Радость была одна - мы смогли записаться в онкодиспансер на 10 января, сразу после "каникул". Большая удача, если, конечно, доживет. А воображение тогда рисовало мне всякие ужасы - что у Женьки перекроет дыхание, что он не сможет отхаркивать и захлебнется, что начнется воспаление, пневмония и сепсис. Вот всякое такое лезло в голову пока мы ждали приема врача, на который в этот раз я планировала поехать вместе с Женькой. Онколог в диспансере, как водится, был совершенно незнакомый. Не

(события января 2025)

В начале января 2025 года праздничного настроения мы почти совсем не чувствовали. Женька отходил от химии, состояние у него было не из лучших. Да и по поводу дальнейшего лечения ситуация была туманной и непонятной. Все как то собралось в одну большую кучу - последнее КТ, в правильности описания которого я очень даже сомневалась; "от фонаря" назначенное лечение в декабре; общее ухудшение состояния у мужа; появление ателектаза легкого, который сам по себе уже являлся угрозой для жизни.

Радость была одна - мы смогли записаться в онкодиспансер на 10 января, сразу после "каникул". Большая удача, если, конечно, доживет. А воображение тогда рисовало мне всякие ужасы - что у Женьки перекроет дыхание, что он не сможет отхаркивать и захлебнется, что начнется воспаление, пневмония и сепсис. Вот всякое такое лезло в голову пока мы ждали приема врача, на который в этот раз я планировала поехать вместе с Женькой.

Онколог в диспансере, как водится, был совершенно незнакомый. Не смотря на серьезность ситуации на наши вопросы он отвечать совершенно не хотел. Мельком взглянул на описание КТ, и не отводя взгляд от компьютера, бросил сквозь зубы:"Нуууу... будем считать это прогрессией." И все. На этом я стала понимать, что прием скоро закончится; мы выйдем и ничего не спросим, не проясним и не узнаем.

Я решилась - задала вопрос о пересмотре дисков, так как описание мне показалось довольно противоречивым. Спросила о планах на дальнейшее лечение, пытаясь обсудить вариант двойной терапии иммуннопрепаратом и препаратом платины. И, конечно же, я спросила о том, насколько опасен ателектаз и что вообще нам с ним делать? Все это я выпалила громким, четким голосом, уверенно оперируя медицинскими терминами(готовилась же!), чем привела доктора в недоумение. Представляете, он даже вышел из анабиоза, повернул голову и несколько секунд смотрел на меня не отрываясь, будто не веря, что я вообще умею разговаривать. Мне кажется, если б фикус, стоящий на окне, начал читать ему стихи - доктор и то бы меньше удивился.

Посмотрел-посмотрел он так на меня и ни на один из вопросов не ответил, а лишь выписал молча бумажки на МРТ головного мозга, на кровь и УЗИ. Так же молча, не отрывая глаза от монитора. Что это значит - мы не понимали, но головной мозг Женька не проверял уже давно, и сделать это по любому бы не помешало. Прием был закончен, мы вышли с назначениями, но без единого ответа на свои вопросы. Я в диспансере в тот день была в первый раз и, честное слово, вышла с довольно смешанными чувствами. А Женька сказал, что они там все такие. Всегда. И он просто привык и уже не обращает внимания.

МРТ, на удивление, муж тогда прошел очень быстро. Вот повезло прям! Приехал в поликлинику, немного подождал - и нашлось для него направление. И на другие анализы, УЗИ и кровь, тоже дали направления сразу.

Насколько я помню, уже через 4-5 дней Женька сделал все что нужно. И к нашей большой радости МРТ у него оказалось "чистым"! Да и другие анализы тоже неплохими. Теперь нам было необходимо попасть на прием к онкологу в ЦАОП, после него - попасть в диспансер, а далее впереди нас ждал врачебный консилиум, от которого мы даже не знали чего ожидать.

Для добровольной помощи: 2202 2004 7544 6645 СБЕР Евгений Валерьевич