Лариса Владимировна родила Илью, своего единственного сына, в зрелом возрасте, словно вымолила его у судьбы. Все врачи, даже светила из-за границы, разводили руками, обрекая ее на бездетность. Рассказывая об этом чуде, она приглушала голос до трепетного шепота, а взгляд воспарял ввысь, ища там пристанище для благодарственной молитвы. Илья явился миру, когда Ларисе Владимировне исполнилось сорок, а Ивану Ильичу, ее мужу, – сорок пять.
Двадцать три года родители не чаяли души в своем Илье. Казалось бы, при таком воспитании должен был вырасти избалованный эгоист. Но Илья, на удивление, оказался целеустремленным юношей, с головой погруженным в науки и чтение, строившим амбициозные планы на будущее. Он с блеском окончил престижный столичный университет, проявлял уважение к старшим и был, без преувеличения, идеальным сыном. Казалось, он был огражден от любых невзгод. Но, увы, горькая чаша переживаний все же коснулась Ларисы Владимировны и Ивана Ильича на закате их дней.
– Родители, сегодня вечером я приду не один, а с девушкой. Хочу познакомить вас с моей будущей женой. Мамочка, прошу, без кулинарных подвигов. Купим торт, фрукты, хорошее вино – этого будет вполне достаточно, – сообщил Илья по телефону, повергнув родителей в приятное волнение.
Ивана Ильича тут же снарядили в магазин за деликатесами. Лариса Владимировна, облачившись в фартук, принялась колдовать за праздничной сервировкой. Она не могла ударить в грязь лицом перед будущей невесткой! Стол должен был сиять безупречностью, а торт и фрукты – лишь скромно дополнять эту картину.
Невеста сына оказалась очаровательной девушкой. Одета со вкусом, даже элегантно. На руках красовался безупречный маникюр, а прическа словно сошла с обложки глянцевого журнала. Ела она немного, отвечала на вопросы, потупив взор, слегка смущаясь и постоянно ища глаза Ильи, украдкой вздыхая. О родителях сказала, что они давно живут у моря и приедут только на свадьбу. В целом, Марина произвела на Ларису Владимировну и Ивана Ильича благоприятное впечатление.
Обсудили планы на будущее, дату свадьбы и место проведения торжества. Молодые сразу заявили, что жить будут в квартире Ильи, доставшейся ему от деда, а квартиру Марины планируют сдавать. "Разумно, – подумала Лариса Владимировна, – копейка рубль бережет". На этом и попрощались, обменявшись любезностями.
Через несколько дней раздался звонок от Марины.
– Здравствуйте, Лариса Владимировна! Как я рада вас слышать! Мы с Ильей посоветовались и решили обратиться к вам с просьбой, если это вас не затруднит, конечно. Дело в том, что я никогда не сдавала жилье, а вы, я слышала, занимались недвижимостью. Не могли бы вы взглянуть на квартиру, оценить ее стоимость и помочь составить договор, чтобы избежать неприятностей? Сами понимаете, не хочется обращаться к незнакомым людям.
– Конечно, милая, я с удовольствием помогу! Я хорошо разбираюсь в этом деле. Более того, я и сейчас работаю в сфере недвижимости. Так что мы вашу квартиру быстро и выгодно сдадим!
На следующий день, в условленное время, Лариса Владимировна встретилась с Мариной. Обменявшись приветствиями, они отправились по адресу. Квартира располагалась в спальном районе, в типовом панельном доме. Поднявшись на лифте на десятый этаж, они вошли в квартиру.
Первое, что поразило Ларису Владимировну, был удушающий смрад. Кислый, затхлый, словно ее подвели к зловонному мусорному баку. Она невольно поморщилась. Дальше ее ждала целая череда неприятных сюрпризов, повергавших в оцепенение. Марина щебетала и водила ее по однокомнатной квартире, показывая балкон, комнату, ванную, а Лариса Владимировна постепенно впадала в ступор. Если быть точнее, она была в шоке…
Всюду царила непроглядная грязь. Окна, давно забывшие прикосновение тряпки, тускло взирали на мир. Мебель была погребена под толстым слоем пыли. Ковер, когда-то нежно-бежевый, был испещрен подозрительными пятнами и разводами. На кухне Ларису Владимировну ждала настоящая катастрофа. Плита была покрыта многолетним слоем жира и грязи. А раковина! Теперь она понимала, откуда исходит этот тошнотворный запах: в ней высилась гора немытой посуды с остатками гнилой пищи.
– Ой, совсем забыли про посуду! Это мы с Илюшей недавно заскочили отдохнуть, а помыть забыли, – весело прощебетала Марина.
Лариса Владимировна представила, как ее сын "отдыхал", поглощая пищу из этих тарелок, и почувствовала подступающую тошноту. Но главный ужас поджидал ее в ванной комнате. Стены и сама ванна были покрыты желтыми разводами от мыла, словно их не мыли целую вечность! А унитаз… это была настоящая клоака. Ларисе Владимировне отчаянно захотелось сбежать из этого кошмарного места. Собрав остатки самообладания, она, прикрыв нос платком, наблюдала за Мариной, которая продолжала беззаботно болтать, словно ничего не произошло. Она была совершенно спокойна, в прекрасном расположении духа и даже напевала себе что-то под нос. И тут Ларису Владимировну осенило: для будущей невестки подобное состояние квартиры – в порядке вещей, и вся эта мерзость – для нее норма… Ей стало страшно. За сына, за себя, за будущих внуков…
– Ну что, Лариса Владимировна, вы, как профессионал, наверное, оценили жилье? Да, тут нужно немного прибраться. Я закажу уборку. А так, в целом, всё неплохо.
"Немного прибраться… Тут проще снести всё до основания и построить заново", – подумала Лариса Владимировна, но вслух произнесла:
– Да, я посмотрела. Нужно навести порядок, и я займусь сдачей.
Вечером Иван Ильич заметил необычную молчаливость жены. Обычно она была разговорчива, делилась новостями и впечатлениями, а тут молчала, словно воды в рот набрала.
– Ларочка, что-то случилось?
Она замялась, не зная, с чего начать разговор, настолько щепетильной была тема. Но, привыкнув делиться с мужем всем, она не выдержала и, всхлипывая и промокая глаза платком, поведала обо всем увиденном, ничего не приукрашивая.
Муж, выслушав ее, лишь хмыкнул:
– Да, история… Ситуация непростая. Но, думаю, с Ильей нужно поговорить. Только очень осторожно. Он ведь глаз с нее не сводит. А то оттолкнем сына. Надо разобраться, может, там всё не так однозначно. А ты давно у Ильи в квартире была? Надо бы тебе нанести визит к молодым. И не тяни с этим.
В ближайшую субботу Лариса Владимировна позвонила сыну и сказала, что будет в его районе в обед и хотела бы зайти на чай. Ей повезло, что Марины не оказалось дома – она уехала в салон красоты.
Войдя в квартиру, в ожидании чая, она прошлась по комнатам. От её внимательного взгляда не укрылось ничего: ни разбросанные вещи не только в спальне, но и в гостиной, ни гора грязной посуды в раковине, ни пыль на аппаратуре. Грязная плита, покрытая застаревшим жиром, подтвердила её опасения. А когда она зашла в ванную и увидела грязный унитаз и раковину, забрызганную зубной пастой, все сомнения развеялись – её будущая невестка патологическая грязнуля, а её сын в беде! И что со всем этим делать, она пока не знала.
Посоветовавшись с мужем, Лариса Владимировна решила пригласить сына на серьёзный и откровенный разговор. Он охотно согласился приехать. Видимо, думал, что речь пойдёт о свадьбе или о чём-то, связанном с ней.
– Илюша, здравствуй, сынок! – встретила его на пороге мать.
– Здравствуй, мамочка! – радостно улыбнулся сын, вручая ей шикарный букет. – Ты как всегда неотразима, маман! Всегда восхищаюсь твоим цветущим видом. Как тебе это удаётся? – рассыпался он в комплиментах.
– Спасибо, милый, ты как всегда любезен. Сыночек, мы с папой хотели поговорить с тобой об очень важном и личном деле. Оно касается тебя и твоей будущей жизни…. Да, папа? – Иван Ильич одобрительно кивнул, глядя из-под очков.
– Так, так, так, мне становится одновременно интересно и немного страшно. В чём дело? – приготовился слушать Илья.
Лариса Владимировна замялась, не зная, как начать разговор, но Иван Ильич, со свойственной ему прямотой, выпалил:
– Илья, мама была с Мариной в её квартире, та попросила помочь её сдать. И то, что она там увидела, повергло её в шок. Там грязь и запустение. Мама теперь переживает, и не только мама, – он строго посмотрел из-под очков. – Она переживает о том, как ты будешь жить в такой грязи и воспитывать наших внуков. Вот.
– В смысле грязь и запустение? Мам? – сын вопросительно посмотрел на мать. Его приветливый взгляд быстро стал жёстким и напряжённым.
– Илюша, квартира очень грязная. Нет, она не просто грязная, я такого ужаса давно не видела. Я, конечно, понимаю, что ты женишься на этой девушке, но с этим нужно что-то делать, сынок!
– Мам, но Мила не живёт в этой квартире. Уже полгода мы живём вместе, у меня. А та квартира – для сдачи. Ну, немного не убрано… И что? У нас нет времени там прибираться.
– Илья, но у тебя дома тоже уже становится грязно! Ещё полгода, и твоя квартира станет похожа на ту! – в отчаяньи воскликнула Лариса Владимировна.
– Так, дорогие родители, я не вижу проблемы вообще. Да, есть небольшой беспорядок. Но мы молодые, у нас мало времени. А Марина просто неопытная, она всему научится, – оправдывал невесту Илья.
– Сын, дело в том, что научиться чистоплотности, если её нет в крови, наверное, невозможно… Ты должен хорошо обдумать своё решение о свадьбе, пока не поздно. В такой антисанитарии невозможно жить. Тем более вы собираетесь завести детей, – отец смотрел на Илью очень серьёзно, сняв очки.
– Так, значит. Я смотрю, мои уважаемые родители, вы меня немного не поняли. Во-первых, я люблю Марину, и жениться на ней – это моё решение, и я его не изменю. Во-вторых, это не ваше дело, как у нас убрано или не убрано. И, в-третьих, если вы ещё раз сунете свой нос в мою личную жизнь, я забуду к вам дорогу, а вы ко мне. На этом до свидания, – Илья встал и вышел из комнаты. Через минуту громко хлопнула входная дверь.
Иван Ильич и Лариса Владимировна лишь переглянулись. Это было чем-то новым и неожиданным в их семье. Их сын, их мальчик, их Илюша, накричал на родителей, защищая свою женщину. С одной стороны, это был поступок мужчины, а с другой…
Весь вечер они молчали, настолько разговор с сыном ошеломил их. Наконец, за вечерним чаем Иван Ильич сказал жене, обняв её за плечи:
– Ну что, мать, видимо, наш сын вырос. И, наверное, ему нужно набить свои собственные шишки и пройти свой путь. Пусть будет так, а там жизнь расставит всё по своим местам. Не переживай, милая.
Лариса Владимировна вздохнула и погладила мужа по руке. Она знала, что он, как правило, никогда не ошибается.
Несколько недель спустя Иван Ильич, возвращаясь с работы, случайно встретил сына возле цветочного магазина. Он был одет в свой лучший костюм и выглядел взволнованным. - Пап, привет! А я вот, Марине цветы выбираю. Сегодня важный день, - сказал он, стараясь выглядеть непринужденно. Иван Ильич заметил, как нервно подрагивают руки сына, и сердце его смягчилось.
- Илюша, я рад тебя видеть. Какой важный день? Свадьба уже скоро, разве нет?" - спросил он, стараясь говорить ровным тоном. Илья замялся, опустил глаза и признался, - да нет, свадьба еще не скоро. Просто… Марина беременна. И сегодня мы идем к врачу.
Иван Ильич почувствовал, как волна тепла разливается по телу. Внук! Скоро он станет дедом! Все обиды, все слова, сказанные в сердцах, моментально забылись. - Илья, это прекрасная новость! Поздравляю тебя! Ты должен был сразу нам рассказать, - воскликнул он, обнимая сына. Илья ответил на объятие и прошептал, - я боялся вашей реакции. После того разговора…
Иван Ильич похлопал его по плечу. - Забудь. Все хорошо. Главное - счастье вашей семьи. А мы всегда будем рядом, чтобы помочь.
Вечером Лариса Владимировна накрывала на стол. Иван Ильич с порога объявил радостную новость. Сначала она замерла, словно громом пораженная, а затем заплакала. - Боже мой, Ваня! Внук! Я так счастлива! - причитала она, вытирая слезы фартуком. Они тут же позвонили Илье, чтобы поздравить его и Марину. Разговор получился теплым и душевным. Лариса Владимировна предложила свою помощь в подготовке к рождению ребенка, Марина с благодарностью приняла ее предложение.
Что же, придется убраться в их квартире, внук должен расти в чистоте. А Марина? Придется теперь смириться. И Лариса Владимировна засучила рукава.
___
Помогите автору - поставьте, пожалуйста лайк.