Можно ли вообще называть наши комфортные перемещения по весьма небольшой, как оказалось, планете — путешествиями?
«Путь» и «шествие» от ресторана до пляжа — словно ритуал, где таксомотор заменяет паланкин, а гидом служит приложение с рейтингом «4.8». Даже альпинисты в ботинках Alpenglow — эти жрецы гипоксии — лишь совершают паломничество в храм Статуса, где страдание стало валютой, а вид с вершины — NFT для внутреннего портфолио.
Раньше путешествие было квестом с саблей и риском: конкистадоры, рубившие лианы в джунглях, мечтали не о сторис, а о золоте, которое позже превращалось в ром и песни-мемы про Эльдорадо. Или первооткрыватели, движимые жаждой открытий и честолюбием, такие как преисполненные благородства Ливингстон и Миклухо-Маклай (эх, жаль не осуществился его план по колонизации берега Маклая и созданию Папуасского союза под протекторатом Российской Империи, забавно бы сейчас золотые православные купола среди пальм и вулканов смотрелись). Их экспедиции напоминали экстремальные стримы без камеры. Даже Пржевальский, подаривший миру лошадь-«тезку», будто бы нарочно оставил в истории усы, как намёк на свои тайные маршруты… по Кавказу.
А мы? Наш подвиг — поймать «горящую» путёвку, чья «горячесть» измеряется не страстью, а степенью отчаяния. Мы штурмуем музеи, как некогда штурмовали крепости, только вместо сабли — селфи-палка. Ныряем с аквалангом в тёплое море, словно курьеры, доставляющие в мозг впечатления в вакуумной упаковке. Гастрономические откровения? Убеждён: лучшие гастрономические впечатления были в детстве. Какие исторические факты, легенды, мифы мы можем вспомнить? Испытать трепет рядом с величественными руинами древности? Эстетический экстаз от божественных закатов или даже рассветов (хотя в отпуске очень хочется поспать)?
Я — домосед-консерватор. Мой идеальный вояж — путь от дивана к холодильнику, где каждый шаг — экзистенциальный выбор между «сыром» и «кефиром». Супруга же, как настойчивый Колумб, за полгода начинает прокладывать маршрут: «Представь, Венеция — это как Ораниенбаум, только вместо Ломоносова — Казанова». Нет, в поездках мне так же хорошо, как и дома. Ведь везде интересно. Изучать жизнь аборигенов, фотографировать, купаться – в конечном итоге действительно приятно. И эти бессмысленные действия присоединяет тебя к многочисленной армии «путешественников».
Мы — армия тревел-снобов, ставящих галочки на карте, как чиновники на докладе царю. Но, может, это и есть новый смысл: паломничество в церковь Самоиронии, где святые мощи — чекины, а просветление — осознание, что «недорогой билет» куплен ценой кусочка души, забытого в аэропорту между стойкой регистрации и надписью «Tax Free»
Далее фотографии из очень давнего путешествия в Израиль:
