В 1990 уволился из экспедиции. Сынишке полгода, жена беременная снова, а я по нескольку месяцев в поле работаю. Решили переехать в Казахстан к моим родителям в Семипалатинск.
Сразу встал вопрос, куда устроиться на работу. Зять- муж сестры сказал, что есть вакантная должность землеустроителя в ПХРУ по строительству и благоустройству садовых массивов( производственно- хозрасчётный участок), который возглавлял его старший брат. Так что приняли меня без проблем на эту работу. В отделе четыре землеустроителя,за которыми закреплены определённые дачные массивы, и наш начальник. В обязанностях выделение, разбивка дачных участков, инвентаризация земель, решение споров между садоводами( самое сложное. Насмотрелся на обозлённых дачников, дерущихся из-за десяти сантиметров спорной границы). Мне достались участки, разбросанные в разных местах. "Орленок"- в двадцати пяти километрах от города на северо-запад. Восточный, Водный, Мирный в другой стороне. В общем, от одного дачного товарищества до другого было километров пятьдесят.
То есть, без транспорта никак невозможно. Выделили мне мотоцикл Урал бежевого цвета.
А водительских прав у меня тогда ещё не было. Своей машины не имел, ни к чему, вроде. Всё лето в поле. Зимой тоже то на заброски уедешь, то лесобилет отправляют по северу оформлять. Надо было срочно получать права. Отправился в школу ДОСААФ сперва учиться теории. Бывший начальник школы Панов Александр Иванович- хороший приятель моего отца, знал меня с детства, пообещал быстро всё устроить. Между делом я познакомился с действующим досаафовским начальником Сашей Вайс, помог ему с какими-то дачными оформлениями, и он на экзамене по теории подменил мои ответы, где я накосячил с ошибками, на правильные. Так что теория прошла на отлично. Учился водить на жигулёнке- шестёрке с инструктором лет пятидесяти, довольно нервным дядькой. Он сразу же стал хвататься за сердце и за голову, когда я сел за руль. Ведь инструкторы имели право выкупить машину после скольки-то лет обучения на ней по остаточной стоимости. Поэтому они берегли аппарат, как свой. А я первым делом с силой переключил рычагом скорость так, как привык на вездеходе в поле- с усилием, едва не вырвав рычаг.
- Плавно, нежно надо!- орал на меня инструктор, но я ещё долго не мог привыкнуть, что это легковушка, а не железяка на гусеницах. Однажды к нам подсел Панов, попросил довезти до дома. И надо ж было такому случиться, что я при обгоне вышел в лоб грузовику. Тот, уходя от столкновения, снёс себе зеркало об дерево. Маты, крики. Панов сбежал, обматерив меня, забыв о дружбе с батей. Водитель грузовика лезет чуть не в драку на инструктора. Но тот оказался тоже боевым и знающим много всяких нужных нехороших слов и в перепалке победил. Посрамлённый грузовик уехал, а мой инструктор до конца этого часа обучения не разговаривал со мной, а только скрипел зубами так, что на улице слышно было, наверное.
Наконец, назначили день сдачи практического экзамена. Сначала вождение мотоцикла. Причём, перед этим ни одного часа практики мне не дали. Несколько человек сдавали экзамен передо мной, ездили змейкой, по квадрату, восьмёркой, тормозили, где надо. Я был последним. Сел на старенького ИЖа без коляски и поехал, сбивая конусы. Красный, как рак, натворив кучу ошибок, остановился на финише. Поднимаю голову: а где милиционер? Парни смеются:
- Он уже через пять минут махнул рукой и ушёл.
После этого сдача экзамена на машине.
На заднее сиденье сел милиционер, и мы поехали по городу. Пару раз я заглох от волнения, переключая скорость. Кого-то подрезал, пересёк сплошную и в в завершение проехал на красный цвет. Мент молча вылез и ушёл. Сижу расстроенный, понимаю, что завалил экзамен. Спрашиваю инструктора, когда теперь пересдать можно?
- Не надо тебе ничего пересдавать. Получишь права у Вайса. Он распорядился, - хмуро буркнул учитель.
Пришёл я к Александру, тот хохочет:
- Забирай свои права, а то ты уже почти до инфаркта довёл и Александра Ивановича и инструктора своим вождением.
На другой день получил я свой Урал. Потихоньку доехал домой. А рано утром, часа в четыре, в воскресенье сел за руль и поехал за город. Трасса почти пустая, разогнал мотоцикл до 110 км/час. Прокатился по полевым дорогам, узнав слабое место Урала. Когда резко поворачиваешь направо, коляска поднимается, почти переворачивая мотоцикл. Гонял несколько часов и по асфальту и по лесу. Так что домой я вернулся уже опытным мотоциклистом.
Приходилось мотаться в день не по одной сотне километров от одного дачного массива к другому в жару и в дождь . Естественно, использовал транспорт и в личных целях. Ездил на охоту на уток, ондатру. С семьёй на Иртыш выбирались, на дачу, к родителям. Жена садилась в коляску, держа обоих малышей на руках, укутывал их одеялом от ветра.
Однажды утром до начала рабочего дня решил смотаться на одну дачу, проверить размеры спорного участка. На обратном пути заглох мотоцикл и не заводился, что бы я не делал. Мимо ехал грузовик, попросил взять на буксир. По полевой дороге в облаке пыли дотащил он меня до садоводства. День был приёмный, на крыльце толпились раздражённые люди, ожидая землеустроителя- меня.
В приёмный день я одевался подобающе- белая рубашка, светлые брюки. Но после буксировки, предстал перед народом весь в пыли- и одежда и физиономия.
Подхожу к конторе и слышу гневные крики:
- Ну, где этот землеустроитель? Уже на час опаздывает, безобразие.
Прошу пропустить меня, а в ответ:
- Ты куда без очереди лезешь? Наглый какой выискался.
- Так я ж тот, кого вы ждёте.
- Ага, хитрый какой. Занимай очередь давай.
Обошёл здание, постучал в окно, вышел коллега и завёл меня вовнутрь. Посетители недовольно проводили меня взглядами и ворчанием. Умылся и начал разбираться, кто прав, кто виноват в своих разборках. Приходилось быть и судьёй и примирителем и даже разнимать драчунов.
Самый тяжёлый случай помню:
Ещё в пятидесятых годах два друга, отслужив на флоте, вернулись, женились, построили на соседних участках дачи. Посередине, на границе колонку пробили, чтобы поливать огород. Всё было хорошо, но потом у одного жена умерла, снова женился. И началась война, дружба забылась из-за каких-то сантиметров земли. Каждый уверял, что колонка на его земле. Я стоял возле неё, а через меня летели комья земли, садовый инвентарь. Им лет то уже было под шестьдесят. И, вот, мужья и жены крыли друг друга последними словами, забыв о прошлых добрых отношениях, а я только успевал перехватывать кулаки мужиков, стремящихся в драку. Почти два года я отработал там, пока не переехали на Алтай, но эта тяжба так и длилась. А мне приходилось снова и снова выезжать туда и с рулеткой доказывать, что колонка стоит ровно посередине между участками.