На ровном месте разгорелась дискуссия, но я непричастен: в комментариях под одной из статей «Бизнес онлайн» люди спрашивают, почему в гастрономической столице России нет ресторанов русской кухни, а им в ответ указывают на «Некрасов», где уха по-старорусски и стерлядь по-боярски, что бы это ни значило, а указывающим на «Некрасов» указывают на фамилию ихнего шефа - Абдуллин, после чего заключают победно, что были правы, в гастрономической столице России нет ресторанов русской кухни, ибо не может главным поваром в русском ресторане быть татарин.
Теряться - это не по-официантски, я своё мнение тут же сформировал, вот делюсь своими собственными умными мыслями.
Конструкция такая: вот, допустим, скажем, например, шеф главного теперь татарского ресторана «Чирэм», что на территории Казанского Кремля - русский Лаптев.
Шеф «музея татарской кухни» Tatar by Tubetey, что на территории Старо-Татарской слободы - русский Чернов.
Шеф «Пира» - русский Корнилов. «Пир» хоть и не татарский ресторан, но азу с кониной; но кыстыбый кебаб; но полба с тушёнкой из конины.
- И прочие эчпочмаки, казы из утки и сыровяленный гусь.
Шеф «Утки в котелке» - русский Митрофанов. «Утка» тоже не татарский ресторан, но хамон по-татарстански с фуа-гра и дыней; но кыстыбый с красной икрой; но суп из конины с овощами.
К слову, именно в «Утке» подают знаменитый стейк по-Шаляпински.
- Утверждают, что рецепт этого стейка передал им посол Японии в России Тоёхиса Кодзуки. По этому рецепту готовили стейки специально для Фёдора Шаляпина во время его пребывания в Японии, в гостинице «Империал», в 1936-м году.
То есть, понимаете ли, русский командовать татарской кухней может.
А обратно, значит, низзя.
Напоминает ситуацию в книгах и кино: если при контакте с внеземной цивилизацией наши космонавты ихних марсианок копулируют - это хорошо, правильно, естественно и логично.
Если же они, гады, наших самок трогают - они сами напросились: истребим.
Лось Аэлиту - само собой, как иначе. А если б Тускуб русскую девушку? - нет, так не делается.
Следы вели в ванную комнату. Фрекен Бок заперлась там, и в прихожую доносился её торжествующий смех.
Привидение постучало в дверь ванной:
— Открой! Слышишь, немедленно открой!
Но за дверью раздавался только громкий, ликующий хохот.
— Открой! А то я не играю! — крикнуло привидение.
Уважаемые в городе люди и девушки, добившиеся успеха на своём поприще, как понимаю, жутко закомплексованы, жутко.
