Масленицу на Руси всегда отмечали с размахом. Даже название «Широкая Масленица» говорит о масштабности праздника. Этнограф Ольга Новикова, зав. лабораторией исторической реконструкции учебно-научного центра изучения проблем природы и человека ЧелГУ рассказала нам об истории и уральских традициях праздника.
Вероятно, масленичные обряды и действия, которые позже были приурочены к Масленице, изначально, ещё в языческой Руси, были связаны с днём весеннего равноденствия. А с принятием христианства ситуация, конечно же, изменилась, стержнем народной культуры стала православная вера. И Масленицу вписали в традиционный христианский календарь.
Непосредственно с какими-то датами в священной истории христиан этот праздник не связан. Масленицу отсчитывают, как известно, от самого главного христианского праздника – Пасхи. Пасха высчитывается специально так, чтобы она приходилась на первое воскресенье после полнолуния, после дня весеннего равноденствия. То есть Масленица – это неделя перед началом Великого поста. Сорок восемь дней поста верующие должны посвятить молитвам, покаянию и воздержанию. Завершается Великий Пост праздником Пасхи.
Масленицу отмечают целую неделю – с вечера воскресенья по вечер следующего воскресенья. В старину, в воскресенье накануне Масленичной недели, маленькие дети, по обычаю, поднимались на горку с санками, с ледянками, и, катаясь, кричали «Едет, едет, едет Масленица!» как бы открывая, встречая этот праздник. И дальше начиналась неделя, которую в народе называли Широкая Масленица, Масленица-Объедуха – время веселья, когда можно и даже нужно делать всё то, чего потом нельзя будет делать во время длинного поста. Это дни, предназначенные для взаимного гостевания – обязательно нужно было сходить в гости ко всем родственникам, посетить бабушек и дедушек. Замужние дочери, жившие даже в других деревнях, обязательно ездили к родителям. Это известные, и до сих пор в какой-то степени сохраняющиеся традиции, например «Тёщины вечёрки», «Золовкины посиделки» и тому подобные. Сейчас эти дни «привязали» к определённым дням недели, раньше это было неважно в какой-то конкретный день, но на масленичной неделе это надо было сделать обязательно.
И, конечно, на Масленицу в изобилии готовилась скоромная пища, преимущественно масляная. Прежде всего, конечно, с Масленицей ассоциируются блины. Так было всегда – везде повсеместно блины были обязательным блюдом.
Есть версия, что поскольку в древности отмечали именно весеннее равноденствие, то блин ассоциировался у людей с Солнцем. Трудно однозначно сказать, так ли это. Но. В русской традиции блины – это поминальная пища. И местами даже сохранилась традиция, связываемая с культом предков, когда первый испечённый на Масленицу блин выносили на улицу и, либо подавали кому-то, либо оставляли на помин ушедших предков. Причем есть блины нужно было обязательно. Также как ребятишкам нужно было обязательно кататься с гор, причём стараться укатиться как можно дальше. Мы, кстати, в фольклорных экспедициях фиксировали интересную традицию, она сохранилась у нас на Урале, когда женщины брали донце от прялки и на этом донце съезжали с горы, стараясь уехать как можно дальше, для того чтобы лён вырос высоким. И считалось, что чем дальше уедешь по этой масленичной горе, тем лучше будет урожай.
Максимальное количество времени люди старались проводить на улице. Дети катались в гор. Со второй половины Масленичной недели начиналось катание на тройках. Запрягали тройки лошадей в праздничной нарядной упряжи. Днём тройки ехали по деревне и катали всех. А вечером уже парни начинали катать девушек. Здесь определялись новые симпатии, пары на будущий год, ведь в народной традиции свадьбы в основном были осенние и зимние.
Существовали также масленичные обряды, посвященные молодожёнам. И одно из названий Масленицы – «Целовальница» может быть связано как раз с обрядами, посвящёнными молодожёнам. По воспоминаниям тех, кто ещё застал деревню в традиционном состоянии, молодожёнам на масленичной неделе хоть из дому не выходи. Потому что их затаскивали на горку, они должны были скатываться с горы и целоваться. Их закидывали снежками, закапывали в снег – «солили». Кричали: «На пост рыжики солить». Ведь дальше, в пост, налагались ограничения на употребление скоромной пищи и на интимную жизнь. Поэтому они должны были на горке целоваться последний раз, а потом воздерживаться в течение всего Великого Поста. Ну и таким образом это была демонстрация их нового статуса, уже не парней и девок, а женатых и замужних.
Ещё одна интересная традиция зафиксирована в ряде посёлков Верхнеуральского района. Там есть такой персонаж – Тётка Кажимотка, которая в Масленицу ходила по домам, где есть девочки лет 7-10, которых только начинали учить прясть. Женщина из деревни навешивала на себя куделю, завязывалась платком, ходила по дворам, стучалась и говорила: «Кажи моты», то есть: «Покажи мотки пряжи, сколько напряла за зиму». И хвалила, если всё хорошо, давала угощение. А если мало, плохо напрядено, то говорила: «Кто тебя такую неумеху замуж возьмет?». И это являлось дополнительным стимулом для девочек. Ведь прядение требует усидчивости, которая детям этого возраста даётся сложно. И матери говорили: «Смотри, на Масленицу придет Тётка Кажимотка, ты ей что показывать будешь?». И девочки садились, старались, чтобы выглядеть не хуже подружек.
Масленица в русской деревне была весёлой неделей. Неделей весёлого времяпрепровождения, взаимного гостевания. Все в игры играли, катались. Иногда, по рассказам, если улица наклон имела, могли заливать целую улицу. И вдоль улицы скатывались на санях. Или делали большую горку на естественной горе, и скатывались даже на больших санях, на корзинах для вывоза снега, на мешках с сеном, садились туда целыми компаниями, если они сталкивались, падали, все высыпались из этих саней – только веселее. Такое веселье, которое никто не ограничивал, а наоборот поощрял.
Главное, чтобы Масленица была веселой и сытной.
Кстати, рецепты традиционных постных и праздничных угощений, собранные в этнографических экспедициях, можно посмотреть здесь. Вместе с подробным описанием приготовления.
Инна Голованова, Ольга Новикова.
Фото: пресс-служба ЧелГУ, Станислав Кикосов.