Некоторая предыстория. Я – модель, есть агентство, с которым у меня контракт с моих шестнадцати лет. По модельным стандартам у меня успешная карьера. Мне сейчас 21 год, я девушка, и я взяла перерыв в работе, чтобы сосредоточиться на учёбе. У меня есть подруга, которой сейчас тоже 21 (160 см, среднего размера, средней внешности). Она узнала, что я работала моделью, но сейчас взяла перерыв, чтобы учиться. Она спросила, в каком агентстве я работаю, я ответила. Она рассказала мне, что она хочет присоединиться к этому агентству и работать в сфере высокой моды, и как мне повезло. Я пожала плечами и пожелала удачи, но она заметила, что что-то не так, и спросила, почему я так себя веду. Я пыталась свести на «нет» наш разговор, но она продолжала настаивать, поэтому я ответила, что моделинг – не только хиханьки и хаханьки.
Я решила рассказать ей правду об той индустрии, насколько она токсичная и всё такое. Что всем кажется, будто всё изменилось, но это не так. Агенты по-прежнему домогаются моделей, что лишние полтора сантиметра на моих бедрах привели к скандалу, да и я сама постоянно получаю отказы из-за вещей, которые даже не могу контролировать. И что платят не прям такие уж огромные деньги, мне бывало приходилось растягивать зарплату на несколько месяцев, а потом брать работу за меньший гонорар, лишь бы дали аванс. И я рассказала ей о шоу и обложках, в которых я участвовала только ради того, чтобы светануть лицом, ради рекламы.
Но она не поверила мне, и завела разговор о Лили Роуз Депп и Кендалл Дженнер, им же миллионы платят за работу. Я отметила, что это – звёздные детки, которые уже родились с привилегиями, а во-вторых, в любой отрасли есть всего 1%, который и правда зашибает деньги, но многим потрясающим моделям может годами не везти с карьерой, и они никогда не заберутся так высоко. Но подруга настаивала на том, что это всё неправда, и что эти девушки просто были плохими моделями, и что она сможет добиться уровня топ-моделей.
И в тот момент я уже даже огрызнулась, сказав, что она недостаточно высокая, и в ней нет ничего особенного, чтобы у неё пошла карьера. Она опять привела в пример Лили Роуз Депп, и то, как она много раз снималась и участвовала в показах у Шанель, хотя она невысокая. Я ещё разок напомнила, кто родители у этой девушки, какие связи у неё есть.
Подруга попыталась убедить меня, что индустрия больше не такая, как была раньше. Но тут я уже вышла из себя и сказала, что не особо индустрия изменилась, что спроса на невысоких девушек среднего роста как не было, так и нет. А для плюс-сайза она маловата. Я упомянула, что когда я прибавила в бёдрах полтора сантиметра, вокруг устроили шумиху, так почему бы кому-то вообще обращать на неё внимание? У подруги нет связей, которые могли бы помочь ей попасть на подиум или обложку, она – обычный человек, так что коммерция – единственный вариант в моделинге, который ей вообще светит. Она назвала меня завистливой хейтершей и убежала.
И с тех пор она со мной не разговаривает. Мне кажется, что я переборщила, когда сказала ей, что она провалится в своих попытках попасть в сферу высокой моды, и что ей светит только коммерция. Я спросила другую подругу, и она сказала, что мне следовало просто покивать головой, даже если я знала, что та подруга заблуждается.